АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

Часть VIII. Центральный собор (пятый месяц 380 года по календарю Мира людей) 8 страница

Читайте также:
  1. II часть «Математическая статистика»
  2. II. Недвижимое и движимое имущество. Составная часть и принадлежность
  3. II. Практическая часть.
  4. II. Практическая часть.
  5. II. Теоретическая часть урока.
  6. III. ИНФОРМАЦИОННО-МЕТОДИЧЕСКАЯ ЧАСТЬ
  7. IX. Карашар — Джунгария 1 страница
  8. IX. Карашар — Джунгария 2 страница
  9. IX. Карашар — Джунгария 3 страница
  10. IX. Карашар — Джунгария 4 страница
  11. IX. Карашар — Джунгария 5 страница
  12. IX. Карашар — Джунгария 6 страница

Стиснув зубы, Юджио смотрел, как огненная стрела, потеряв часть своей страшной мощи (непонятно, правда, насколько большую), вонзилась в пятый щит. Искры яростно разлетелись в стороны, но, похоже, барьер враждебного огню элемента остался не пробит.

–?!.

Глаза Юджио распахнулись сами собой. Ему показалось, что пламенеющее копье позади полупрозрачного ледяного барьера изменило форму. Широко раскрытый клюв, расправленные крылья – это выглядело почти как хищная птица…

Но у Юджио не было даже шанса подумать над этим – поверхность последнего щита покрылась множеством трещинок, и он раскололся на части.

Нахлынула волна жара, не давая даже дышать. Огненное копье – нет, огненная птица, – пробив все барьеры, неслась к Кирито, будто желая пожрать и его.

– Уооооо!!!

Лишь теперь изо рта Кирито вырвался боевой клич. Он выбросил вперед правую руку с черным мечом.

Он же не собирается проткнуть эту здоровенную птицу, да? Такая мысль мелькнула у Юджио. Но.

Меч Кирито, только что смотревший прямо вперед, описал какую-то немыслимую дугу. А потом закрутился, точно лопасти ветряной мельницы, вокруг пяти мелькающих пальцев.

Скорость его – это было нечто невероятное. Юджио не понимал, как именно двигались пальцы, но клинок вращался быстрее, чем мог уследить глаз; перед Кирито словно возник полупрозрачный черный щит.

Голова огненной птицы врезалась в щит номер шесть.

Доуааааа!!! Этот гром был, возможно, яростным клекотом гигантской птицы…

Смертельное пламя, пробившееся сквозь пять ледяных стен, нарезалось вращающимся клинком на тысячу ошметков, разлетевшихся во все стороны. Но некоторые из них попали на тело Кирито и полопались маленькими взрывчиками.



Глядя, как его партнер, будто отброшенный, взлетел в воздух, Юджио завопил:

– КИРИТООО!!!

Но тот, даже на лету, окутанный искрами, прокричал в ответ:

– Не останавливайся!!!

Стряхнув с себя секундную нерешительность, Юджио перевел взгляд вперед. Кирито на его месте ни за что бы не остановился, не упустил бы этого единственного шанса. Он сделал то, что обещал. Значит, и Юджио обязан выполнить свою часть уговора.

Упавший партнер остался позади; Юджио преодолел почти все оставшиеся ступени.

Одним прыжком прорвавшись сквозь стену искр, висящих в воздухе, он очутился возле самой площадки; рыцарь стоял прямо перед ним.

Должно быть, и для Рыцаря Единства стало неожиданностью, что его атака с полным контролем, потребовавшая высшего напряжения сил, была отбита и не причинила серьезных ран. Лица его даже с такого расстояния видно не было, но в глубине шлема Юджио почудилось удивление. На то, чтобы натянуть лук и сделать следующий выстрел, времени уже не оставалось. Раз он был без меча и позволил врагу сблизиться…

…Ты проиграл!

С этим безмолвным выкриком Юджио вскинул «Меч голубой розы».

– Ты меня недооцениваешь, негодяй!!! – прорычал рыцарь, будто прочтя мысли Юджио.

Тень удивления исчезла без следа; от воина в медно-красных доспехах исходила лишь жажда боя. Держащая лук левая рука поднялась над головой, и кулак вновь окутался жарким пламенем.

– ДОАААА!!!

Одновременно с этим ревом, разорвавшим воздух, левый кулак рыцаря рванулся по прямой.

…Что теперь?!

Юджио уже почти занес меч для удара, но на мгновение эта мысль все равно мелькнула у него в голове.

В принципе, если сравнивать меч и кулак, на стороне Юджио были и сила, и дальность действия. Но противник занимал более выгодную позицию. Сможет ли сравнительно тонкий «Меч голубой розы» отбить брошенный Рыцарем Единства кулак – ведь противник был не только более рослым, но и стоял на три ступеньки выше? Может, сейчас стоит уклониться, а потом, поднявшись на площадку, атаковать снова?

Нет.

Кирито, воин стиля Айнкрад, лучший друг и одновременно учитель Юджио, говорил ему.

«В этом мире важнее всего вложить что-то в свой меч».

«Ты сам должен решить, что именно ты в него вложишь».

Наставник Юджио Голгоссо-семпай, наставница Кирито Солтерина-семпай, даже надменные и подлые дворяне Райос и Умбер – все они обладали чем-то, что придавало сил их мечам. Но Юджио чувствовал, что сам он по-прежнему в поисках. Он каждодневно тренировался усерднее, чем кто бы то ни было, и освоил множество секретных приемов, но найти, что же вложить в свой меч, ему еще предстояло. А может, он, не будучи мечником от рождения, за всю жизнь этого не найдет.

И все же. По крайней мере сейчас никак нельзя было отступить перед напором Рыцаря Единства и отвести оружие. Время, когда он мог полностью отдаваться тренировкам с мечом и больше ни о чем не думать, осталось позади. Сейчас у Юджио была четкая цель. Вернуть Алису, которую превратили в Рыцаря Единства, отобрав память.

…Алиса.

Да, все прочее было неважно. Восемь лет назад, в тот летний день, он мог лишь стоять и смотреть, как рыцарь забирает его подругу; сейчас он спасет ее непременно. Он оттачивал свое искусство владения мечом, углублял познания в Священных искусствах – все только ради этого.

…Пожалуйста, поделись со мной своей силой. Я все еще неопытен, я, может, не создан для того, чтобы владеть таким прекрасным мечом, как ты… но сейчас я могу лишь идти вперед!

С этими мыслями в сердце Юджио решительно изогнулся всем телом и поднял «Меч голубой розы» над головой.

Ярко-синий свет окутал полупрозрачный клинок. Секретный прием стиля Айнкрад «Вертикальный удар».

– О… оооо!

Направляемый решимостью хозяина, меч прыгнул вперед. Разрубаемый воздух запел, как бывает только при секретных приемах, и клинок врезался в окутанный пламенем кулак Рыцаря Единства.

От места удара во все стороны кольцом разошлась волна алого и синего света, разрывая красную ковровую дорожку, расстеленную на ступенях, и свисающую со стен драпировку. Кулак и меч, упершись друг в друга, застыли.

Бронированная перчатка и клинок со скрипом давили друг на друга. Юджио прикладывал все силы, чтобы завершить секретный прием, но рука рыцаря не подавалась, оставалась на месте, как каменная. Впрочем, и у противника, похоже, резервы кончались. Тихий стон раздался изнутри шлема, когда рыцарь вложил в кулак всю массу своего тела.

Все застыло, но лишь на несколько секунд. Огненные языки, вырывающиеся из «Пламенеющего лука», который рыцарь по-прежнему сжимал в руке, принялись лизать «Меч голубой розы». Окутывающее клинок сияние секретного приема замерцало, будто не в силах справиться с жаром. Если сейчас «Вертикальный удар» прервется, меч наверняка будет отбит, а Юджио получит прямой обжигающий удар.

– Гу… уу, ооо!..

Юджио изо всех сил пытался продавиться мечом вниз. Однако огонь все усиливался, и клинок начал раскаляться.

Юджио прежде не задумывался об этом, но, согласно «памяти оружия», которую он видел в Великой библиотеке, «Меч голубой розы» обладал свойствами льда. А потому он был слаб против огня, враждебного элемента; и если это противостояние продлится долго, его Жизнь может опасно снизиться.

Но можно ведь и наоборот – нейтрализовать вражеское пламя ледяным элементом меча.

…Тебя с рождения мира закаляли самые холодные метели на вершине Граничного хребта.

Не смей уступать каким-то жалким огонечкам!

И, словно отвечая на призыв Юджио –

От меча разошлась волна холода, жаля не только правую руку Юджио, сжимающую рукоять, но и левую, поддерживающую навершие. Это ему явно не казалось. Ведь и миниатюрная роза, украшающая гарду, покрылась белоснежным инеем. Из инея выросли тонкие ледяные усики; они поползли по клинку, прогоняя лижущие его языки пламени.

Но это был еще не конец. Белые усики перелезли и на кулак рыцаря, где принялись гасить огонь, обволакивающий латную перчатку…

– Нннх…

Стон сорвался с губ рыцаря – должно быть, от нестерпимого холода. Совсем чуть-чуть он вышел из равновесия – и Юджио, не упустив этого момента, нажал, вложив в меч всю накопленную силу.

Дзынннь! Раздался душераздирающий лязг, и меч оттолкнул левый кулак рыцаря.

Но, увы, до тела врага клинок не добрался. Он бесцельно разрубил воздух, а рыцарь, не медля ни секунды, выбросил правый кулак. Он не горел, однако, пропустив удар этого мощного, словно каменного, кулака, Юджио наверняка отлетит к подножию лестницы.

Но.

– И… иеээээ!

Где-то в середине этого яростного вопля меч Юджио прыгнул вверх.

Нанести обратный удар тяжеленным, тяжелее стали, «Мечом голубой розы» за счет одной лишь физической силы было невозможно, каким бы крепким мечник ни был. Существовала лишь одна причина, почему такое могло случиться: секретный прием. Двухударный прием стиля Айнкрад «Вертикальный угол».

Меч, оставив за собой светящийся след в виде буквы Священного языка «V», прорубился по диагонали сквозь нагрудник Рыцаря Единства. Из разреза в медно-красных доспехах брызнули алые капли. Острие меча добралось до плоти рыцаря – но рана была неглубокой.

Едва меч высвободился из тела рыцаря, тот напряг ноги и отпрыгнул назад. Если ему удастся разорвать дистанцию, он снова сможет пускать свои огненные стрелы. А после применения любого секретного приема тело всегда немеет на какое-то время.

Кирито говорил, чтобы Юджио постоянно думал, как избавиться от этой громадной паузы, которая возникает при использовании секретного приема. Конечно, если удар пришелся в цель, проблемы нет; но если удар был отбит, от него уклонились или же он просто не смог остановить врага, вот как сейчас, существует риск получить смертельную контратаку.

Считается, что онемение после секретного приема неизбежно, с ним ничего невозможно поделать, даже если его ожидать. Юджио придумал несколько способов избавиться от последствий задержки – поменяться местами с союзником, например, или высвободить заранее приготовленный элемент ветра, чтобы давлением воздуха отбросить противника. Но Кирито лежал у подножия лестницы, а произносить заклинания было просто некогда. Так что число способов свелось к единице.

Юджио направил все свои физические и духовные силы на то, чтобы контролировать движение «Меча голубой розы», когда тот завершал движение по траектории второго удара «Вертикального угла». Клинок, который должен был взлететь вверх-влево, он перевел так, будто положил его на левое плечо. Синее свечение, окутывавшее меч, внезапно исчезло из-за слишком большой приложенной к нему силы, но это уже не имело значения, поскольку прием все равно завершился.

«Меч голубой розы» остановился над плечом Юджио; рыцарь поспешно продолжил отходить. Лестничная площадка была довольно широкой, и рыцарь, видимо, собирался, воспользовавшись онемением Юджио, отступить к противоположной стене и оттуда выпустить второе огненное копье. Если Юджио это допустит, шанса защититься у него не будет.

Последний способ избежать онемения.

Связать секретный прием с другим секретным приемом. Если, выходя из предыдущего приема, занять стойку, необходимую для запуска следующего, никакой задержки не будет. Это был секретнейший из секретов, «соединение приемов» – даже Кирито, наставнику Юджио, это удавалось лишь через раз…

–!!!

Юджио резко выдохнул и начал всем сердцем молиться о том, чтобы прием запустился. И тут же меч вновь озарился ярким сиянием. Тело Юджио рванулось вперед, будто его толкнули в спину. Клинок, ворча в воздухе, устремился сверху-слева на Рыцаря Единства. Секретный прием «Косой удар».

Наконец-то глаза рыцаря внутри шлема пораженно распахнулись.

В отличие от того раза, когда Юджио пытался рубануть Райоса и Умбера, ни боли в правом глазу, ни крутящихся в воздухе надписей на Священном языке не было. Не было нерешительности, заторможенности. Летящее вперед тело Юджио переполнило лишь желание ударить врага, который заслуживает этого.

«Меч голубой розы» яростно обрушился на правое плечо рыцаря. Раздался металлический звук разрубаемого наплечника, потом правой руке Юджио передался тяжелый тупой удар. Сопротивление, которое он чувствовал, крепко сжимая меч, – это клинок рассекал человеческие мускулы и крушил кости.

С глубокой раной, протянувшейся от плеча до груди, Рыцарь Единства рухнул навзничь.

– Гоааа! – раздался сдавленный крик, и тут же из-под основания шлема выплеснулась струя крови, ярко-алой даже на фоне медно-красных доспехов.

Уже второй раз в жизни Юджио ударил мечом человека, но все равно на мгновение у него остановилось дыхание. Прислушиваясь к отдаче, тень которой еще оставалась в правой руке, он ощутил, как что-то сжалось внизу живота; однако он подавил это ощущение.

Будто соглашаясь с чувствами Юджио, «Меч голубой розы» испустил еще одну волну ледяного воздуха. Вся кровь на клинке мгновенно превратилась в лед и отлетела; меч стал таким же, каким был. Правое плечо рыцаря тоже замерзло и побелело, стекающая кровь образовала небольшую сосульку.

– Ггуу…

Рыцарь Единства тихо застонал и, приподняв левую руку, по-прежнему сжимающую лук, попытался поднести ее к ране. Увидев это, Юджио крепче сжал рукоять меча. Если враг начнет применять Священные искусства, придется ударить павшего рыцаря еще раз. Искусный маг способен потратить сразу всю Священную силу, разлитую в окружающем воздухе, на восстановление своей Жизни, а значит, Юджио должен будет нанести ему тяжелую рану в область рта, либо отсечь руку, либо – возможно, чтобы не дать противнику прийти в себя, придется лишить его жизни.

Однако, похоже, рыцарь оставил попытки вылечиться, когда понял, что его левый кулак замерз и не может выпустить лук, с которого уже пропали языки пламени. Для ритуалов, включающих вызов элементов, требуются тонкие движения пальцев. Рыцарь испустил протяжный вздох, вроде как криво усмехнулся, и его рука со стуком упала на пол.

Юджио был в растерянности, он не понимал, что делать. Да, исходящий от «Меча голубой розы» холод прогнал вражеское пламя, но он же остановил кровь, заморозив рану. Рыцарь не сможет больше сражаться, но и не умрет. Если его оставить в покое, левая рука рано или поздно оттает, он восстановит Жизнь Священными искусствами и вполне может броситься в погоню.

Первым заговорил Рыцарь Единства, пока Юджио стоял, кусая губы.

– …Юнец…

Услышав этот голос, сиплый, но по-прежнему полный достоинства, Юджио выпрямился; следующие слова стали для него некоторой неожиданностью.

– Как называется первый секретный прием, который ты применил?..

– …

Юджио был немного озадачен, но все же ответил, двигая пересохшими губами:

– …Он из стиля Айнкрад, двухударный прием «Вертикальный угол».

– Двух… ударный прием, – повторил рыцарь. Несколько секунд он молчал, потом продолжил расспросы.

– А ты… ты что за прием использовал?..

Шлем рыцаря чуть повернулся, и Юджио тоже быстро оглянулся. Он увидел Кирито; тот, в нескольких местах обожженный, медленно поднимался по лестнице, подволакивая правую ногу; левая рука его свисала как плеть.

– Кирито… как ты?! – в панике спросил Юджио; его партнер издал слабый смешок.

– Все нормально, серьезных ожогов удалось избежать. …Господин рыцарь, я воспользовался оборонительным приемом стиля Айнкрад «Щит-пропеллер».

– …

После этих слов шлем рыцаря повернулся, будто тот утомленно поднял взгляд к потолку; воцарилось молчание.

Несколько секунд спустя рыцарь вновь заговорил; но голос его звучал приглушенно, будто он обращался не к Юджио или Кирито, а к самому себе.

– …Я всегда мечтал увидеть весь мир, от края до края… и даже то, что за краем… похоже, в мире до сих пор существуют мечи и приемы, неведомые мне… Ваши приемы полны силы, накопленной упорным трудом. Было ошибкой с моей стороны… обвинить вас в том, что вы совратили рыцаря Элдри презренными трюками…

Рыцарь Единства вновь повернул голову и посмотрел на Юджио.

– …Не назовете ли вы мне… свои имена?

Переглянувшись с Кирито, Юджио коротко представился:

– …Мечник Юджио. Фамилии нет.

– А я мечник Кирито.

Кивнув, будто размышляя над услышанными именами, рыцарь произнес нечто совсем уж неожиданное:

– …Несколько Рыцарей Единства ждут вас на пятидесятом этаже собора, в «Великом коридоре духовного света». Им приказано не захватить вас в плен, но забрать всю вашу Жизнь до капли и умертвить вас… Если вы решите атаковать напрямик, как вы это сделали сейчас, ваш следующий вздох, вероятно, будет последним.

– Э… это, господин рыцарь, а тебе можно такие вещи говорить? – с тенью недоумения в голосе перебил Кирито. Внутри шлема появилось нечто напоминающее слабую улыбку, и он прошептал:

– Поскольку я потерпел неудачу при исполнении приказа Администратора-сама… мою рыцарскую гордость, доспехи и Божественный инструмент, изымут, а меня подвергнут наказанию – заморозят на неведомо какой срок… Прежде чем я буду подвергнут такому позору, пожалуйста, оборвите мою жизнь… своими руками.

– …

Глядя на лишившихся дара речи Юджио и Кирито, рыцарь добавил:

– Нет нужды колебаться… в конце концов… ваше блестящее искусство владения мечом уже принесло мне поражение…

А затем друзья услышали имя рыцаря – и этого хватило, чтобы у Юджио от потрясения остановилось дыхание.

– …Мне, Рыцарю Единства Дюсолберту Синтезис Севен.

Нельзя сказать, что Юджио «смутно припомнил».

Все последние восемь лет это имя оставалось глубоко впечатанным в его душу, не тускнея ни на миг. Оно было средоточием раскаяния и отчаяния, сопровождаемых гневом.

– Дюсол… берт? В тот раз… ты?..

Юджио услышал голос, с трудом выходящий из его собственного горла, – хриплый, совершенно чужой.

Доспехи были другого цвета, а голоса всех рыцарей из-за шлемов звучали одинаково, с металлическим оттенком, поэтому до сих пор Юджио не замечал; но – да, действительно, рыцарь, лежащий сейчас на полу, когда-то стоял перед Юджио и…

Что-то подтолкнуло Юджио в спину, и он, пошатываясь, сделал несколько шагов вперед.

– Юджио?..

Вопросительный голос Кирито едва дошел до его ушей. Склонившись над рыцарем, Юджио вгляделся в его лицо.

Видимо, на шлем было наложено какое-то заклинание – лицо рыцаря оставалось затенено, даже когда Юджио смотрел с расстояния в несколько десятков санов. Но сейчас он отчетливо видел глаза, в которых оставалась сила, хоть их владелец и потерял огромное количество Жизни. Эти чуть раскосые глаза казались юными и в то же время старыми.

С трудом двигая пересохшим губами, Юджио проскрипел:

– Ты говоришь, оборвать… твою жизнь?.. Блестящий… поединок, говоришь?..

Его правая рука дрожала, «Меч голубой розы» в ней снова начал испускать холод. Доспехи Рыцаря Единства напротив кончика меча покрылись инеем.

Юджио, чуть не разорвав себе горло, одним выдохом выплюнул горячий ком, набухший вдруг в животе.

– Связать! Связать цепями девочку, которой было всего одиннадцать… привязать к дракону и забрать… такой, как ты, просто не имеет права говорить такие словааааа!!!

Юджио взял «Меч голубой розы» обратным хватом и занес для удара.

Ему хотелось пронзить рот рыцаря, выплюнувший непростительные слова, проткнуть до конца, до пола, вымести остаток Жизни.

Однако приступ сильной, пульсирующей боли заставил его остановить правую руку. Болел не правый глаз, а что-то глубоко в груди. И вместе с болью он почувствовал, будто кто-то пытается оттянуть его назад…

По-прежнему стоя с занесенным мечом, дрожа всем телом, Юджио увидел, что его правую руку…

…ласково сжимает протянувшаяся сзади левая рука Кирито.

– …Почему… ты меня остановил, Кирито?.. – шатаясь в урагане чувств, едва сохраняя рассудок, Юджио спросил своего партнера, которому он доверял больше всех в мире.

Кирито пристально смотрел на Юджио, и в глазах его плескалась боль. Медленно покачав головой, он ответил:

– Этот человек уже утратил волю сражаться. Нельзя обращать меч против такого противника…

– Но… но он же… он же тогда забрал Алису… это он…

Хоть Юджио и упирался, как избалованный ребенок, какая-то часть его сознания уже поняла, что имел в виду Кирито.

Рыцари Единства – просто-напросто существа, живущие, чтобы выполнять приказы Церкви Аксиомы, приказы первосвященника. Алису забрала сама церковь – это было результатом искаженных законов Мира людей.

Но дикое желание оставить правильный путь и искромсать поверженного рыцаря все никак не уходило. Чувства ярости, бессилия и вины, копившиеся в нем с того самого летнего дня, просто не могли рассеяться от того, что он, Юджио, узнал о сложном устройстве мира.

Опрокинутая корзинка у его ног. Хлеб и сыр, оскверненные песком. Льдинки, тающие под солнцем.

Тусклые цепи, сжимающие синее платьице Алисы. И ноги Юджио, неподвижные, словно внезапно пустившие корни.

…Кирито… Кирито.

Ты бы тогда, наверно, попытался ударить Рыцаря Единства и спасти Алису. Ты бы это сделал, даже зная, что тебя арестуют и будут судить.

А я не смог. Алиса была моей подругой, самой дорогой для меня девочкой, а я все равно мог лишь стоять и смотреть. Смотреть, как вот этот вот рыцарь, валяющийся сейчас у меня в ногах, связывает Алису и увозит ее прочь.

Голову его переполняла буря эмоций, в которой метались клочки мыслей. Правая рука, которую удерживал Кирито, дрожала, меч поднялся еще выше.

Однако следующие слова партнера, все сильнее сжимавшего его руку, изумили Юджио настолько, что он на мгновение застыл.

– …Я уверен, он этого даже не помнит. Он не помнит, как забрал Алису из Рулида… И не потому что забыл, а просто ему память стерли.

– Э?..

Юджио ошарашенно взглянул на шлем лежащего рыцаря.

Рыцарь Единства, до сих пор не сдвигавшийся ни на сан, даже когда над ним навис «Меч голубой розы», шевельнулся, когда двое друзей взглянули на него. С трудом разжав оттаявший наконец левый кулак, он выпустил лук (с него слетели льдинки) и кончиками пальцев высвободил застежку сбоку шлема.

Шлем, созданный, чтобы выглядеть устрашающе, раскрылся, будто раскололся надвое; передняя и задняя части со стуком упали на пол, открыв голову рыцаря. Перед друзьями появилось лицо сорокалетнего на вид мужчины – живое воплощение упорства и решительности.

Короткие волосы и густые брови – пепельно-рыжие, цвета ржавого железа. Нос и губы – прямые, точно вырезанные ножом; взгляд – острый, словно стальной наконечник стрелы.

Однако темно-серые глаза подрагивали, выдавая душевное волнение. Тонкие губы зашевелились, и раздался голос, совершенно не такой, как раньше, – низкий, глубокий.

– …Все так… как сказал черноволосый юноша. Ты говоришь, что я схватил маленькую девочку и увез ее на драконе? Я не помню за собою подобного деяния.

– Не… не помнишь?.. Это же было всего восемь лет назад… – прошептал Юджио. Он ничего не понимал; сила из его правой руки сама собой ушла. Кирито отпустил Юджио и, притронувшись левой рукой к подбородку, словно задумавшись, сказал:

– Я так и думал, его стерли… твое воспоминание о том случае – все, с начала и до конца. Гос-… нет, рыцарь Дюсолберт, ты был Рыцарем Единства, защищавшим самую северную часть Норлангарта, я прав?

– …О да. Северный Норлангарт, седьмой пограничный район… его я защищал. Да… перестал защищать восемь лет назад…

Брови рыцаря слегка сдвинулись, будто он пытался выкопать что-то из самых глубин памяти.

– Тогда я… был удостоен этих доспехов и чести защищать Центральный собор… за великое достижение…

– Ты помнишь, что это было за достижение?

На вопрос Кирито рыцарь не дал ответа. Его губы сжались, взгляд ушел куда-то в пространство. Краткое молчание разбил вновь Кирито.

– Я отвечу за тебя. Твое достижение – то, что ты отыскал Рыцаря Единства Алису Синтезис Сёти. В маленькой деревушке на самом севере – девочку, о которой в столице никто не знал. Первосвященница, Администратор, наградила тебя за то, что ты доставил Алису сюда, в башню, но при этом стерла все твои воспоминания об этом деле… Почему – ты сам недавно сказал.

Речь Кирито как-то незаметно убыстрялась; он говорил словно с самим собой.

– У Рыцарей Единства нет прошлого, их вроде как «призывают из Небесного града»; ты сам так сказал. Наверняка именно это тебе объяснила первосвященница сразу же, как только ты очнулся рыцарем. Вот почему ты не помнишь ничего из тех времен, когда ты еще не был рыцарем; вот как она тебя убедила. Но чтобы все это выглядело убедительно, нельзя, чтобы рыцари помнили не только о своей собственной человеческой жизни, но и о рождении других Рыцарей Единства, не самих себя. Будет черт знает что, если опасный преступник, которого ты лично доставил, на следующий день явится к тебе таким же рыцарем… Как ни странно, здесь сидит слабость первосвященницы…

С чудовищной скоростью перемалывая в голове самые разные мысли, Кирито вышагивал туда-сюда, опустив голову.

При взгляде на состояние друга вся воля Юджио куда-то улетучилась; он сделал глубокий вдох и снова посмотрел на мужчину, лежащего у его ног. Рыцарь Единства Дюсолберт, по-видимому, тоже погрузился в раздумья – лицо его ничего не выражало.

Нельзя сказать, что гнев и ненависть Юджио исчезли, но если у рыцаря действительно стерты все воспоминания об Алисе, то ему, Юджио, остается лишь принять… наверно.

Принять, что все рыцари – не более чем куклы, управляемые Администратором, женщиной, которая является сейчас первосвященником Церкви Аксиомы. Что враг, отобравший у него Алису, укравший у Алисы воспоминания и сделавший из нее Рыцаря Единства, – один-единственный человек. Администратор.

Возможно, Дюсолберт почувствовал на себе взгляд Юджио – его глаза перестали блуждать. Непонятно, какие именно чувства сейчас наполняли его грудь, но сорвавшийся с губ голос звучал слабо, с запинками; трудно было поверить, что он принадлежал страшному противнику, стоявшему перед Юджио и Кирито всего несколько минут назад.

– Этого не может… быть… как мы, Рыцари Единства, можем быть обычными жителями Мира людей, как вы, прежде чем становимся Рыцарями Единства?..

– …

Юджио не знал, что ответить; за него это сделал Кирито.

– Кровь, которая течет из твоих ран, красная, как и наша, верно? И рыцарь Элдри в тот раз стал странно себя вести не из-за каких-то там подозрительных заклинаний. А потому что мы попытались вызвать воспоминания, которые у него украли. …И ты наверняка такой же, как Элдри. Может, ты победил в Объединенном турнире четырех империй, а может, тебя арестовали за Индекс Запретов – но Администратор забрала у тебя самые важные воспоминания, вложила на их место преданность церкви и сделала тебя Рыцарем Единства. Ты сказал, что в наказание тебя заморозят, но я думаю, что Администратор-сама просто еще разок поиграется с твоей памятью и этот наш разговор тоже сотрет. Могу даже пари держать.

Кирито высказал все это довольно-таки прямолинейно, но в его голосе Юджио послышался тоскливый оттенок.

Рыцарь, должно быть, тоже это почувствовал; он закрыл глаза и молчал какое-то время. Потом снова медленно покачал головой.

– Я не могу в это поверить. Как могла Ее Преосвященство, госпожа первосвященник… наложить такое заклинание на…

– Но так и было. И в тебе тоже что-то должно оставаться. Какое-то дорогое воспоминание того времени, когда ты еще не был рыцарем, настолько дорогое, что совсем стереть его нельзя никаким заклинанием…

Когда Кирито зашел с этого бока, Дюсолберт вдруг поднял левую руку, уставился на свои крепкие пальцы и, вздохнув, тихо произнес:

– С тех самых пор, как я спустился в Мир людей… я все время вижу один и тот же сон… чья-то маленькая рука трясет меня и будит… у нее серебряное колечко на пальце… но когда я просыпаюсь… рядом никого…

Брови Дюсолберта сошлись, и он с силой прижал левую руку ко лбу. Кирито неотрывно смотрел на эту картину, потом мягко сказал:

– Вряд ли ты сможешь вспомнить что-то большее. Твое воспоминание, чья это была рука и кольцо, украла Администратор…

Секунду помолчав, он со щелчком вернул черный меч, который до сих пор держал правой рукой, в ножны на поясе.

– …Что дальше делать, решай сам. Вернуться к Администратору за наказанием, вылечить раны и погнаться за нами… а может…

Оборвав речь на полуфразе, Кирито сделал несколько шагов к лестничному пролету, идущему вверх справа от площадки. Остановился и глянул через плечо на Юджио.

«Достаточно?»

Так спросили его черные глаза. Юджио в который раз посмотрел на Рыцаря Единства – тот лежал неподвижно, плотно зажмурившись. Правая рука Юджио медленно подняла «Меч голубой розы» – и, поднеся острие к висящим на поясе ножнам, осторожно опустила.

– …Идем, – коротко сказал он, подошел к Кирито, и они вместе зашагали к лестнице.

Юджио не знал, какой выбор сделает Рыцарь Единства Дюсолберт Синтезис Севен, но по крайней мере вряд ли он решит гнаться за ними.

К оглавлению

 

Глава 2

Какое-то время слышался лишь звук шагов двух человек по мраморной лестнице.

Если его вычесть, тишина стояла бы такая, что ушам больно. Насколько было известно Юджио, в гигантской башне Центрального собора Церкви Аксиомы жило множество священников и их учеников, но как бы он ни напрягал слух и зрение, ничего похожего на человеческое присутствие не ощущалось.

Кроме того, на каждом новом этаже его встречала одна и та же картина: прямоугольная комната, идущие влево и вправо от нее коридоры, в стенах коридоров двери через равные промежутки. Все это было настолько одинаковым, что Юджио начало казаться, будто на них с Кирито кто-то наложил заклинание, заставляющее их незаметно для себя идти кругами – то вверх, то вниз – по одной и той же лестнице.


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 |

Поиск по сайту:



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.023 сек.)