АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

Глава вторая. Еще каких-то десять-пятнадцать лет назад это был обычный дачный поселок

Читайте также:
  1. II. ГОСУДАРСТВЕННЫЙ СТРОЙ И ГЛАВА ГОСУДАРСТВА.
  2. БЕДА ВТОРАЯ. 1204 г.
  3. Воскресение, вторая половина дня
  4. Воскресение, вторая половина дня
  5. Воскресенье, вторая половина дня
  6. Воскресенье, вторая половина дня
  7. Вторая глава
  8. Вторая группа вопросов
  9. Вторая группа – подталкивающие факторы.
  10. Вторая кристаллизация.
  11. Вторая мировая война.
  12. Вторая обязательная фраза в объяснениях: «Требую помощи адвоката».

 

Еще каких-то десять-пятнадцать лет назад это был обычный дачный поселок. Тихий, уютный, с неглубокой и очень красивой речушкой, в которой так любила плескаться детвора. Однако потом этот поселок присмотрели совсем другие люди. Их не интересовали картошка и редиска, они не горели желанием копаться на грядках. Им просто понравилось это место.

Дачные участки скупали на корню. Если кто-то не хотел расставаться со своими шестью сотками, его сначала вежливо просили подумать, обычно этого вполне хватало. Со строптивцами разбирались по-другому — говорят, кое-кого из них так и не нашли, благо болот в округе хватало.

Вот так и получилось, что за какой-то десяток лет в этом уютном лесном раю вырос элитный загородный поселок. Наиболее престижные виллы расположились по берегу реки, их владельцы словно соревновались друг с другом в роскоши. Простому человеку вход сюда был заказан — дорогу в поселок с некоторых пор перекрывал шлагбаум, рядом всегда дежурили несколько охранников.

Этот дом внешне ничем не выделялся среди остальных — все та же безумная роскошь, все то же желание показать, кто есть кто в этом мире. Тем не менее, дом этот отнюдь не являлся рядовым. И если хорошо присмотреться, то можно было заметить и два рубежа сигнализации, и коробочки телекамер, контролирующие подступы к дому. Вдоль солидной кованой ограды, исподлобья глядя вокруг, неторопливо прогуливалась парочка бультерьеров. Внутри, у ворот, расположились два охранника, еще двое дежурили у крыльца. Что и говорить, выглядел дом весьма гостеприимно.

На втором этаже дома, в уютном кабинете, украшенном работами самых известных мастеров живописи, неторопливо беседовали три человека. Судя по всему, один из них, высокий и худощавый господин лет сорока пяти, в дорогом халате и мягких тапочках, был хозяином. Он сидел в своем любимом кресле и неторопливо потягивал трубку, время от времени выпуская к потолку струйки дыма. Его взгляд отличался удивительным спокойствием, более того, в нем ощущалась непонятная тяжесть, массивность — казалось, взгляд этот был наполнен свинцом. Хозяин задумчиво слушал своих посетителей, время от времени задавая короткие уточняющие вопросы.

Два других джентльмена выглядели совсем не так внушительно. Один из них, еще не старый человек лет сорока, мял в руках платок, то и дело вытирая со лба капли пота. Второй, толстенький человечек с одутловатым лицом, пытался избежать взгляда хозяина, он откровенно боялся этого молчаливого мрачного человека.

— Ну хорошо. — Хозяин вынул трубку изо рта. — Допустим, это действительно так и в Сети он больше не появляется. Но ведь он не один, у него наверняка есть какие-то контакты с другими хакерами или с теми, кто их поддерживает. Вы меня удивляете, Крамер — помнится, не так давно вы хвалились, что у вас есть прекрасные специалисты. Ну так работайте — мне нужны результаты, а не пустые отговорки. Взламывайте ящики, контролируйте переписку, отслеживайте телефонные разговоры тех, кто так или иначе связан с хакерами. Не может быть, чтобы Слай исчез бесследно, он все равно себя как-то проявит. И помните, мой дорогой Крамер — еще одной ошибки я вам не прощу. Вы и так здорово всё испортили.

— Но мы же не знали тогда, что он сможет открыть портал! — попытался оправдаться собеседник. — Ведь это ненормально, Кен убеждал нас, что Слай не сможет этого сделать, что для этого нужны соответствующие условия.

— Ваш Кен — круглый идиот, — произнес хозяин, выпустив к потолку облачко дыма. — Вам всего-то нужно было сообщить мне, что Слай найден. Только сообщить, и я бы сам продумал операцию по его захвату. А что сделали вы? Выслужиться захотели, решили захватить Слая в одиночку. Глупо, Крамер, и непростительно. Вы все время забываете о том, с кем имеете дело. Уж не стареете ли вы?

— Но мы должны были действовать быстро! — не согласился собеседник. — Мы могли его снова потерять, поэтому я и принял решение о захвате. В конце концов, такие решения входят в мою компетенцию.

— Мне решать, что входит в вашу компетенцию, а что нет. Вы слишком много на себя берете. Почему вы не сообщили мне о письме Айрис?

— Но в нем же не было ни слова о Слае!

— Крамер, вы меня удивляете. Я начинаю жалеть, что поручил вам это задание, хакеры вам явно не по зубам. Если ваших способностей не хватает, чтобы самому правильно оценить ситуацию, просто найдите нормального толкового аналитика. Почему я узнаю об отъезде Эльзы через две недели после того, как она вернулась?!

Собеседник молчал, опустив глаза.

— Что, если она ездила к хакерам? Вы даже не соизволили узнать, где она была… — в голосе хозяина промелькнуло раздражение.

— Эльза не входит в число хакеров… — тихо ответил Крамер. — Мы же не можем следить за всеми, кто интересуется их методиками.

— Почему не можете?! Вам что, не хватает денег? Тогда скажите и я дам еще.

— Денег хватает… Хорошо, я наберу еще людей. Мы будем следить за всеми, до кого сможем дотянуться.

— Я на это надеюсь… — Хозяин снова сунул трубку в рот. — Мне все это уже начинает надоедать.

— Я обещаю, что больше подобных ошибок не будет…

— Рад это слышать, — ответил хозяин, пристально глядя на собеседника. — Через два дня жду от вас полный письменный отчет о текущей ситуации. И не забывайте о том, что очередной серьезный промах станет финальным в вашей карьере… Теперь вы, Вольдемар Владимирович, — при этих словах хозяина стоявший все это время молча толстенький человечек поежился. — Помнится, на прошлой неделе вы обещали мне подробную информацию по перспективным контрактам Нефтяной Компании. Я ее так и не получил.

— Видите ли, господин Дагс, возникли некоторые технические сложности, — маленький человечек нервно потер руки. — Наш человек в компании в настоящий момент находится в командировке в Иране, а без него доступа к интересующей вас информации нет. Но как только он вернется…

— Почему вы не побеспокоились об этом раньше? Через неделю ваша информация уже ничего не будет стоить. Или вы считаете, что я плачу вам за красивые глаза?

— Господин Дагс, все будет сделано, я обещаю. Он вернется через два дня, и уже в понедельник… нет, в воскресенье вечером вся информация будет лежать на вашем столе.

— Будем надеяться, — устало произнес хозяин, с отвращением глядя на этого скользкого человечка. — Крамер, теперь вопрос к вам… Еще полгода назад вы обещали организовать спортклуб для молодежи в восточном районе. Насколько я знаю, этого клуба до сих пор нет. В чем причина — у вас что, нет толковых инструкторов?

— Инструкторы есть, здесь другая проблема… — Крамер вытер платком лоб. — Подходящее помещение есть только во Дворце Культуры, но там уже все занято.

— Что, нельзя очистить?

— Пытались… — хмуро ответил собеседник. — Там кулачники занимаются — ну эти, из фольклорной группы, их недавно по телевизору показывали. Человек тридцать их. Попробовали с ними потолковать, ну и…

— Вам надавали по шее, — закончил за него Дагс.

— Ну а что я мог сделать? — ответил Крамер со злостью в голосе. — Не отстреливать же их, в самом деле…

— Крамер, вы меня удивляете — неужели нет других методов? Узнайте, что там у них с арендой, со счетами за отопление и прочей ерундой. Мне что, учить вас? Надавите на директора, пусть он их выгонит к чертовой матери. Пообещайте ему бесплатный ремонт, денег дайте, в конце концов.

— Да директор там хреновый, — хмуро ответил Крамер. — Баба одна малахольная. Сама филолог, и за фольклор этот как за трусы держится.

— И все-таки постарайтесь что-нибудь придумать — скажем, попробуйте решить этот вопрос через управление культуры. Нам нужны молодые кадры. — Хозяин откинулся в кресле и выпустил в потолок струйку дыма. — На этом, господа, вы свободны. И постарайтесь в следующий раз принести мне хорошие новости…

 

Картография сновидений оказалась весьма занятной вещью. Насколько Максим успел разобраться, хакеры сновидений любили использовать в своих разработках разного рода трюки — или триксы, как предпочитали говорить сами хакеры. Здесь они поступили точно так же. Основной задачей ставилось достижение осознанности во сне, но вместо того, чтобы по примеру Кастанеды искать во сне свои руки, хакеры для достижения цели предложили составлять карту сновиденного мира. Фактически, они заменили нудный поиск рук во сне на очень увлекательное занятие. А там, где есть увлеченность и интерес, обычно бывает и результат.

Первым шагом на пути картографии сновидений становилось ведение сновиденного дневника, в него нужно было регулярно записывать все свои сны. Однако основное внимание уделялось не сюжету, не тому, что происходило во сне, а местности, где разворачивались события. Сюжет обрисовывался очень кратко, место же тщательно описывалось и зарисовывалось. Когда таких снов набиралось несколько десятков, можно было приниматься за составление карты, пытаясь объединить мозаику сновиденных ландшафтов в единое целое. При этом важен был не столько конечный результат, сколько вовлеченность в эту работу. Сначала на карте оказывалось много белых пятен, многие ее кусочки никак не хотели стыковаться. Но потом, если верить теории, все эти пятна постепенно заполнялись, сновиденная страна обретала некие контуры. И здесь наступал очень важный момент: оказавшись в очередном сне, человек вдруг вспоминал, что уже бывал в этом месте раньше. Его внимание тут же брало верх, и он «просыпался во сне» — то есть обретал осознание, простой сон превращался в сновидение. Максим пока не мог судить о том, что собой представляло сновидение, но сама идея составить карту сновиденного мира ему очень понравилась. Не удивительно, что Максим с энтузиазмом взялся за дело.

Ждать, пока накопится нужное количество снов, Максим не захотел, поэтому начал просто вспоминать, что ему снилось в последние дни. Удивительно, но оказалось, что его память хранила даже многие детские сны — разумеется, Максим их тут же записал. С местностью дела обстояли похуже, поэтому в итоге у него набралось порядка десяти ландшафтов — тех, в точности которых Максим был уверен. Подходящего листа ватмана под рукой не оказалось, однако Максим быстро нашел ему замену — а именно, отыскал старую географическую карту. Ее обратная сторона как нельзя лучше подходила для карты страны сновидений.

Как и обещала теория, связать воедино разрозненные кусочки сновиденных ландшафтов Максиму пока не удалось. Но Максим не унывал — приблизительно разбросав их по карте, стал ждать новых снов…

Сны были, но не слишком много. Точнее, многие из них просто не откладывались в его памяти. Иногда, проснувшись ночью, Максим помнил сны в мельчайших деталях. Но когда утром открывал глаза, от калейдоскопа снов в лучшем случае оставались жалкие обрывки. Пришлось изменить тактику, теперь рядом с кроватью у него всегда стоял столик с листком бумаги и ручкой. Если Максим просыпался среди ночи и помнил какой-то сон, то сразу же его записывал — очень кратко, буквально в нескольких словах. Для этого даже не приходилось включать свет, хватало света настенных электронных часов. Утром Максим все равно ничего не помнил, но достаточно было просмотреть свои записи, как в сознании тут же всплывали какие-то образы — этой ниточки оказывалось достаточно, чтобы вытянуть сон целиком. Не удивительно, что количество нанесенных на его сновиденную карту объектов стало быстро возрастать.

После встречи с Борисом прошло больше недели, никаких вестей от него не было. В голову полезли дурные мысли, Максим думал о том, что, может, не понравился Борису и тот решил прекратить их контакты. Максим сознавал, насколько глупы эти мысли, но отделаться от них не мог. Каждый день Максим с нетерпением ждал звонка, а его все не было…

Осознаться во сне пока не получалось, и это здорово его раздражало. Когда Максим читал в Сети сновиденные форумы, у него складывалось ощущение, что чуть ли не каждый второй участник там — сновидящий. А чем, спрашивается, он, Максим, хуже их? Почему у них получается, а у него нет?

Так прошло почти две недели. От Бориса по-прежнему не было никаких вестей, Максим уже начал свыкаться с мыслью о том, что его хакерская эпопея закончилась, едва успев начаться.

В эту ночь Максим лег спать очень поздно — перечитывал одну из книг Кастанеды. Выключив свет, долго лежал, размышляя о том, почему он не может проникнуть в страну сновидений. Ведь теперь Максим знал, что все эти чудеса реально возможны. Так, с этими думами, он и уснул…

Ему снился сон. Максим шел по берегу реки, слева от него из обрывистого склона выглядывали кости каких-то древних животных. Подойдя ближе, Максим попытался найти зуб или какой-нибудь коготь. Ему казалось, что это будет очень неплохой сувенир.

— Ага, вот ты где… — послышался за его спиной голос, Максим обернулся.

Перед ним стоял Борис. Он был в синих джинсах и темной рубашке, на поясе у него Максим разглядел небольшой кинжал. Странно, что он так ходит, его остановит любой милиционер.

— И что мы тут разглядываем? — Борис с интересом оглядел кости.

— Я думаю, это кости какого-то ящера, — ответил Максим. — Хочу найти коготь.

— Кости? — удивился Борис. — А где ты увидел кости?

Максим непонимающе посмотрел на склон. И в самом деле, никаких костей. Несколько старых полусгнивших бревен — очевидно, склон обвалился и засыпал какое-то строение. Нагнувшись, Максим поднял ржавый гвоздь, затем разглядел рядом обломок подковы.

— Наверное, здесь когда-то была кузница. — Максим взглянул на Бориса и протянул ему гвоздь.

— Не было здесь никакой кузницы. — Борис как-то грустно улыбнулся. — Придется тебе слегка помочь. Дай-ка сюда руки… — Он ухватил его за запястья.

У Максима возникло очень странное ощущение. Казалось, он должен был что-то сделать, но что именно, вспомнить не мог. Мучительно огляделся вокруг, посмотрел в сияющие глаза Бориса. Они и в самом деле сияли, весь облик Бориса лучился силой. Ну еще бы, он же хакер сновидений…

Хакер сновидений. Сны. Сон… Последнее усилие, и Максим ошеломленно огляделся вокруг.

— Добро пожаловать в страну грез. — Борис отпустил его руки и улыбнулся. — Как себя чувствуешь?

— Нормально… — Максим продолжал оглядываться, с восторгом понимая, что он действительно спит. В то же время, это не было сном, его сознание работало совершенно нормально — ничуть не хуже, чем днем.

— Ты сейчас в сновидении, — пояснил Борис, словно читая его мысли. — Меня сейчас нет в городе, мне пришлось ненадолго уехать. Вернусь на следующей неделе. Решил навестить тебя в сновидении. — Борис улыбнулся. — Но учти: сейчас ты сновидишь за счет моей энергии. Тебе нужно научиться входить в сновидение самому.

— Да, Борис. Я понимаю…

— Это хорошо. — Борис смотрел на него с теплой улыбкой. — Что касается костей или этих досок, — он толкнул ногой одно из бревен, — то это всего лишь иллюзия. Когда-нибудь ты научишься видеть истинную суть того, что тебя окружает. О, меня зовут. Прости, пора бежать, слишком много дел! — Борис хлопнул его по плечу. — Увидимся на неделе. Развлекайся! — усмехнувшись, он повернулся и исчез.

Зрение разом затуманилось, Максиму стало сложно удерживать концентрацию. Прошло еще несколько секунд, все вокруг расплылось, и Максим открыл глаза.

Он лежал в своей постели, на стене все так же светились зеленые цифры электронных часов — четыре часа тридцать две минуты утра. Впрочем, время его не интересовало. Максим лежал и улыбался, чувствуя, как душу переполняет восторг. Очень необычный сон. Хотя какой сон — сновидение! И не просто сновидение, а сновидение совместное, они вдвоем находились в одном сне! На форумах о таких вещах говорили как о высшем сновиденном пилотаже.

Больше заснуть Максим так и не смог, его переполняли эмоции. Теперь он знал, что такое сновидения, и был полон решимости добраться до них самостоятельно.

 

Очередная встреча с Борисом стала для Максима полной неожиданностью. Стоял погожий воскресный день, сидеть дома в такую погоду как-то не хотелось. Сначала Максим съездил на радиорынок, потом пробежался по магазинам. Так, перебираясь от магазина к магазину, он к полудню и оказался рядом с городским парком.

Можно было пройти мимо. Однако желание прогуляться по тенистым дорожкам парка оказалось настолько сильным, что Максим, секунду подумав, свернул на центральную аллею.

В воскресный день здесь оказалось довольно многолюдно, поэтому Максим почти сразу свернул на одну из отдаленных боковых дорожек — ему нравилось бродить по парку в одиночестве. Он знал, что Бориса здесь нет, и потому даже вздрогнул, разглядев чуть впереди на скамейке знакомую фигуру. В том, что это именно Борис, Максим не усомнился ни на секунду.

Борис был не один, рядом с ним сидела высокая темноволосая девушка. Очевидно, Борис только что сказал что-то смешное, так как девушка громко рассмеялась.

Максим почувствовал себя неловко — судя по всему, он оказался здесь не вовремя. Еще было время повернуться и уйти, пока его не заметили, Максим бы так и сделал. Но в этот момент Борис повернул голову, взглянул на Максима и поманил его рукой. Он сделал это так спокойно и буднично, словно уже давно знал о присутствии Максима. Пришлось подойти.

— Добрый день, — поздоровался Максим, с любопытством взглянув на девушку. — Здравствуй, Борис. Не ожидал тебя здесь увидеть.

— Привет. — Борис пожал Максиму руку. — Познакомься, это Айрис. Присаживайся.

Максим сел рядом с Борисом, всё это время девушка смотрела на него с легкой улыбкой.

— Так значит, это и есть наше юное дарование? — спросила она. — Пока негусто. Я ожидала большего.

— Ты несправедлива, — с усмешкой сказал Борис. — Вспомни, какой ты сама была лет пять назад.

— Я была удивительно красивой и обаятельной, — отозвалась девушка, продолжая смотреть на Максима, взгляд ее зеленых глаз буквально прижимал к земле — столько в нем было силы. — И сейчас я стала еще красивее. Разве не так? — Она перевела взгляд на Бориса и улыбнулась.

— Ну разумеется, — ответил Борис и засмеялся. Потом взглянул на Максима. — Не обращай внимания на ее шуточки. Айрис — сталкер, и как сталкер она может быть кем угодно. Но почему-то предпочитает образ стервозной кошки.

— Просто мужчины млеют от этого образа, — пояснила Айрис, по ее губам снова скользнула улыбка. — И я могу вертеть ими, как хочу.

— Не всеми, — уточнил Борис.

— Согласна. Но исключения лишь подтверждают правило. Правда, малыш?

Вопрос адресовался ему, Максим невольно нахмурился. Как ни ответь, все равно останешься в дураках. Сказать, что он не малыш — глупо. Ответить на вопрос — значит безропотно проглотить «малыша», а эта девица его ровесница и нельзя позволять ей вести себя так бесцеремонно.

— В газете пишут, что в Африке в этом году хороший урожай бананов, — ответил он — Обезьяны не останутся голодными.

Борис и девушка переглянулись — и рассмеялись. Борис даже захлопал в ладони, его глаза удовлетворенно блестели. Айрис смеялась, запрокидывая голову, Максим невольно отметил, какая красивая у нее шея.

— Что я тебе говорил? — сказал Борис, обращаясь в девушке. — Боги никогда не ошибаются. К тому же заметь, он пришел сюда точно в срок.

— Бывает, — согласилась Айрис. Она уже перестала смеяться и теперь в упор разглядывала Максима, под взглядом ее бездонных зеленых глаз он чувствовал себя удивительно неуютно. — Ладно, мальчики, мне пора. Я еще хочу в солярий забежать. — Девушка грациозно поднялась со скамейки, с удовольствием потянулась, Максим просто не мог не обратить внимание на ее удивительно стройную фигуру. — До завтра, Слай! Ну, и с тобой еще тоже увидимся. — Одарив Максима совершенно неземным взглядом, она перекинула через плечо ремешок изящной коричневой сумочки и пошла к выходу из парка.

Ее походка показалась Максиму верхом совершенства. Он провожал Айрис взглядом до тех пор, пока девушка не скрылась из глаз.

— Так ходить она научилась у кошек, — пояснил Борис, возвращая Максима к реальности. — Надеюсь, ты на нее не обиделся?

— Да нет. — Максим повернулся к Борису. — Она тоже хакер сновидений?

— Да, и одна из лучших. Она входит в мою группу.

— И сколько вас всего? — поинтересовался Максим. — В твоей группе?

— Человек шесть, — улыбнулся Борис.

— Ваши группы организованы так, как описывал Кастанеда?

— Не совсем. У Кастанеды каждому члену партии отводится определенная роль, всё завязывается на общую энергетику группы. Мы тоже работаем в группах, но у нас к этому немножко другой подход. Мы исходим из того, что человек изначально способен достичь всего в одиночку, и в этом плане его судьба не может зависеть от судеб других людей. И группы у нас — это просто сообщества людей, связанных узами дружбы и сходных интересов. В каких-то экспериментах мы можем использовать общую энергетику группы, но не возводим это в принцип.

— Я понял… Скажи, а Айрис тоже живет здесь, в Ростове?

— Нет, — покачал головой Борис. — Она из Белгорода. Здесь мы с ней по делам. Берегись, она девушка страстная. Если на что глаз положит, то пиши пропало — все равно заполучит.

— Положить на что-то глаз — значит хотеть это иметь. А разве у магов есть желания? — Максим с интересом взглянул на собеседника.

— Понимаешь, Кастанеда, конечно, говорит дельные вещи, но ни один принцип нельзя возводить в абсолют. Ведь отказаться от желаний в твоем варианте — значит уйти из этого мира в какую-нибудь таежную глушь. Но это не выход, и человек, кичащийся тем, что у него ничего нет, лишь потакает своему чувству собственной важности. Вопрос не в том, что ты имеешь или чего не имеешь, а как ты ко всему этому относишься. Могу сказать, что многие хакеры, включая меня, далеко не бедные люди. Но к богатству мы относимся не как к самоцели, а как к средству, позволяющему нам жить так, как мы хотим — а не так, как это диктуют обстоятельства. При этом умение обеспечить себе достойную жизнь мы рассматриваем как одно из практических упражнений в хакерском сталкинге. Ну, а что касается Айрис, — Борис снова улыбнулся, — то ее уровень настолько высок, что она сама выбирает, какие желания ей иметь. При этом она всегда безупречна — помни об этом, когда пытаешься судить ее поступки.

— Да я и не сужу, — пожал плечами Максим.

— А я и не обвиняю, — усмехнулся Борис. — Так, к слову пришлось.

— Я понял… В Ростове много хакеров?

— Пока никого, — покачал головой Борис, в его глазах мелькнула усмешка. — Возможно, ты станешь первым.

— И все-таки, кто были те люди? Или это тайна?

— Да нет… — Борис на несколько секунд задумался. — Проблема в том, что этот мир гораздо сложнее, чем нам кажется. Никто из нас не может воспринимать его целостно, обычно мы оперируем его довольно урезанной моделью, сложившейся в нашем сознании. Взгляни. — Борис обвел рукой вокруг. — Солнце, деревья, голубое небо. Дети едят мороженое, поют птицы. Просто идиллия. Но это — лишь часть целого. И если мы с тобой в данный момент чего-то не воспринимаем, то это не значит, что его нет. Скажи, на основе чего мы составляем впечатление о тех или иных событиях?

— На основе того, что видим и слышим, — ответил Максим, еще не понимая, к чему клонит Борис. — Читаем газеты, смотрим телевизор. Слушаем радио.

— Именно, — согласился Борис. — В самую точку. И если где-то далеко идет война, то мы о ней узнаем только по той причине, что эти события освещает телевидение, о них пишут в газетах. Не было бы информации, и мы бы даже не догадывались о том, что что-то происходит — согласен?

— Да, — кивнул Максим.

— Это хорошо. Теперь подумай о том, сколько событий прошло мимо твоего внимания только потому, что о них никто никогда ничего не говорил. Эти события реально происходили и происходят, но ты о них ничего не знаешь. Как не знают о них и большинство людей. Причем за кадром обычно остаются самые важные тайны. Возможно, где-то здесь, рядом, в эту минуту происходят какие-то судьбоносные события — но мы о них ничего не знаем. — Борис снова замолчал.

— Примерно в девяносто шестом году, — продолжил он после долгой паузы, — мы ощутили присутствие какой-то очень мощной организации. Сначала решили, что это ФСБ, но вскоре выяснилось, что к государственным спецслужбам эти люди не имеют никакого отношения. Как раз в это время мы начали работать с так называемыми Хрониками Акаши — информационными полями Земли. Почерпнутая там информация помогла нам разобраться в ситуации. Когда отдельные части мозаики сложились в целостную картину, мы, откровенно говоря, пришли в смятение. Выяснилось, что уже не одну сотню лет на Земле существует могущественная организация, именуемая Легионом. По сути, это настоящее Мировое Правительство — именно Верховные Правители Легиона определяют большую часть того, что происходит в мире. Ядро этой организации находится в Штатах, в состав Легиона входят тысячи и тысячи человек. В настоящее время не осталось ни одной страны, в той или иной мере не попавшей под его влияние. Некоторые страны легли под Легион полностью. Какие-то еще держатся, пытаются ему противостоять. Пока существовал Советский Союз, его территория оставалась для Легиона практически недосягаемой. Зная это, Иерархи Легиона — его Верховные Правители — разработали и провели операцию по развалу Советского Союза. Все прошло с блеском, Советская Империя перестала существовать. К слову, здесь не обошлось без предательства. Казалось бы, Легион добился своей цели, но и этого правителям Легиона показалось мало. Теперь легионеры стремятся к распаду России и появлению на ее территории нескольких мелких государств, находящихся под их протекторатом. В последние десять лет они очень активизировали свою работу.

— И зачем им это надо? — спросил Максим. То, что рассказывал Борис, казалось ему очередной сказкой-страшилкой.

— Просто они очень хорошо понимают, что если им не удастся покорить Россию сейчас, то следующего шанса может не быть вообще. Они боятся нас, Максим, очень боятся — под словом «нас» я имею в виду русский народ. Мы просто не понимаем своей уникальности, своей силы — так уж сложилось исторически, что русский народ за сотни лет своей истории не только не растерял, но и сумел преумножить свой духовный потенциал — чего народы Запада сделать не смогли. Мы живем Сердцем, они — Умом, у нас в душе Бог, у них — Доллар. Они потеряли душу нации, потеряли ту часть себя, без которой все глубже погружаются в пучину технократического мира, в глубины мрака и безысходности. Они это прекрасно понимают, но не имеют силы что-либо изменить — слишком поздно. И все, что им остается — это по максимуму взять от того, что имеют, и попытаться вслед за собой утянуть в пучину мракобесия и нас. Один только факт существования независимой православной России действует на них, как красная тряпка на быка. Именно поэтому против России сейчас брошены неимоверные силы. Все это превратилось в своеобразный крестовый поход, в котором против нас объединились даже непримиримые враги. Цель одна — раздавить Россию, а уж между собой они потом как-нибудь разберутся.

— Я могу поверить в то, что Россию не слишком любят, — сказал Максим. — Но то, о чем ты говоришь, звучит уж чересчур фантастично. Враги, заговоры…

— Поэтому я и говорю: чтобы судить об истинной картине, ее надо видеть. И на деле все даже хуже, чем я описываю.

— Хорошо, а как же милиция, ФСБ? Они как-то противодействуют легионерам?

— Здесь не все так просто. Дело в том, что в подавляющем большинстве случаев Легионеры действуют под тем или иным прикрытием. Иной чиновник или мафиози и не подозревает, что верой и правдой служит Легиону. Много вовлеченных, мало посвященных — вот общий смысл ситуации. Кроме того, легионеры используют очень удачную схему перехвата управления. Она заключается в том, что легионеры проталкивают на видный пост своего человека, после чего вся возглавляемая этим человеком структура начинает работать на Легион. Именно так произошло со многими региональными управлениями внутренних дел — ими руководят легионеры, поэтому сотни рядовых милиционеров, сами того не зная, работают на благо Легиона. Таких примеров я могу привести еще очень много — легионеры захватывают суды, прокуратуру, налоговые службы, охранные предприятия. Легионерами являются многие мэры и губернаторы. И единственной государственной структурой, которая еще может реально противостоять Легиону, является ФСБ. Но и там есть своя специфика — противодействием Легиону занимается специальный секретный отдел ФСБ, поэтому рядовые сотрудники ФСБ о Легионе тоже ничего не знают.

— Хорошо, а какое отношение все это имеет к вам?

— Это сложный вопрос… — Борис потер подбородок, собираясь с мыслями. — Видишь ли, хакеры в первую очередь исследователи непознанного. И когда мы узнали о Легионе, то однозначно решили, что борьба с ним — не наше дело. Слишком много в этом мире интересного, чтобы тратить время на всяких негодяев. Одним словом, мы решили не ввязываться в драку и заниматься только своими исследованиями. Мы бы и занимались только ими, — Борис мягко улыбнулся, — если бы уже Легион не обратил на нас внимания. Легионеров заинтересовали наши разработки, нам было в ультимативной форме предложено ими поделиться. Не удивительно, что мы отказались. Именно тогда на нас и начались гонения, постепенно переросшие в настоящую охоту. Мы были поставлены перед выбором: или погибнуть, или покориться. Погибать нам не хотелось, работать на легионеров тем более. В итоге мы выбрали третий вариант — а именно, активного противодействия.

— Разумеется, — продолжил Борис после паузы, — к решению возникших перед нами проблем мы подошли по-своему. Для начала мы провели анализ обстановки и обнаружили странную картину: оказалось, что некоторые города удивительно уютны для жизни, а какие-то, напротив, действуют на людей очень негативно. Хакеры попытались выяснить причины этого, и пришли к следующему выводу: жизнь города напрямую зависит от того, какие люди в нем живут. Вроде бы банальная истина, но за ней скрывались некоторые важные тонкости. Оказалось, что каждый город имеет свою ауру, свою энергетику. Если энергетика хорошая, то она автоматически модулирует своими благотворными вибрациями ауру жителей города. В таком городе даже плохой человек будет постепенно избавляться от своих дурных качеств, ему не дадут скатиться вниз. И наоборот, если хороший добрый человек оказывается в пропитанном злом городе, его шансы очерстветь душой значительно повышаются. Но самым удивительным открытием стало то, что духовная атмосфера даже крупного города могла зависеть от энергетики всего одного человека. Мы стали изучать этот феномен, и в итоге пришли к созданию института Хранителей. Хранитель — это человек, задачей которого является поддержание в городе благоприятной духовной атмосферы. Исследования показали, что на роль хранителей лучше подходят женщины в силу особенностей их энергетики. Каждый хранитель проходит специальную подготовку, после чего перебирается жить в духовно неблагополучный город, вместе с ним — а точнее, с ней в город переезжают еще два хакера, эти трое становятся ядром будущей группы. Там, где появляется хранитель, жизнь людей становится лучше. Если удастся распространить этот опыт на все регионы, легионерам поневоле придется убраться восвояси — у них просто не будет поддержки в обществе. — Борис снова замолчал.

— К сожалению, — продолжил он после долгой паузы, — до такого финала еще слишком далеко. Легион очень силен, противостоять ему в открытую мы не можем. Поэтому нам приходится соблюдать максимум осторожности.

— Вы взаимодействуете с ФСБ? — поинтересовался Максим.

— Видишь ли, ФСБ — это очень своеобразная организация. У этих ребят свой подход к жизни, свой взгляд на вещи. Они — государственники, и интересы государства для них важнее интересов любого конкретного человека. Именно на этой почве у нас не раз возникали конфликты. Мы не против того, чтобы при случае чем-то помочь — в конце концов, мы живем в этой стране и не можем устраняться от ее проблем. Но мы не любим, когда нас используют в своих играх. Мы привыкли к равноправному партнерству, ФСБ же всегда старается всех контролировать, направлять, указывать, что и как делать. Для нас это неприемлемо, поэтому теплых дружеских отношений с ФСБ у нас пока не складывается. Можно сказать, что мы оказались меж двух огней: с одной стороны ФСБ, с другой Легион.

— Ну хорошо — ты говоришь, что ФСБ пытается использовать вас в своих играх. Получается, что ФСБ верит в магию?

Борис улыбнулся.

— Понимаешь, Максим, эти парни — убежденные прагматики. Для них нет веры или неверия, они оперируют только фактами. Факты говорят о том, что в магии есть какое-то рациональное зерно. В результате еще при Советском Союзе были организованы несколько закрытых исследовательских институтов, занимавшихся проблемами парапсихологии. Разумеется, все эти институты были подчинены спецотделу ФСБ. Подобные исследования проводились и в США, в итоге со временем возник еще один фронт противостояния между США и Советским Союзом — магический. Штаты выделяли на эти исследования огромные средства, Советский Союз тратил значительно меньше. В итоге мы проиграли эту войну, что, в свою очередь, привело к развалу Советского Союза. Могу сказать, что российские спецслужбы сделали выводы из этого поражения, исследованиям в области парапсихологии сейчас уделяется очень большое внимание. И российская школа парапсихологии — а скорее, военной парапсихологии, сейчас снова выходит в лидеры, это сказывается и на состоянии страны. Для Легиона это абсолютно неприемлемо, поэтому против России сейчас и брошено столько сил.

— А можно поподробнее о Легионе?

— Разумеется, ведь врага надо знать в лицо, — по губам Бориса скользнула улыбка. — Как я уже говорил, Легиону не одна сотня лет, это очень мощная и разветвленная структура. Основная ее особенность в том, что вся верхушка Легиона имеет самое непосредственное отношение к магическому миру, в этом смысле Легион является самым натуральным магическим орденом. Разумеется, все это не касается рядовых сотрудников, они обычные пешки. Во главе Легиона стоит Верховный Иерарх, ему подчиняется Совет Иерархов из двенадцати человек. Ответственность по странам несут Владыки. На следующем, более низком, уровне иерархии стоят Кураторы — люди, отвечающие за конкретные направления работы. Далее идут Наместники, они руководят региональными подразделениями Легиона. Региональные подразделения сейчас существуют едва ли не в каждом крупном городе.

— В России тоже есть Владыка?

— Да. У нас всем заправляет Дагс, его назначили Владыкой восемь лет назад. В сферу ответственности Дагса входят все республики бывшего СССР.

— Дагс — это тоже ник?

— Скорее, магическое имя. В магии не принято пользоваться настоящими именами.

— Ты сказал, что Легион — это Мировое Правительство. Но как к существованию такого правительства относятся те же европейские страны? Ведь там солидные демократические традиции, не чета нашим. Вряд ли та же Франция или Англия потерпят, чтобы кто-то вмешивался в их дела.

— Ты просто набит сказками о демократии. — Борис с притворным осуждением покачал головой. — Какая демократия, о чем ты? Ее не существует. А если и существует, то лишь в воспаленных мозгах тех, кто не может заглянуть дальше кончика собственного носа. Посмотри на то, что происходит в мире, отследи не отдельные события, но общие потоки — и ты поймешь, что я прав. Легионеры уже давно поделили мир, причем даже не на сферы влияния — это они считают пройденным этапом — а по принципу предназначения. И той же России отводится роль сырьевого придатка, не более. Просто посмотри, как на протяжении последних десятилетий нас лишают союзников, вытесняют из регионов мира — считать это случайностью может только очень наивный человек. Сейчас такие же мероприятия намечаются уже на пространстве бывшего СССР, это может вылиться в череду государственных переворотов в бывших союзных республиках — легионеры и здесь хотят видеть лояльных им правителей. Будет предпринята попытка взять под контроль основные мировые ресурсы нефти, а значит, это непременно выльется в смену власти в Ираке, да и Иран не останется в стороне — легионеры хотят получить доступ к Каспию и каспийской нефти. И это лишь небольшая часть того, что нам известно о планах легионеров.

— Мировым Правительством руководят Соединенные Штаты?

— Наоборот, Мировое Правительство полностью контролирует Соединенные Штаты. И американский народ в этом смысле ничуть не в лучшем положении, чем наш. А скорее, даже в худшем — у них ведь нет хакеров. — Борис усмехнулся, его глаза блеснули. — Пока Мировому Правительству выгодны сильные Штаты, они таковыми и будут. Изменится конъюнктура, и для США тоже наступят трудные времена. Суть Мирового Правительства в том и состоит, что оно наднационально и интересы того или иного народа для него ровным счетом ничего не значат.

— И что, здесь, в Ростове, действительно есть легионеры? — Голос Максима слегка дрогнул.

— А куда ж ты от них денешься? — усмехнулся Борис. — Есть, и немало.

— И ты не боишься здесь находиться?

— Пока нет. — Губы Бориса снова дрогнули в улыбке. — Видишь ли, я всегда знаю о приближении опасности. Ты же не побежишь через дорогу на красный свет — просто знаешь, что можешь попасть под машину. Так и я — если вижу красный свет, то жду, пока он не сменится зеленым.

Максим молчал, потом усмехнулся. Борис это заметил.

— Над чем смеемся? — с любопытством спросил он.

— Да так… — отмахнулся Максим. — Просто подумал, что если бы не зашел сегодня сюда, то не увидел бы Айрис и не узнал бы столько интересного.

— Я обязательно скажу Айрис, что ты поставил ее на первое место, — с улыбкой ответил Борис. — Что касается нашей встречи, то поверь, она далеко не случайна. Ты же читал Кастанеду — вспомни, как его учитель дон Хуан ждал Кастанеду на рынке. И Кастанеда пришел туда, потому что просто не мог не прийти. Так и в нашем случае — я захотел с тобой встретиться, мы с Айрис пришли сюда. Поболтали немного, и ты появился. Потому что куда бы ты делся? — Борис улыбнулся.

— Но я оказался здесь случайно, — не согласился Максим. — Я вообще мог сюда не прийти.

— Но ведь пришел. Это и есть магия — умение манипулировать реальностью. Вспомни того воробья и паренька с часами. Ты в этом смысле ничуть не лучше их. Надеюсь, ты не обидишься на меня за эти слова.

— Не обижусь. Но все равно это как-то странно.

— Магия вообще странная штука, — усмехнулся Борис, поднимаясь со скамейки, Максим тоже торопливо встал. — Думаю, мы неплохо поболтали. Еще увидимся… — подмигнув Максиму, Борис хлопнул его по плечу и медленно пошел прочь.

Максим смотрел ему вслед, пока Борис не скрылся из глаз. Потом оглянулся — светило солнце, в ветвях деревьев ругались воробьи. Где-то неподалеку звонко кричали дети. Привычная, милая сердцу картина — и какими же далекими и несерьезными на ее фоне казались разговоры о Легионе и Мировом Правительстве, о Наместниках и Владыках. Все это действительно казалось сном, иллюзией… Максим медленно пошел к выходу из парка, размышляя о встрече с Борисом и Айрис, и лишь когда оказался на Большой Садовой, в сознании всплыла еще одна мысль — о том, что иллюзией могли оказаться тишина и спокойствие этого мира…

 

Звонок от Бориса раздался уже в понедельник. Максим успел привыкнуть к тому, что между встречами проходило не меньше недели, поэтому голос Бориса в трубке стал дня него приятной неожиданностью.

— Как у тебя со временем, эдак со среды? — спросил Борис после короткого обмена приветствиями.

— Я свободен, — ответил Максим после короткой паузы. — Есть какие-то предложения?

— Да. Не хочешь слетать в Сибирь? Денька на три?

— В Сибирь?! — удивленно протянул Максим.

— Именно. О расходах не беспокойся, все за счет фирмы, — было слышно, как Борис усмехнулся.

— Хорошо, я не против, — согласился Максим. — А куда именно мы полетим и что будем там делать?

— Не мы, а вы, — поправил Борис. — Ты полетишь с Даной, она из наших. Разумеется, ты все еще можешь отказаться — если наши игры тебе не подходят. Я как-то не спросил, не передумал ли ты.

— Борис, я ведь уже говорил, что я с вами. Давай больше не будем на эту тему.

— Слова не мальчика, но мужа, — усмехнулся Борис. — Считай, что договорились. Можем встретиться через час — там же, в парке? Тогда и обсудим все детали.

— Да, конечно… — Максим взглянул на часы. Этим вечером у него был один заказ, но времени хватало с избытком. — Я подъеду.

— И захвати паспорт, — попросил Борис. — Нужно будет купить билеты. Проживешь без паспорта пару дней?

— Проживу как-нибудь… — Максим пожал плечами.

— Тогда до встречи…

Положив трубку, Максим задумчиво почесал затылок — ну и дела… С одной стороны, предложение Бориса слегка пугало своей неожиданностью — какая Сибирь, зачем? В то же время, эта новость вызывала в душе просто щенячий восторг — похоже, его и в самом деле приняли в группу! И какая разница, зачем они туда едут? Значит, надо!..

Всю дорогу к городскому саду Максим размышлял о предстоящей поездке, о том, что увидит Дану, еще одну представительницу хакеров сновидений. Интересно, какая она? Такая же стервозная, как Айрис?

Бориса он увидел сразу, тот уже ждал его на скамейке.

— Привет. — Борис пожал Максиму руку. — Присаживайся.

— Здравствуй. — Максим сел на скамейку, потом вынул из кармана и протянул Борису паспорт. — Мой паспорт.

— Хорошо… — внимательно пролистав паспорт Максима, Борис удовлетворенно кивнул и спрятал его в карман. — Не боишься отдавать? А то возьму и с концами.

— Не боюсь, — ответил Максим. — Если что, скажу что украли. А твои приметы сообщу в милицию.

— Тогда хорошо… — Борис едва заметно улыбнулся. — Я жду вопросов. Не может быть, чтобы у тебя их не было.

— Вопросов у меня всегда выше крыши. Например, куда мы полетим и что будем там делать?

— Ну, для начала вы полетите в Светломорск — слышал о таком городе?

Максим задумался. О таком городе в Сибири он никогда не слышал.

— Не напрягай извилины, — улыбнулся Борис. — На карте такого города нет. Просто мы в целях безопасности переименовали города, в которых живут хакеры. Это очень удобно — если даже кто-то случайно узнает, что такой-то хакер живет в Светломорске, то это ему ни о чем не скажет. Просто, но эффективно. А Светломорск — это Новосибирск.

— А почему именно Светломорск? — Максим удивленно вскинул брови. — Там же нет моря, только водохранилище.

— Мы стараемся так подбирать названия, чтобы по ним нельзя было ни о чем догадаться. У нас есть Южногорск, Сибирск, Клёновск, Гусь-город и многие другие. Но по названию ты никогда не догадаешься, где находится тот или иной город.

— Гусь-город? — Максим даже засмеялся. — Это, случайно, не Москва?

— Нет, — покачал головой Борис. — Гусь-город — это Одесса. Название придумала Карина — она из новичков, живет в Одессе. А Москва у нас — Борисовск.

— Не в твою честь? — поинтересовался Максим.

— Именно, — к удивлению Максима, согласился Борис. — Вполне удачное название, никому ни о чем не говорит. И не подумаешь, что это Москва.

— Ясно… — кивнул Максим. — Так что мы будем делать в этом Светломорске?

— Доедете до автовокзала и сядете на автобус, — по губам Бориса снова скользнула усмешка. — Пара часов, и вы в Клёновске, там находится одна из трех наших основных резиденций. Дана везет туда кое-какие материалы от питерской группы, они очень ценные и мы не можем доверить их Интернету или обычной почте. Твоя задача — запомнить маршрут, заодно и кое с кем познакомишься. В будущем тебе не раз придется выполнять такие поездки самому. Роль курьера — не самая сложная, но нужная и ответственная. Ну, а поднатаскаешься в плане магии, и работа станет посложнее, и ответственности прибавится. Думаю, ты не против такой перспективы?

— Да нет, — ответил Максим. — А что за город Кленовск?

Борис едва заметно усмехнулся.

— Узнаешь на месте — надо же тебя хоть немножко заинтриговать. Договоримся так: с Даной встретишься в среду утром в аэропорту. С собой возьми какую-нибудь сумку с минимумом вещей, пассажир без багажа выглядит подозрительно. А мы ничем не должны привлекать к себе внимания. Ровно в половине седьмого утра ты должен подойти к дверям аэровокзала — ни позже, ни раньше. Дана тебя встретит.

— А как мне узнать ее? — поинтересовался Максим.

— Она подойдет к тебе сама, — ответил Борис. — С учетом разницы во времени в Новосибирске будете часа в два дня. Твоя задача — запомнить маршрут, чтобы не блудить, если в следующий раз полетишь сам. И разумеется, во всем слушайся Дану. Она, кстати, хранитель. Здесь проездом.

— А хранителем может стать каждый хакер? — поинтересовался Максим.

— Скорее нет, чем да. Видишь ли, быть хранителем, значит развивать в себе совершенно определенные способности. Это как с музыкантами — скажем, скрипач и пианист одинаково хорошо разбираются в нотах, при желании скрипач может научиться играть на рояле, а пианист на скрипке. Но есть ли в этом смысл? Каждый должен заниматься своим делом. И лучше быть хорошим пианистом, чем посредственным скрипачом, и наоборот. Опять же, ничто не мешает разным музыкантам работать в одном оркестре. — Борис улыбнулся. — Мы так и делаем, формируя наши группы. В каждой такой группе обычно один хранитель — точнее, хранительница, и несколько традиционных хакеров. Есть еще вопросы?

— Да, — кивнул Максим. — Ты говоришь, что легионеры — ваши враги, что они охотятся за хакерами. А как вы поступаете с легионерами?

— Это сложный вопрос… — Борис на несколько секунд задумался. — У нас бывали случаи, когда наши враги гибли, но это всегда происходило в рамках самообороны. Никто не имеет права покушаться на твою жизнь или свободу, и в рамках этого права ты можешь защищаться всеми доступными тебе способами. Во всех остальных случаях мы предпочитаем уходить от прямых столкновений — просто считаем, что Путь Знания несовместим с насилием. В то же время, с некоторых пор все хакеры проходят очень серьезную боевую подготовку, это помогает выжить в сложных ситуациях. Тебе тоже придется приобщиться к этой стороне знания. — Борис вздохнул, потом демонстративно взглянул на часы. — Думаю, время вопросов закончилось. — Он поднялся со скамейки, Максим тоже встал.

— Не опоздай на самолет, и потеплее одевайся — в Сибири еще прохладно. — Борис пожал Максиму руку, хлопнул по плечу и спокойно пошел прочь.

Аудиенция закончилась. Проводив Бориса взглядом, Максим медленно пошел по дорожке вглубь парка, размышляя о предстоящей поездке. И чем больше он думал о ней, тем более захватывающей она ему казалась. Он уже познакомился с Борисом и Айрис, в среду познакомится с Даной — именно эта встреча занимала его больше всего. А потом будет встреча с другими хакерами, от всего этого просто кружилась голова…

Максим гулял по городскому саду около получаса, потом, вспомнив, что этим вечером у него еще есть работа, отправился домой.

 

В среду Максим проснулся в половине пятого утра. Быстро позавтракав, взял приготовленную еще с вечера сумку и ровно в пять утра вышел из дома.

К зданию аэровокзала он добрался чуть раньше, чем рассчитывал, и весь излишек времени провел, прогуливаясь неподалеку от входа. Ровно в 6.29 Максим направился к входным дверям, пытаясь выделить среди снующих пассажиров Дану. Вон та девушка в серой юбочке и светлой блузке? Или вот эта, в джинсах и легкой модной курточке? Скорее всего, это именно она — явно кого-то ждет…

Девушка ждала не его — скользнув по Максиму ленивым взглядом, она снова стала кого-то высматривать в потоке все прибывающих пассажиров — к остановке только что подошел автобус. Максим уже почти дошел до дверей, когда кто-то тихонько его окликнул:

— Максим!

Максим обернулся, и увидел женщину лет пятидесяти. Опрятно одетая, с коричневой кожаной сумочкой в руках, она смотрела на Максима и мягко улыбалась.

— Здравствуй, Максим. Я Дана.

— Здравствуйте… — поздоровался Максим, слегка растерявшись. Он ожидал увидеть симпатичную молодую девушку, а тут… Нет, эта женщина тоже весьма мила, даже привлекательна, и все равно эта встреча выбила его из колеи. Максим даже почувствовал себя слегка обманутым.

— Твой паспорт и билет. — Женщина протянула Максиму паспорт с вложенным в него билетом.

— Спасибо… — Максим взял паспорт, все еще чувствуя себя несколько скованно.

— Уже идет регистрация, — улыбнулась Дана. — Нам пора…

Дана ничем не дала понять, что заметила его смущение. Тем не менее, Максим чувствовал себя очень неловко. Просто понимал, что она наверняка осознала причину его смятения.

Впрочем, уже через несколько минут Максим забыл о своей неловкости. Дана оказалась весьма приятной женщиной, ее мягкий голос странным образом успокаивал. Пока шла регистрация, они болтали о всяких мелочах, и к тому моменту, когда Максим наконец-то занял свое кресло в самолете, он уже чувствовал к Дане явную симпатию. Да, она немолода, ну так что ж с того? Как справедливо заметил кто-то из великих, молодость — это тот недостаток, который быстро проходит…

Когда самолет приземлился в Новосибирске, Максим перевел часы на местное время — так было удобнее. Ночью он спал плохо, толком выспаться в самолете тоже не удалось, поэтому Максим то и дело зевал, прикрывая рот ладошкой. Что касается Даны, то она выглядела вполне отдохнувшей, ее карие глаза казались Максиму на удивление живыми. Более того, иногда в них проскальзывала странная сила — впрочем, ее тут же сменяли уже ставшие Максиму привычными мягкость и добродушие.

На улице шел дождь, Максим пожалел, что не захватил зонтик. Выполняя просьбу Даны, поймал такси, ярко-желтая иномарка благополучно доставила их к автовокзалу. Успели как раз вовремя — как сказала Дана, следующий рейс отходил через полтора часа. Прошло еще несколько минут, и автобус мягко вырулил с территории автовокзала.

 


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 |

Поиск по сайту:



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.037 сек.)