АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

ИРТХА: Дух Севера

Читайте также:
  1. Воины севера
  2. Герои севера
  3. Глава 8. Я СТАНОВЛЮСЬ ПЛЕННИКОМ СЕВЕРА
  4. ИРТХА: Охранители
  5. ИРТХА: Черный огонь
  6. К вечеру их погрузили в вагоны и повезли в направлении севера...
  7. Клиника «Северанс»
  8. НОВОГОДНИЙ КРУИЗ ТРИ СТОЛИЦЫ СЕВЕРА
  9. ПЕРВОБЫТНАЯ И СРЕДНЕВЕКОВАЯ ИСТОРИЯ И КУЛЬТУРА ЕВРОПЕЙСКОГО СЕВЕРА: ПРОБЛЕМЫ ИЗУЧЕНИЯ И НАУЧНОЙ РЕКОНСТРУКЦИИ. СОЛОВКИ. 2006. С. 408–415.
  10. САКРАЛЬНАЯ ГЕОГРАФИЯ РУССКОГО СЕВЕРА
  11. Священный остров (мифология островной культуры Русского Севера)

 

от Пробуждения Эльфов годы 150-е

 

Записывает Халтор-йолэнно:

"Йарвха, или Злая трава, растет в лесных чащах, в густой тени. Стебель ее с небольшими шипами, высотой в одну анта; листья похожи на ладони с разведенными пальцами, темно-зеленые, с испода белесые; цветы зеленоватые и невзрачные, собраны в колос. Сок травы Йарвха зеленовато-белый, быстро густеющий, на воздухе же темнеет, становясь бурым; жгучий, надолго оставляет он на коже темные следы. Должно остерегаться, чтобы сок этот не попал в глаза, ибо и малой его капли довольно для того, чтобы ослепнуть.

Ирхи, те, что именуют себя Иртх-хай, Народом Рожденных, смешивают сок Йарвха с медвежьим салом и соком къет'Алхоро, по одной части сока на десять частей сала, томят на огне и оным составом смазывают раны и язвы. Средство это жестокое, ибо больной, коего пользуют им, ощущает ожог, словно бы к ране приложили раскаленное железо, и боль испытывает нестерпимую. Однако ж при этом мазь сия весьма действенна, и за день-два наступает полное исцеление, хотя темный шрам на месте раны остается на всю жизнь. Этим же средством пользовать можно и кожные болезни: лечит хорошо, но остаются после на коже темные пятна, словно бы от недавних ожогов.

Таковы в большинстве своем средства, используемые Ирхи: действуют сильнее и быстрее многих, но лечение весьма болезненно…"

 

…Хар-ману Рагха медленно перетирает в каменной ступке свежие листья Злой травы. Руки хар-ману покрыты мелкими темными пятнами — там, куда попал едкий сок йарвха.

Ах-ха… Три дочери у матери рода, три остроглазые волчицы, а сын один. Лучший охотник иртх-хай, Рраугнур. Не было у него женщины — уже не будет: рухнувшее дерево придавило, сломало спину. Живой — да все равно что мертвый Рраугнур. Пхут й'ханг, совсем плохо. Ах-ха…

Три луны прошло с тех пор, как Иртха пришли в закатные земли: добрые земли, дичи много по лесам, съедобных корней и ягод, а в горах нашлись просторные пещеры. И духи здешние не тревожили. До этого дня. Волка-однолетку отправили Иртха к духам — пусть брат-волк заступится перед ними за иртх-хай, — да не по нраву, видно, пришлась здешним духам волчья кровь. Улахх-кхан сказал — надо, чтобы иртха пошел к духам, лучший — тогда он сам станет улахх, будет хранить племя. Видно, духи сами выбрали, кто. Улахх-кхан пришел к Рраугнуру, сказал ему — тот прикрыл глаза, соглашаясь: говорить не мог. Радуйся, мать рода: быть твоему сыну среди улахх-хай, род хранить, давать удачу в охоте… ах-ха…

Охотники уже ушли в лес — рубить сухое дерево для жертвенного костра. Лучшие шкуры постелют на последнее ложе, три копья и охотничий нож дадут Рраугнуру в дорогу, обрядят его в праздничную одежду; не забудут ни ожерелья из медвежьих когтей, ни вырезанных из кости оберегов. Будет плясать в огненном круге говорящий-с-духами, улахх-кхан, будет бить в тугой бубен, будет звать улах-хай — пусть примут Рраугнура в круг свой… Радуйся, мать рода…

 

Улахх-кхан Й'нурт недаром слыл мудрым среди Иртха: сама мать рода прислушивалась к нему. Умел он лечить раны и ведал тайны трав; нарекал имена младенцам и испрашивал у духов удачу. Знал и те слова, какими провожают уходящих в обитель духов.

Говорящим-с-духами он стал всего несколько полных солнц назад. Первый улахх-кхан народа Иртха сгинул на заснеженном горном перевале; поразмыслив, Й'нурт решил, что снежные духи, видно, позвали его истинным именем, потому прежний улахх-кхан и не смог им противиться. Так нынешний улахх-кхан стал Безымянным; истинное же имя свое он хранил в тайне.

Улахх-кхан Й'нурт был мудр.

И ныне в круге священных огней он призывал тех, к кому шел Рраугнур.

Медленно, тяжело и гулко ударил большой бубен, улахх-кхан подпрыгнул с резким криком и повел странный диковатый танец. Все быстрее, быстрее танец, все громче гудит бубен, резкие крики сливаются в песнь-заклинание — и внезапно обрываются.

 

Й'нурт поднял копье, готовясь освободить дух Рраугнура — но тут по другую сторону от неподвижного тела в вихре метели явилась темная крылатая фигура, в первый миг показавшаяся шаману огромной. Пришедший поднял руку, и древко копья переломилось в руках шамана.

Улахх-кхан Й'нурт не был трусом. Застыв напротив пришедшего-на-зов, он отрывисто бросил:

— Ха-артх?

Пришедший не разжал губ, но голос его вдруг зазвучал в голове шамана:

Л'ахх-иргит, Заклинающий-Огонь, звал хозяина этой земли. Я. пришел.

Улахх-кхан облизнул пересохшие губы, липкий холодок пополз по хребту: Пришедший знал его истинное имя! Знал — а значит, имел власть и над самим говорящим-с-духами!

Пришедший еле заметно улыбнулся.

Тебе нечего бояться, Л'ахх-иргит. Говори.

Хасса улахх-хар, — стараясь подавить невольную дрожь, заговорил шаман, — Рраугнур великий охотник. Теперь пусть Рраугнур идет к улахх-хай, пусть говорит перед ними за народ Иртха…

Пришедший-на-зов стремительным движением склонился к охотнику, его длинные чуткие пальцы заскользили по лицу, по груди Рраугнура… замерли. Он выпрямился, глядя на шамана странными светлыми глазами, и на узком лице его больше не было улыбки:

Рраугнур идет со мной в обитель духов. Потом вернется к Иртха. Рраугнуру рано оставлять племя. Я исцелю его.

Он уже стоял, легко, словно ребенка, держа на руках молодого охотника. В мертвой тишине было слышно только, как, не сдержавшись, глубоко вздохнула мать рода, Рагха-Волчица.

— Иртха приносят жертву, молодого волка, — улахх-хай недовольны. Иртха тогда посылают к улахх-хай лучшего охотника — улахх-хай не принимают. Какой жертвы надо улахх-хай? — опасливо и недоуменно спросил шаман, кланяясь Пришедшему.

Жертв не надо. Молений не надо. Пройдет три, пять солнц — Рраугнур вернется, сядет на медвежью шкуру у очага матери рода. Здоров будет. Будет великим охотником. Я сказал.

Черные крылья обняли тело Рраугнура, дух-Хозяин прикрыл глаза, — и, почуяв, что сейчас он исчезнет, как явился, Л'ахх-иргит отважился спросить:

— Хасса улахх-хар, как имя ему?

Мелькор.

Мелх-хар… ах-ха… — прошелестел голос матери рода. Но духа-Хозяина уже не было: взвихрился стремительно снег, а когда улегся, на поленьях так и не зажженного костра остались только приношения. Рраугнур тоже исчез.

Улахх-кхан Л'ахх-иргит тяжело опустился на землю. Зубы у него стучали.

Радуйся, мать рода — сам Хозяин зимнего ветра пришел за твоим сыном, живым забрал его в чертог духов…

 

Три дня и три ночи никто не смел ступать на поляну, где явился Иртха дух-Хозяин. Только говорящий-с-духами появлялся рядом с ней временами: ждал. Думал.

Вечером четвертого дня посреди поляны закружился столб искристой метели, и шагнул из ледяной круговерти на жухлую траву крылатый Дух зимы, а следом за ним — Рраугнур-охотник.

Радуйся, мать рода: в горной обители духов побывал твой сын, живым вернулся к очагу Волчицы-Рагхи. Чем отблагодарить иртх-хай Духа зимы, какие жертвы принести ему? Священно для Иртха место, где впервые явился им дух-Хозяин: говорящий-с-духами сам вырезал изваяние Крылатого. После появились статуи домашних духов и духов леса, духов-хранителей очага и духов-охотников: в ночь рожденной луны и в ночь полной луны оставляли здесь Иртха немудрящие свои приношения — плоды и шкуры, наконечники стрел и жертвенное мясо…

Должно быть, приношения оказались угодны духам: немного дней прошло, и Иртха стали находить на священной поляне их дары. Там были звонкие, тонкие и прочные чаши невиданной красоты, ножи и наконечники стрел из звенящего светлого камня, тончайшие, удивительной мягкости и легкости теплые шкуры, сладкие плоды и пища, которую позже назвали Иртха словом из языка духов — хатт-на… И возносили Иртха благодарственные моления; тогда Дух зимы снова пришел к ним, и сопровождали его два светлоглазых духа, ведавшие травы и умевшие из черно-рыжих болотных камней творить тинта - чудесный камень, прочный и светлый, который надо было плавить на огне.

Ясноглазые говорили на языке духов — словно звон дождевых капель; Мелх-хар по-прежнему обходился без слов. Они сами выбрали среди Иртха троих помощников, чтобы вершить странные свои обряды по обычаям духов.

Они жгли дубовые поленья и дробили бурый болотный камень; после, смешав угли и камень в широкогорлом горшке, поставили сосуд в большой костер. Потом горшок разбили, накалили болотный камень до цвета закатного солнца и принялись бить по нему молотами, придавая форму. А после один из улахх-хай высыпал в глубокую плошку с водой горсть белого соленого песка, который он назвал исса, размешал воду и погрузил в нее новорожденный наконечник копья.

Для ножей светлоглазый выбрал другую закалку: прокованные клинки погружали в растопленный жир. Лезвия ножей были, может, и не такими светлыми и блестящими, а сами ножи — не такими красивыми, как те, что даровали духи, — но новоявленным кузнецам они казались немногим хуже. Иртха разглядывали творения рук своих с каким-то детским восторгом, словно никак не могли понять, что сами сотворили это чудо.

С тех пор светлоглазые духи часто появлялись среди иртх-хай; и всегда их приводил с собой хасса улахх-хар, великий Дух Северного Ветра. Они учили женщин прясть крапиву и дикий лен, ткать и печь из зерен лепешки хатт-на; они учили мужчин лепить звонкие сосуды на гончарном круге — широкие и плоские чаши-антла, нихха - сосуды для воды и узкогорлые кира, - и превращать болотный камень в светлый металл- тинта, острый и прочный…

Десятки лет пройдут, прежде чем Иртха узнают и смогут понять: светлоглазые йерри - не духи, а народ, подобный им самим.

 

Записывает Халтор-йолэнно:

"Ирхи в родстве с ах-къалли, хотя, глядя на них, трудно согласиться с тем, что народы эти одного корня; как и ах-къалли, Ирхи бессмертны, если только не гибнут от ран, полученных на охоте, и почти не знают болезней. Язык Ирхи резок и краток и во многом странен для слуха; глаза их более чувствительны к свету, нежели наши, потому с трудом различают они синие и фиолетовые тона, именуя их «темным» цветом, однако же в языке их множество именований для оттенков красного цвета. На ярком свету зрачок у Ирхи сжимается в точку, и кажется даже, словно его вовсе нет; в темноте же, напротив, зрачки расширяются до размеров радужки.

Живут они охотой и весьма искушены в этом занятии, ибо оно для них — едва ли не единственный источник пропитания. Искусны они также в составлении ядов, вызывающих смерть или же оцепенение, и часто применяют их на охоте, не полагаясь на силу оружия.

Ирхи поклоняются духам, живущим в лесах, горах и источниках вод, именуя их — улахх; верховных же духов, к каковым причисляют они и Учителя, называют ирхи улахх-хар. Сильными. Служители духов, улахх-кхан, испив зелья, вызывающего видения, говорят с духами; в составе этого зелья — настой кьет'Алхоро, обостряющий чувства, так что, возможно, Ирхи действительно становятся способны слышать фэа-алтээй.

Но среди обычаев Ирхи есть те, что непостижимы для нас; возможно, со временем мы сумеем изменить их, пока же сделать можно немногое. Среди Ирхи женщины рождаются реже, чем мужчины, потому жизнь женщины священна — но если мать не может прокормить сына, его уносят в лес и оставляют там: Ирхи называют это — «отдать зверю»…"

 

Иртха примут новый Закон: плодитесь и умножайтесь, покуда земля, на которой живете вы, может прокормить вас. В этом станут они подобны Старшим, и мир примет их, примирившись с ними, и они примирятся с миром, приняв его. Они не вернут себе ни облика, ни строя души Старших; они станут иным народом, отличным и от Старших, и от Смертных. Пустота изменяет в одночасье; но, чтобы обратить вспять эти изменения, нужны не годы, не века — тысячи лет. Закон Иртха и их примирение с миром будут лишь первым шагом, и сами Иртха — первыми из их собратьев, кто станет не Искаженными, но Измененными, не чужаками в мире — приемными детьми Арты…

Потом, когда станет ясно, что замысел удался, можно будет прийти к другим племенам Ирхи, чтобы и их превратить в Измененных. Но тот, кого ныне Иртха именуют харт'ан Мелх-хар, не успеет сделать этого.

Потому что в ту пору Валинор вспомнит о Смертных Землях.

 


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 | 78 | 79 | 80 | 81 | 82 | 83 | 84 |

Поиск по сайту:



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.005 сек.)