АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

Судебно-психологическое исследование фонограмм и видеозаписей

Читайте также:
  1. V. Объективное исследование больного.
  2. Аналитическое исследование системы
  3. Архивное исследование
  4. Б. Качественное исследование
  5. Бактериологическое исследование трупа
  6. Билет 21. Исследование среды маркетинга туристского предприятия.
  7. Взятие крови из вены на биохимическое исследование Вакутайнером
  8. Взятие крови из вены на биохимическое исследование шприцем
  9. Вопрос 24 поверхности второго порядка (эллипсоид, цилиндры, конус) и их канонически уравнения. Исследование формы поверхности методом параллельных сечений.
  10. Геморрагические и ишемические инсульты у детей. Исследование рефлексов орального автоматизма и патологических стопных рефлексов у детей.
  11. Глава 2. Исследование и оценка в психологии личности
  12. Глава 2. Исследование и оценка в психологии личности.

Что касается обычной экспертизы аудио- и видеопленок на подлинность, то еще во времена СССР КГБ разработало специ­альное программное обеспечение. В дальнейшем оно было усо­вершенствовано специалистами ФАПСИ и ФСБ. Общая мето­дика экспертизы сводится к построению аудио- и видеоряда, выделению его и сопоставлению с программным обеспечением.

Данная программа отсеивает все имеющиеся искусственные наслоения на аудиопленке. При экспертизе видеопленки на до­полнительную пленку записываются объекты, изображенные на первоначальной пленке. В дальнейшем выстраивается видеоряд и сопоставляются параметры изображения. Когда подобную сис­тему нельзя применить, то к экспертизе могут быть подключены различные проверки, наподобие установления нахождения изо­браженного лица, предмета к моменту съемки именно в том месте, где указано на пленке.

Поскольку подобная экспертиза находится в основном в ком­петенции органов Федеральной службы безопасности, то при не­обходимости пленки направляются на экспертизу в специализи­рованный институт УФСБ Ленинградской области или в Москву.

Основными направлениями для проведения данной экспер­тизы служат сопоставления голосовых сообщений в органы МВД, ФСБ о готовящихся, совершенных и совершаемых пре­ступлениях.

В последнее время на психологическое исследование стали поступать фонограммы и видеозаписи допросов и иных следст­венных действий для установления факта психического воздей­ствия на допрашиваемого со стороны следователя или третьих лиц. Как правило, подобные экспертные исследования прово­дятся в случаях, когда допрашиваемый утверждает, что непо­средственно в процессе допроса на него оказывалось давление, поэтому он сообщал информацию, требуемую следствием.

Очевидно, что задача судебно-психологической экспертизы в таком случае состоит лишь в установлении наличия или отсутст­вия признаков психического воздействия на испытуемого имен­но в процессе допроса. При этом анализу подвергаются такие факторы, как удержание вопросов допрашивающего с точки зрения их внушающего воздействия, интонационные характери­стики речевого взаимодействия, а если анализируется видеоза­пись, то и невербальные компоненты общения.

Следует особо подчеркнуть, что в рамках психологического исследования аудио- и видеозаписей обязательно проводится экспериментально-психологическое обследование подэкспертного, в ходе которого устанавливаются его интеллектуальные, личностные, эмоционально-волевые особенности, а также склон­ность к фантазированию и устойчивость к внушающему воз­действию.

На разрешение экспертизы ставится вопрос: имеются ли в тексте допроса на аудио- или видеозаписи признаки психического воздействия на испытуемого со стороны допрашивающего либо третьих лиц?

В.Ф. Енгалычев и С.С. Шипшин [11] приводят пример по­добного исследования.

Так, Б. обвинялся в том, что с группой сверстников он со­вершил изнасилование несовершеннолетней. В ходе предвари­тельного следствия он дважды допрашивался с применением аудиозаписи. В суде Б. заявил, что при допросе следователь ока­зывал на него психическое давление, заставлял давать информа­цию, обличающую других обвиняемых и его самого. На экспер­тизу были представлены две магнитофонные кассеты с аудиоза­писями указанных допросов. В ходе экспериментально-психо­логического исследования установлено, что Б. проявляет разви­тую память, отсутствие отклонений в перцептивной сфере, ус­тойчивость внимания, средний уровень интеллектуального раз­вития. Ему свойственны самоуверенность, напористость, актив­ные формы поведения в конфликтных и затруднительных ситуа­циях. Повышенные внушаемость и склонность к фантазирова­нию для него не характерны.

В процессе анализа содержания фонограмм допросов было установлено, что в обоих случаях Б. давал показания в форме как монолога, так и диалога. Темп речи достаточно быстрый, речевые реакции живые, эмоционально окрашенные. Испы­туемый использует жаргонные выражения и свойственные ему речевые обороты. Дважды в процессе рассказа Б. зевает. В ходе первого допроса следователь задал ему 125 вопросов, которые непосредственно касались исследуемой ситуации. Подавляющее большинство из них были уточняющими, по­скольку вытекали из информации, данной Б. Интонационно их постановка преимущественно нейтральная. Большинство вопросов ставились в объективной форме (по типу: «Кто си­дел на переднем сиденье?) и были относительно свободны от внушающего воздействия (90 вопросов). 26 вопросов следует рассматривать в той или иной степени внушающими (от сла­бо суггестивных, предполагающих ответы типа «да-нет», до умеренно суггестивных, требующих выбора между двумя аль­тернативами — «или-или»). Однако следует заметить, что они также являлись уточняющими, вытекающими из показаний Б. Только 8 вопросов можно рассматривать как прямо внушаю­щие, поскольку они касались информации, о которой допра­шиваемый не упоминал. Вместе с тем большинство из этих вопросов не предполагало получение принципиальной ин­формации, являясь по сути дополнительными. (При этом также следует учитывать, что степень внушающего воздейст­вия снижается, если события, относительно которых задан вопрос, имели место в действительности и допрашиваемый мог быть их непосредственным участником или свидетелем.) В ходе второго допроса был задан только один вопрос, имеющий внушающее воздействие.

Таким образом, проведенное исследование позволяет сделать вывод о том, что, учитывая перечисленные выше индивидуаль­но-психологические особенности Б. и наличие значительного количества вопросов, имеющих внушающее действие, но не яв­ляющихся принципиальными, решающее воздействие на Б. со стороны следователя в ходе двух анализировавшихся допросов незначительно.

Представляет интерес и другой пример, иллюстрирующий экспертное исследование содержания видеозаписей.

В. обвинялся в совершении разбойного нападения, сопря­женного с убийством. На предварительном следствии им были •даны несколько собственноручно исполненных показаний (экспертами-психологами и автороведами также проводилась комплексная психолого-лингвистическая экспертиза этих до­кументов, согласно выводам которой автором всех текстов яв­лялся В). Вывод В. на место преступления сопровождался ви­деосъемкой (видеозапись была предоставлена в распоряжение эксперта). На исследование была представлена и видеозапись допроса, проводившегося спустя месяц после выхода на место преступления.

Анализ видеозаписи выхода на место преступления пока­зал, что первоначально, в кабинете, В. подробно поведал о случившемся в форме свободного рассказа, ответил на по­ставленные вопросы. При этом, несмотря на присутствие большого количества людей (следователя, адвоката, началь­ника криминальной милиции, двоих конвойных и двоих по­нятых, а также специалиста, производившего съемку), В. держался спокойно. Непосредственно на месте происшествия испытуемый свободно и уверенно ориентировался, сам пока­зывал, куда и как шел вместе с другими обвиняемыми, как открывал калитку, дверь, каким образом сбил выскочившего из комнаты мужчину, и т.д. Обо всем говорил подробно, в деталях, наглядно показывая на месте последовательность своих действий. На вопросы следователя отвечал без призна­ков нерешительности, неуверенности, не выявляя каких-либо пауз и заминок. Эмоциональный фон настроения В. при вы­ходе на место происшествия ровный, адекватный ситуации. Анализ вопросов следователя, с точки зрения их суггестивно­сти, показал, что они не могут рассматриваться как собствен­но внушающие, поскольку большинство из них вытекали из рассказа В. (как в кабинете, так и на месте происшествия), являясь уточняющими, и не предполагали выбора между аль­тернативными вариантами ответов.

На основании проведенного исследования эксперт пришел к заключению: вероятность того, что в процессе выполнения рас­сматриваемого следственного действия (выход на место проис­шествия) на В. могло быть оказано психическое давление, явля­ется исчезающе малой.

Видеозапись допроса, проводившегося спустя месяц после выхода на место происшествия, представляла значительный интерес для психологического анализа. Перед допросом было объявлено, что помимо В. и следователя присутствует спе­циалист, производящий видеосъемку. В процессе допроса В. держался относительно свободно, на вопросы отвечал по су­ществу, однако излагал иную версию событий, нежели в сво­их собственноручных показаниях и в ходе выхода на место происшествия.

Анализ данной видеозаписи показал, что при общении для В. на невербальном уровне характерно установление визуаль­ного контакта с собеседником. Это устойчиво проявилось как в ходе допроса, так и при выходе на место происшествия. В ходе допроса В. проявлял три точки фиксации взгляда, имев­шие стабильную локализацию. Первая совпадала с местом на­хождения видеокамеры (взгляд опрашиваемого направлен в объектив); вторая точка совпадает с источником голоса, за­дающего вопросы (следователь); третья точка находилась меж­ду первой и второй. Было отмечено, что при рассказе о слу­чившемся и ответах на вопросы взгляд В., как правило, был фиксирован поочередно на второй и третьей точках; при этом эмоциональный отклик у В. наблюдался чаще при направле­нии взгляда на третью точку. Это проявлялось прежде всего в установлении явного визуального контакта, наличии пауз, во­просительного либо уточняющего взгляда, некоторого измене­ния темпа повествования. Так, при рассказе том, как открыва­ли дверь, произошло определенное изменение в динамике по­вествования и в поведении В.: последовала относительно дли­тельная пауза, в ходе которой вопросительный взгляд испы­туемого был сосредоточен в направлении третьей точки, после чего допрашиваемый слегка кивнул головой и начал говорить относительно сетки на двери, отведя глаза в сторону; при этом на его губах появилась улыбка. Так же, когда В. рассказывал о действиях его соучастников в доме потерпевшего (поиск золо­тых изделий), снова отмечалось усиление сосредоточенности его взгляда с неоднократными поочередными быстрыми пере­водами взгляда в направлении второй и третьей точек фикса­ции (уточняющий взгляд). Анализ вопросов следователя свиде­тельствовал, что большинство из них свободны от внушающего воздействия (за исключением двух вопросов, предполагавших выбор из трех альтернативных вариантов ответа).

Учитывая вышеизложенное, эксперт пришел к выводу, что психическое воздействие на В. со стороны следователя в ходе допроса было незначительным. Однако перечисленные в ходе анализа особенности невербального взаимодействия В. в про­цессе допроса позволили предположить, что во время допроса в кабинете находилось еще одно лицо (кроме названных при на­чале допроса), чья реакция на ответы В. была для последнего эмоционально значимой. Это могло свидетельствовать о воз­можном невербальном воздействии на допрашиваемого со сто­роны третьего лица в период рассказа В. о проникновении в дом и о поиске ценных вещей.

Тактика и методика проведения подобных экспертиз посто­янно совершенствуются по мере роста уровня информационно-технической оснащенности граждан.


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 |

Поиск по сайту:



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.003 сек.)