АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

Логика права – разные порядки

Читайте также:
  1. I СИСТЕМА, ИСТОЧНИКИ, ИСТОРИЧЕСКАЯ ТРАДИЦИЯ РИМСКОГО ПРАВА
  2. I. Теория естественного права
  3. I.2. Система римского права
  4. I.3. Основные этапы исторического развития римского права
  5. I.4. Источники римского права
  6. II. Историческая школа права
  7. II.3. Закон как категория публичного права
  8. II.6. Корпорации публичного права (юридические лица)
  9. III. ПРАВА СТОРОН
  10. IV. ПРАВА И ОБЯЗАННОСТИ КЛУБА
  11. V. Множественные волнообразные линии
  12. VII.4. Права на чужие вещи

Особая логика права дает о себе знать даже в том случае, если оставаться в пределах одной только догмы права. Она, например, проявляется, когда наряду с по­нятием "право" формулируется понятие "правовая сис­тема". В самом деле, почему, спрашивается, только три правовых явления – собственно позитивное право, пра­вовая идеология и юридическая практика образуют не­которое единство и в своем единстве характеризуют особенности права данной страны? Потому что - - как свидетельствует подробное рассмотрение данной про­блемы – это элементы "активные", являющиеся ис­точниками юридической энергии, основаниями, так или иначе определяющими правомерность или неправомер­ность поведения субъектов. Но такого рода критерии и выражают как раз особые жесткие закономерные свя­зи в праве, именно в праве (и нигде более!), которые и являются "логикой", т. е. такими жесткими закономер­ными связями, которые сообразно специфике данного предмета неумолимо "ведут" (не могут не вести) к на­ступлению предопределенных ими последствиям.

А почему – продолжим рассуждения – элемента­ми нормы права, ее структуры (заметим – логической структуры!) являются гипотеза, диспозиция, санкция? Ответ на поставленный вопрос -- аналогичен. Потому, неизбежен ответ, что речь идет о праве, о его способ­ности даже на элементарном уровне осуществлять юри­дическое регулирование, отличающееся твердостью, определенностью по содержанию, государственной га-рантированностью. То есть осуществлять регулирова­ние сообразно особой логике – логике права.

Но все то, о чем только что говорилось, – это все проявления особой, юридической логики в пределах догмы права, где в среде формально-определенных норм, выраженных, главным образом, в законах и в судебных прецедентах, в общем властвует формаль­ная логика. Здесь по большей части юридическая логи­ка выражается в структурных (онтологических) особен­ностях права. И это вполне объяснимо хотя бы потому, что в догме права реальность правовых явлений, их особенности как объективной данности проявляются наи­более отчетливо, зримо.

Но когда расширяется угол зрения и когда в этой связи вырисовывается все богатство юридических средств, то открывается новый порядок (уро­вень) логики права – раскрываются новые, глубокие пласты юридической материи, в том числе – те, кото­рые характеризуют право в движении, в "процессах", где отдельные правовые явления сцепляются, "синте­зируются" и где на первое место выступает и приобре­тает доминирующее значение именно логика права. И здесь, на почве "всей" правовой материи, выводы о спе­цифической логике права, проявляющейся в догме пра­ва, не только подтверждаются, но и приобретают более выразительный и, пожалуй, более высокозначимый ха­рактер. В том числе, – с большей отчетливостью "выда­ют" свою предоснову – заложенную в правовой материи "заряженность" ("заданность") на то, чтобы юридически должное становилось фактической реальностью.

Это, например, – последовательная связь между юридической нормой, юридическим фактом, правоот­ношением и его фактической реализацией (послужив­шая основой для выработки понятий "механизм право­вого регулирования" и "правовые средства"). Известно, что норма права "срабатывает" только при наличии юридического факта, когда появляется правоотноше­ние. А уже правоотношение, его элементы – субъек­тивные права и обязанности реализуются нередко при помощи многих иных правовых средств. Допустим, нор­мы пенсионного законодательства "срабатывают" толь­ко тогда и только тогда же порождают реальные права пенсионера и обязанности учреждений социального обес­печения выплачивать ему суммы пенсий (т. е. правоотно­шение), когда наличествуют определенные, предусмот­ренные законом факты – возраст, трудовой стаж да плюс еще состоявшееся решение учреждения социаль­ного обеспечения. Наконец, пенсионные права с помо­щью административных органов (а порой и суда) реали­зуются в жизни – пенсионер в итоге получает опреде­ленную сумму пенсии.

И вот как раз при широком подходе к материи пра­ва весьма отчетливо обнаруживается, что юридичес­кие нормы не могут не быть "заряженными" правоот­ношениями, а те в свою очередь – "заряженными" ак­тами реализации. Потому-то в своей последовательной связи они и образуют своеобразную логическую цепь – механизм правового регулирования. В глубоких пластах правовой материи, как становится все более ясным, существует нечто такое (логика!), что закономерно ве­дет к следующим звеньям цепи правовых явлений, а в конечном итоге – к определенным, как бы заранее "зап­рограммированным" результатам.

Однако не только одна структурная специфика всей системы правовых средств (при всей ее важности и даже, пожалуй, занимательности) представляет научный инте­рес. Еще более существенное значение имеют отмечен­ные ранее структуры, характеризующие "глубины" пра­вовой материи. Особенно такие как юридические конст­рукции и специфические правовые принципы.

Юридические конструкции, складываются на от­дельных участках правового регулирования публично­го и частного права, потому и приобретают характер типовых, модельных структур, они представляют собой не произвольные, а устойчивые, математического типа соотношения юридических фактов, прав, обязанностей, ответственности, иных "частиц" правовой материи. Толь­ко "таких", а не каких-то иных. Например, при возме­щения ущерба, причиненного источником повышенной опасности, у потерпевшего возникает не просто право на возмещение, а право, адресатом которого является только "владелец" этого источника. А освобождение от ответственности при такой конструкции деликта насту­пает не просто при наличии каких-то "оправдываю­щих" обстоятельств, а лишь тогда, когда владелец ис­точника повышенной опасности докажет, что вред воз­ник по вине самого потерпевшего или в результате непреодолимой силы.

 

Но и эти структурные особенности материи права далеко не исчерпывают того, что достойно Повышен­ного внимания. Здесь наряду с "заряженностью" мате­рии права на реальное воплощение должного в факти­ческую действительность, дает о себе знать и более основательный "стержень" права. То главное, что ха­рактерно для логики права более высокого порядка, когда отдельные явления, процессы в праве сцепляются, "син­тезируются" и они рассматриваются в движении, в "про­цессах" и когда открывается перспектива понимания того, к чему все же "ведет" в конечном итоге логика права в таком высоком значении.

Юридическая логика такого, более высокого по­рядка органически связана с еще одной чертой (кроме "заряженности" на реальность) мира права. О ней сей­час и пойдет речь.


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 |

Поиск по сайту:



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.004 сек.)