АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

Глава четвёртая. Спустя сорок минут мы были в пригороде

Читайте также:
  1. Http://informachina.ru/biblioteca/29-ukraina-rossiya-puti-v-buduschee.html . Там есть глава, специально посвященная импортозамещению и защите отечественного производителя.
  2. III. KAPITEL. Von den Engeln. Глава III. Об Ангелах
  3. III. KAPITEL. Von den zwei Naturen. Gegen die Monophysiten. Глава III. О двух естествах (во Христе), против монофизитов
  4. Taken: , 1Глава 4.
  5. Taken: , 1Глава 6.
  6. VI. KAPITEL. Vom Himmel. Глава VI. О небе
  7. VIII. KAPITEL. Von der heiligen Dreieinigkeit. Глава VIII. О Святой Троице
  8. VIII. KAPITEL. Von der Luft und den Winden. Глава VIII. О воздухе и ветрах
  9. X. KAPITEL. Von der Erde und dem, was sie hervorgebracht. Глава X. О земле и о том, что из нее
  10. XI. KAPITEL. Vom Paradies. Глава XI. О рае
  11. XII. KAPITEL. Vom Menschen. Глава XII. О человеке
  12. XIV. KAPITEL. Von der Traurigkeit. Глава XIV. О неудовольствии

 

Спустя сорок минут мы были в пригороде. Не скажу, чтобы чувствовал себя некомфортно, путешествуя в белом с тонированными стёклами BMW Асакуры, просто я не привык к такой роскоши. Машина плавно подкатила к зданию, стены которого были побелены извёсткой.
Если гостиница, которую я видел вчера, выглядела как бизнес-отель, то эта скорее напоминала коттедж или пансион. И он был раза в три больше, что закономерно, учитывая цены на землю в городе. Парковка тоже занимала значительную площадь, видимо, было принято во внимание, что люди будут добираться сюда на машинах.
Стоило нам заехать на стоянку, как к нам подскочил парковщик. Асакура опустил стекло, и парень вежливо поклонился.
– Здравствуйте, сэр. Вон там свободно, вам надо объехать.
Он был типичным современным подростком с ярко-рыжими волосами, и его вызывающая внешность как-то не вязалась с вежливым поведением.
На стоянке, к моему удивлению, было ещё несколько машин. Не думал, что кто-то может заехать в такое место посреди рабочего дня.
– Ага, вижу. Здесь, верно? – бормотал Асакура, паркуя машину в указанном промежутке между двумя белыми линиями, словно он обычный посетитель, а не хозяин отеля.
Всё это казалось нелогичным. После того, как Асакура обращался с Фуджикавой вчера, я ожидал более властного и высокомерного отношения к подчинённым, а то, что я наблюдал – было… нормальным.
– Нам сюда, вход здесь.
Асакура закрыл авто и пошёл к отелю, ни разу на меня не оглянувшись. Настолько уверен, что я не попытаюсь удрать?
На мгновенье я действительно призадумался о том, чтобы сбежать. Но потом вспомнил, что по дороге сюда он вёл себя примерно, ни разу не попытавшись воспользоваться близостью в тесноте салона. Да и отель хотелось увидеть. По всей видимости, мне всё-таки придется заниматься этим проектом, а значит, на гостиницы, которыми владеет Асакура, стоит посмотреть. В конце концов любопытство взяло верх над страхом. Я решился и пошёл за ним.
– А что, сюда действительно приезжают на собственных машинах? – У меня не было опыта в этих делах, но из того, что я слышал от друзей в колледже, я сделал вывод, что пользующиеся такими отелями люди предпочитают оставаться инкогнито.
Асакура оглянулся, замедлив шаг:
– Не так уж сложно было бы всё автоматизировать. К тому же это сэкономило бы мне деньги, которые я выплачиваю в качестве зарплаты сотрудникам. Но для меня очень важен человеческий фактор. В моей философской системе ценностей секс не является чем-то постыдным. Нельзя относиться к проявлению чувств, как к маленькому грязному секрету. Не нравится – пользуйтесь другими гостиницами, их, слава богу, предостаточно.
Должен признать, его взгляды по-своему подкупали. Несомненно, они лежали в основе его повышенной сексуальной активности, объектами которой становились мужчины и женщины без разбора. Он чем-то напоминал великолепного хищника: привлекательная внешность и преобладающие животные инстинкты.
Автоматические двери с нарисованным золотым логотипом отеля «Халф Мун»* открылись, пропуская нас внутрь. Ресепшн напомнил мне вчерашний, вплоть до того, что за регистрационной стойкой стояла женщина средних лет, примерно одного возраста с моей мамой. Это, наверное, часть имиджа, который Асакура называет «человеческим фактором». А если кому-то что-то не нравится, то пусть они «пользуются другими гостиницами». Блин, ну надо же быть таким крутым. На стене позади стойки висел своеобразный распределительный щит, с номерами и маленькими лампочками под ними, которые, по всей видимости, указывали, какая из комнат занята. Во вчерашнем отеле я такого не видел.
– Привет, – поздоровался Асакура с женщиной.
– О, мистер Асакура! – её глаза округлились от изумления.
– Это мистер Касуга, дизайнер интерьеров, я собираюсь показать ему номера. Не могли бы вы дать мне ключ, скажем, от 303 комнаты?
– Конечно, сэр.
Женщина повернулась к «распределительному щитку» и взяла карточку-ключ. Лампочка под номером 303 сразу же погасла. Теперь я понял принцип – карточки замыкали электрическую цепь на панели.
– Одной комнаты будет достаточно или хотите посмотреть и другие, мистер Касуга?
В раздумьях я уставился на панель, и стоящий возле меня Асакура тоже перевёл на неё взгляд.
– Думаю, одной хватит.
– Тогда пошли.
Асакура не выкидывал больше своих дурацких штучек, возможно, из-за того, что на нас смотрела регистратор. Неужели, наконец, вспомнил о профессиональном поведении?Я прокручивал эти мысли у себя в голове, пока шёл, уставившись в спину Асакуры.
– Комнаты достаточно просторны, что дает возможность поэкспериментировать с дизайном. Хотя в здании три этажа, на каждом – всего пять номеров. Наверх можно подняться на лифте или по лестнице, – объяснял Асакура деловым тоном, то и дело останавливаясь на ступеньках.
На каждой лестничной площадке располагалось огромное окно, поэтому естественный свет заливал всё вокруг.
– Комната 303. Она в общих чертах ничем не отличается от других, могут слегка варьировать разве что цвет обоев да яркость освещения.
– Понятно.
Меня охватила дрожь, но я старался держать себя в руках. Мне даже начало казаться, что я всё выдумал об Асакуре.
Он привёз меня сюда для бизнес-встречи. Я должен успокоиться и вести себя профессионально. Да, для меня он непостижимое существо – насильник, трахающий всё без разбору. Но он также клиент, который принесёт огромные прибыли нашей компании. Кавахара был настолько беззаботным, что часто отказывался от больших совместных проектов с крупными корпорациями в угоду своему маленькому хобби – созданию мебели для частных заказчиков. И хотя Амамия это тщательно скрывал, но у меня были подозрения, что во времена кризиса компания едва удержалась на плаву. Я прекрасно понимал, что не могу вечно наслаждаться положением стажёра: пришло время и мне принести пользу «Томато Дизайн»!
Дав себе эту клятву, я вошёл в комнату вслед за Асакурой.
Передо мной открылся водный мир. Обои были белыми в голубую полоску, занавески – лазурными. На огромной кровати простыни – цвета морской волны и тёмно-синие подушки. На потолке нарисовано семейство китов, плавающих в океане. Единственными предметами, которые выбивались из общей цветовой гаммы, были маленький деревянный медового оттенка стол и два стула.
– А там что?
Мой блуждающий по комнате взгляд внезапно наткнулся на то, что я никак не ожидал увидеть внутри помещения – небольшой водоём.
– А, это искусственный пруд. Отель полностью посвящён водной тематике. Тут, кстати, есть ещё и огромная ванная.
Явно не заметив моего изумления, Асакура ответил весьма заурядным тоном, как будто пруд в комнате – дело обычное.
Кровать и стол занимали метров пятнадцать. Примерно столько же места было отведено под бассейн. На мой взгляд – слегка эксцентричный дизайн, но что я вообще знал об отелях свиданий.
– «Отель Мун»*, который ты видел вчера – это чистейшей воды бизнес-отель. Задумывая его, я учитывал не только близость к метро, но и потребности клиентов, предпочитающих обычную обстановку, а не роскошь дорогих гостиниц.
Это меня удивило. Я помнил, что подумал о нём, как о «райском местечке». Но Асакура, казалось, не замечал моего замешательства и продолжал свои объяснения:
– Как видишь, здесь царит водная стихия. Мне кажется, люди полностью расслабляются, пребывая возле воды. Ещё одна моя гостиница сделана в «зелёном» стиле. Там столько комнатных растений, что создаётся впечатление, будто ты попал в джунгли.
Асакура тихо рассмеялся. Я молча уставился на него.
И после всего этого что же должен был придумать я? Теперь я занервничал по-настоящему.
Наши взгляды встретились. Наверное, паника отразилась на моём лице.
– Я хочу,– начал он тихим голосом, – чтобы в новой гостинице, которую я назвал «Кресент Мун»* доминировала тема гармонии, и люди ощущали покой. Здание изнутри пока осмотреть нельзя, но я могу дать тебе чертежи. Опирайся на них, думая над дизайном.
Теперь я хотя бы понимал, почему он обратился именно ко мне, но всё же, что он подразумевает под «гармонией»? Надо это обсудить с ним детально, чтобы не было недоразумений.
– Ну, ты пока комнату посмотри, можешь окунуться в пруд, если есть желание.
– Хорошо.
Гонимый любопытством, я спустился по короткой лестнице к бассейну.
Вокруг водоёма причудливым узором были разбросаны коврики для ванной. С точки зрения гигиены – очень грамотно продумано, их легко заменить и они чудесно впитывают влагу.
Моя сумка всё время сползала с плеча, пока я заглядывал в воду, поэтому я оставил её на полу и подобрался ближе. Водоём был небольшим, всего метра три в длину.
Наклонившись, я попробовал воду – она оказалась чуть тёплой. Пруд был достаточно маленьким, чтобы без проблем спускать и наполнять его снова, наверное поэтому я не почувствовал характерного запаха хлорки. Интересно, из чего его сделали? И какова его глубина? Ухватившись за край, я наклонился пониже.
– А-а!
Стенка оказалась влажной, рука соскользнула, и я свалился в воду с громким всплеском.
– Минами?! – Из полного тревоги голоса Аскуры куда-то исчезли профессиональные нотки.
Я вынырнул на поверхность, откашливаясь. Всё произошло так неожиданно, что я успел наглотаться воды. Зато теперь я узнал глубину бассейна. Вода доходила мне до пояса, значит, приблизительно три фута.
Блин, какой же я идиот.
– С тобой всё в порядке?
Асакура подбежал к пруду. Он протянул мне руку, и я взял её машинально, не задумываясь о том, что принимаю помощь от человека, возможно, замышляющего что-то против меня.
– Я в норме. Извините.
Я вырос возле океана, и, играя с другими детьми, мы часто бросали друг друга в воду. По сравнению с теми ощущениями, моё сегодняшнее приключение было просто мелким недоразумением. И тем не менее, я пребывал в шоке.
– Давай снимай одежду, её надо высушить.
– Не стоит! На улице жара. Я просто выжму её, и она высохнет сама собой, пока я доберусь до офиса.
Идея раздеться перед Асакурой показалась мне чудовищной. Обычно я не такой стеснительный, и если бы на месте Асакуры был другой мужчина, наверно, я бы последовал совету не задумываясь. Но Асакура был самым непредсказуемым человеком из тех, кого я встречал. Не было никакой гарантии, что его пресловутая похоть не включится сама собой в любой момент. Следовало быть осторожным.
– Твоя футболка может и высохнет, а вот джинсы – никогда. И разве ты не знаешь, что легко простудиться даже летом? У нас есть сушилки в прачечной, это не займёт много времени. Давай, не стесняйся. – И Асакура потянулся ко мне, словно намереваясь меня раздеть.
– Х-хорошо! – вскрикнул я, отпрыгивая. – Спасибо. Я справлюсь сам.
С трудом стянув с себя мокрую футболку, я бросил её на пол. Затем снял ботинки и нерешительно остановился, прежде чем избавиться от джинсов. Они стали тяжёлыми от воды. Асакура бросил мне банный халат.
– Вот держи, можешь бельё тоже снять. Не очень приятно, когда оно сохнет прямо на теле.
– Хорошо.
Не то чтобы я забыл об осторожности, но в этом он был прав. Всё же, прежде чем снять трусы, я запахнул халат и тщательно завязал пояс.
– Давай мне одежду, я позабочусь о ней.
Я скрутил свои вещи и засунул их в пакет. Асакура поднялся по ступенькам и исчез в глубине комнаты. Я услышал его приглушенный голос, по всей видимости, он разговаривал по телефону.
Я смотрел на гладкую поверхность пруда и сам себя жалел. И о чём я только думал? Не надо было мне раздеваться. Если суммировать всё, что со мной произошло, можно было с уверенностью сказать только одно: «идиот». Именно так бы назвал меня Кавахара.
– Минами? Мне очень жаль. Как оказалось, сейчас пересменка, и все горничные разошлись по домам. А другие придут только через час. Ты можешь подождать?
Я собрался предложить высушить одежду на солнце, но, представив свои трусы, болтающиеся из окна отеля, передумал.
– Думаю, да.
Асакура кивнул и опять исчез. Наверно, понёс мою одежду в прачечную. Я услышал, как за ним закрылась дверь в коридор.
Кажется, я снова загнал себя в ловушку.

* Для названий отелей Асакура использует разные фазы луны: полная луна, молодая луна, полумесяц…

Я задумался, глядя, как плещется вода в бассейне.
– Тебе надо высушить волосы, – услышал я вдруг голос Асакуры из-за спины. Застигнутый врасплох, я развернулся, и тут же моя голова оказалась замотанной в белую махровую ткань.
– Эй! Я и сам могу это сделать!
Не обращая внимания на протесты, Асакура тщательно вытирал мои волосы, словно я был маленьким ребёнком. Решив отобрать у него полотенце, я случайно схватил его за руку, что сделало ситуацию ещё более неловкой. Асакура тут же воспользовался этой оплошностью, накрыв мою ладонь своей.
– У-у… ну зачем вы. Я сам всё сделаю. П-пожалуйста. – Я попытался вырваться.
С наброшенным на голову полотенцем я не мог видеть выражения его лица.
Что на меня нашло? Почему я вёл себя так глупо? Я уставился в пол, парализованный собственной беспомощностью. Мои ощущения обострились до предела, позволяя улавливать малейшее изменение в поведении противника. Я чувствовал себя жертвой, за которой наблюдает хищник. Если мне повезёт, и он не голоден, то возможно, меня оставят в покое.
– Ну, так дело не пойдёт. Тебе надо успокоиться и расслабиться, – услышал я журчащий смех Асакуры где-то над головой.
– Что? – переспросил я, взглянув на него. Он обхватил моё лицо руками.
– Ты вообще понимаешь, какими последствиями грозит пребывание в номере отеля наедине с мужчиной, который тебя хочет?
– Но мы ведь говорили о работе! Ну зачем ни с того ни с сего опять съезжать на эту тему?
Асакура навис надо мной, и на его лице отразилось такое неприкрытое желание, что я даже испугался. Он по-прежнему крепко держал мою голову, не давая вырваться. Я отстранился, насколько это было возможным, уставившись на него:
– У вас достаточно партнёров для удовлетворения похоти, нет никакой необходимости принуждать того, кто вас не хочет! Если вы отпустите меня сейчас же, я сделаю вид, что ничего не было.
Интересно, что случится, если я укушу его за нос? Асакура приблизил ко мне своё красивое лицо, и я почти решился на это.
– Ааа! – Он неожиданно разжал руки, и мои планы провалились.
Потеряв равновесие, я стал падать навзничь и ничего не мог с этим поделать. Чтобы удержаться на ногах, я сделал первое, что пришло в голову – обхватил руками Асакуру за шею. И только после того, как в ответ он обнял меня за талию, я понял, в чём заключалась истинная опасность.
– О, кажется, ты переполнен энтузиазмом? – прошептал, посмеиваясь, Асакура и прижался ко мне.
Переполнен энтузиазмом?! Он что, совсем двинулся? Явно неуместный выбор слов в данной ситуации. Я извивался, пытаясь вырваться из его хватки. Учитывая, что я довольно сильный, думаю, ему нелегко было удерживать меня. Но, несмотря на все мои старания, попытки освободиться не увенчались успехом. Он только крепче сжимал меня, как будто повторяя мой сон о гигантской змее.
– Отпустите меня! Это зашло слишком далеко! – рявкнул я.
Выражение лица Асакуры осталось по-прежнему спокойным.
– Слишком далеко? Что-то я не припомню, чтобы мы устанавливали границы. Я уже говорил вчера, ты – единственный, кому неприятно моё внимание. Это так заводит, Минами.
– А тебе никто не говорил, что ты – самодовольный самонадеянный засранец? Ты просто отвратителен! Неужели ты считаешь себя настолько неотразимым?!
Пытаясь скрыть смущение, я орал на него, не до конца осознавая, что говорю. Меня с ума сводило ощущение его рук на моих бёдрах в особенности из-за того, что под банным халатом на мне ничего не было.
Мои слова, кажется, произвели впечатление на Асакуру, и он улыбнулся:
– А ты молодец. Прямо в яблочко.
Такая безоговорочно-искренняя самокритичность окончательно меня смутила.
– Ты знаешь, кроме тебя только один человек называл меня так. – Асакура, казалось, был очень этим доволен. И он наклонился, чтобы поцеловать меня.
– Ммм!
Я попытался отвернуться, но Асакура, словно предвидя это, схватил меня за волосы, от чего ощущения вдруг обострились до предела. Его язык властно завладел моим ртом, и я сам не заметил, как уступил Асакуре.
Колени подогнулись, и мне пришлось повиснуть на нём. Я больше не мог вспомнить причину, по которой должен сопротивляться. В очередной раз я осознал, что до Асакуры понятия не имел, что такое настоящий поцелуй.
– Н-нет, – цепляясь остатками сознания за действительность, попытался возразить я.
Как ни горько в этом признаваться, но… мне это нравилось.
Мне было так хорошо, что я, забыв обо всём, беззаветно отдавался охватившему меня желанию.
За двадцать три года своей жизни я никогда не испытывал подобного, даже во времена подросткового гормонального бума я оставался равнодушным к сексу, поэтому стал задумываться над своей асексуальностью. И вот, один поцелуй этого мужчины – и я превращаюсь в беспомощное, бесхребетное существо, мечтающее об одном – чтобы удовольствие никогда не заканчивалось.
– Минами? Ты что, плачешь? Надеюсь, от счастья? – смех Асакуры обласкал мои губы.
У меня не было сил спорить, я едва держался на ногах. Но всё же я сумел злобно зыркнуть на него.
– Ну признайся. Тебе нравится со мной целоваться. Тем более твоё тело уже всё мне рассказало.
Асакура коленом раздвинул мои ноги и, не дав опомниться, притянул за бёдра к себе.
– Эй!
Наши тела прижались друг к другу. Я закусил губу от досады, что не могу контролировать желание. Против моих протестов у Асакуры было весомое доказательство – моя эрекция. К тому же я всё еще цеплялся трясущимися руками за его плечи.
– Тебя ноги не держат? Как мило, – его прерывистый возбуждённый шёпот обжог ухо. А затем он слегка прикусил его.
– Аа… не делайте так!
Дрожь пробежала вдоль позвоночника, и я покрылся гусиной кожей. Ну почему я так бурно реагирую на малейшее прикосновение?
– Нне… не трогайте меня!
Асакура был одет в костюм, на мне же кроме халата ничего не было. Его рука свободно скользнула между полами и прикоснулась к груди. Попытки освободиться привели лишь к тому, что халат сбился, оголяя плечо, и я окончательно стал похож на мотельную шлюху.
Ладонь Асакуры была такой тёплой…
Она скользнула вдоль рёбер и замерла на спине. Я кусал губы, чтобы не стонать.
– Нне! Ммм…
Асакура скользнул языком ко мне в ухо, изучая его извилины, его руки блуждали по обнажённому телу. Я словно потерялся в другой реальности.
– Аах!
Он скользнул ладонью вниз и ухватил за член. Я весь напрягся.
– Какой горячий, и посмотри, ты сочишься смазкой. Чувствуешь это?
– Ах! Нет!
Он потёр пальцем головку, размазывая по ней влагу.
После этого я уже не мог утверждать, что не отвечаю на его прикосновения, слишком очевидной была реакция моего тела.
– Знаешь, я заметил, что на этой стадии возбуждения ты забываешься окончательно и просто стонешь и мычишь от восторга.
С изысканным мастерством он медленно сжимал и отпускал мой член, лаская его, трогая его, наслаждаясь формами. Это было так здорово, несравнимо с мастурбацией. Когда ощущения стали слишком сильными, я не смог больше сдерживаться:
– Ааах… я сейчас… отпустите!
Я чувствовал, что вот-вот кончу и просил его остановиться. Но вместо этого он только ускорил события, дразня пальцем кончик головки.
– Ааа…ах!
Я зарылся лицом в плечо Асакуры, пока моё тело сотрясалось в конвульсиях. У меня не было сил, чтобы стоять, даже повиснув на нём, и я сполз на резиновые коврики.
Тяжело дыша, я впился зубами в запястье, чтобы хоть немного привести себя в чувства.
– Не смей!
Я поднял на него затуманенный взгляд. Асакура схватил меня за руку, наклонился и поцеловал.
Желание сопротивляться полностью исчезло. Бездумно я ответил на поцелуй.
– Мм…
На каждое движение его языка моё тело, всё ещё вибрирующее после оргазма, покорно отзывалось дрожью. Ему не составило труда разжечь тлеющие искры страсти. И когда он начал медленно отстраняться, я последовал за ним, умоляя шёпотом не останавливаться. Господи, стыдно-то как!
– Давай найдём местечко поудобнее, – прошептал он мне на ухо.
Моё тело пульсировало от напряжения.
Неужели он хочет… Ну конечно, он предлагает отправиться в постель.
– Уу… нет, это… – начал было спорить я.
– Ну всё, хватит. – Асакура подхватил меня на руки, и я вцепился в его плечи.
– Я тяжёлый. Вы повредите спину.
Не сказать, чтобы я был горой мышц, но и изящной барышней меня тоже не назовёшь. Килограмм шестьдесят я весил.
– Да уж, не пушинка. Лучше не трепыхайся, если не хочешь, чтобы я тебя уронил. И не волнуйся за меня. Я сильный.
Он признал, что я тяжёлый, но на устойчивости его походки это никак не отразилось. Взбежав по ступенькам, через несколько секунд он уже укладывал меня на кровать. Я попытался было подняться, но он подкатился ко мне и обвил руками.
– Наверное, всё-таки стоило тебя послушаться – ты действительно не лёгкий.
– Да неужели!
Кажется, он пока не собирался предпринимать никаких активных действий. Моё напряжение постепенно отступало. Я вздохнул и начал разглядывать семейство китов на потолке.
Не знаю почему, но меня больше не раздражали руки Асакуры, обнимающие меня. Да и какой смысл сопротивляться, если в конце концов он всё равно заставит меня забыться от наслаждения.
Несмотря на всё, что со мной происходило, я не был уверен в том, что я гей. Может, у меня тоже широкие взгляды? Или скорее, планка моих моральных принципов опустилась так низко?
Асакура лежал, обвившись вокруг меня, своим весом вдавливая в матрас. Постепенно я стал ощущать дискомфорт.
– Вы тяжёлый, мистер Асакура.
Он не ответил.
– Мистер Асакура?
Его голова уютно устроилась на моём плече. Я заглянул в лицо: глаза закрыты, черты лица расслаблены, дыхание ровное.
– Вы что действительно спите?
Я не верил своим глазам. Он уснул почти мгновенно. Словно младенец.
Он всё ещё был в костюме, и даже галстук туго затянут. Не самая удобная одежда для сна. И тем не менее, он дрыхнет без задних ног.
Я попытался выбраться из-под него, но он обнял меня как подушку, и его ноги переплелись с моими, так что я не мог пошевелиться.
– Вы что думаете, я не стану вас будить?
Потом я вспомнил о злых духах, которые обычно появляются в такой момент в сказках, и решил не испытывать судьбу. Я улёгся обратно, размышляя о том, до чего докатился: не только предавался разврату посреди рабочего дня, но и собирался вздремнуть после того, как без особого сопротивления с моей стороны меня довели до оргазма.
Да я скорее умру, чем правда о моём поведении станет известна Амамие или Кавахаре.
Я прислушивался к лёгкому дыханию Асакуры, и постепенно сон сморил меня. Засыпая, я всё ещё думал о своём недостойном поведении, удивляясь, как у меня хватает совести вот так спокойно спать в объятиях человека, принуждающего меня заниматься с ним сексом.
Я услышал, как звонит телефон.
Кто бы это ни был, крайне не вежливо с их стороны мешать мне спать.
Я медленно возвращался к реальности. Когда я наконец открыл глаза, то увидел над собой семейство китов.
– Что за?..
В моей спальне ничего подобного нет. Пара секунд ушло на осознание того, где я нахожусь. Простыни цвета морской волны, тёмно-синие подушки, белые в голубую полоску обои на стенах – память медленно возвращалась ко мне, пока я рассматривал комнату.
– Спасибо. И не могли бы вы принести ланч для двоих? Да, для двоих. Спасибо ещё раз. – Я повернулся и увидел Асакуру, который сидел спиной ко мне на кровати и разговаривал по телефону.
Он повесил трубку и, словно почувствовав мой взгляд, обернулся.
– А, ты уже встал. Представляешь, а я не помню, как уснул.
Асакура никогда не проявлял сильных эмоций, но мне показалось, что он действительно чем-то смущён.
– Который час?
– Половина первого. Мы почти два часа проспали.
Я был просто в шоке от того, что уснул так глубоко.
– Спорим, ты голоден? Твою одежду высушили, я попросил горничную принести её и чего-нибудь поесть.
Как только он заговорил о еде, я сразу почувствовал, что умираю с голода. Сегодня утром я не успел позавтракать, сжевал только безвкусный питательный батончик.
Мой желудок заурчал жалобно, и Асакура ухмыльнулся:
– Ланч сейчас принесут. А пока можешь съесть это, – Асакура порылся в кармане пиджака и достал несколько сливочных карамелек в красочных обёртках – он что, действительно таскает их всегда с собой?
– Спасибо.
Я хотел было отказаться, но блестящие конфетки вызывали столько приятных воспоминаний, что я решил попробовать одну.
Сливочно-карамельный вкус был настолько знаком, что я не сдержал улыбку.
– Что смешного?
Асакура с любопытством смотрел на меня, засовывая одну из конфет себе в рот.
– Просто давно их не ел. Я рассказывал, что вырос в старой гостинице? Она находится на маленьком острове с населением не более десяти тысяч человек во Внутреннем море. Сейчас там уже много магазинов и хорошо развита инфраструктура, а когда я был маленьким, это было богом забытое место. Недалеко от нашего дома находился единственный магазин, в котором кроме вот этих сливочных конфет да шоколада других сладостей не продавали. Каждый раз, приходя с мамой в магазин, я умолял её купить мне их, и в конце концов, она сдалась.
– Но разве гостиница не заказывала продукты с материка? – поинтересовался Асакура.
Я представлял, о какой гостинице он думает: с горничными, поварами и моей мамой – управляющей персоналом. На самом деле моя семья ничем подобным не владела.
– Это старая гостиница на крошечном острове. Можно сказать, что мы сдавали свободные комнаты. Мой папа ловил рыбу, которую они с мамой вместе готовили. Овощи мы выращивали сами на маленьком огороде позади дома. Учитывая, что у меня было пятеро младших братьев и сестёр, мне не часто удавалось полакомиться сладостями в своё удовольствие.
Пока конфета таяла во рту, я болтал без умолку, вспоминая всё новые и новые подробности.
– На нашем острове начальная и средняя школа находились в одном здании, и на детских праздниках всегда было больше родителей, чем учеников. Чтобы посещать старшие классы, нам приходилось плавать на катере в другую школу. Лодки часто не ходили из-за тумана или шторма, так что мы пропускали занятия. Но хуже всего было опоздать на последний шестичасовой рейс или застрять в школе, если его отменяли из-за погодных условий, нас тогда разбирали по домам учителя.
Ну а потом я уехал учиться в колледж и нашёл эту работу. Два года прошло с тех пор, как я последний раз посещал остров.
– Какие приятные воспоминания, – прошептал Асакура. За всё время он не проронил ни слова.
Наши взгляды встретились. Возможно, мне только показалось, но выглядел он грустным. Прежде чем я успел убедиться в этом, он быстро отвернулся.
Мы не были настолько близки, чтобы я решился расспрашивать его о том, о чём он, очевидно, не хотел рассказывать. Возникла неловкая пауза. В этот момент позвонили в дверь.
– А вот и еда.
Асакура поднялся с кровати и широким шагом направился к двери. На его лице не было и следа каких-либо переживаний. Я бросился поправлять халат, чтобы горничная ничего такого не заподозрила.
Послышался приглушенный разговор, а затем появился Асакура с пакетом в одной руке и подносом в другой.
– Всё, чего ты ждал.
Я не знаю, говорил ли он о еде или одежде, возможно, он имел в виду и то и другое.
– Спасибо… большое.
Я решил вначале одеться, чтобы почувствовать себя наконец раскованно. Забрав пакет у Асакуры, я отвернулся.
Достав трусы, я увидел, что их отутюжили. Посчитав это до крайности нелепым, я натянул их с кривоватой ухмылкой, наслаждаясь непривычной роскошью. За ними последовали джинсы и футболка.
– Я попросил их приготовить чего-нибудь на скорую руку. Надеюсь, тебя это устроит?
– Не беспокойтесь. Я ем всё.
Асакура поставил две тарелки с чем-то похожим на плов на столик медового цвета. От них поднимался пар – неужели правда приготовили здесь, в отеле?
У меня прямо слюнки потекли. Вытерев губы, я уселся в деревянное кресло.
Я предпочитал не замечать, что Асакура смотрит на меня со снисходительным участием, как на домашнюю зверушку, которую собираются покормить.


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 |

Поиск по сайту:



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.004 сек.)