АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

БИОСФЕРНОЕ СОЗНАНИЕ

Читайте также:
  1. VII. Самосознание науки
  2. А) Аутентичность - полное осознание настоящего момента, выбор способа жизни в данный момент, принятие ответственности за свой выбор
  3. Ваше воздействие на сознание всего человечества
  4. Видение мира Вашим подсознанием
  5. Восприятие и осознание
  6. Вторая стадия - осознание
  7. Вход в расширенное сознание: вступительная сосредоточенность.
  8. ГЛАВА 4. Язык и сознание
  9. Глава 7. Осознание себя во сне.
  10. Глава I. Предсознание
  11. Глава IV. Деятельность и сознание.

В новую глобальную эру третьей промышленной революции главной миссией образования является выработка у школьников навыка видеть себя и действовать как часть общей биосферы.

Пробуждение нашего биосферного сознания совпадает с открытиями в сферах эволюционной биологии, нейрокогнитивных исследований и детского развития, которые показывают, что люди биологически предрасположены к сопереживанию, что мы по своей природе являемся не рациональными, отстраненными, жадными, агрессивными и самовлюбленными, как предполагали многие философы эпохи Просвещения, а любящими, склонными к общению и сотрудничеству, взаимозависимыми. На смену виду человек разумный приходит вид человек сопереживающий. Социальные историки говорят, что сопереживание — это социальный клей, который позволяет все более индивидуализирующимся и несходным группам населения поддерживать связи с более широкими сообществами и, таким образом, скреплять общество в единое целое. Сопереживать — значит приобщаться к цивилизации.

Сопереживание эволюционировало на протяжении нашей истории. В обществах охотников и собирателей оно редко выходило за пределы племенных кровных связей. В гидравлическую сельскохозяйственную эру сопереживание стало шире и распространилось на связи, основанные на религиозной принадлежности. Евреи стали сопереживать своим собратьям-иудеям, как если бы они были членам расширенного семейства, христиане стали сопереживать своим собратьям по вере, мусульмане — своим и т.д. В индустриальную эру с появлением современного национального государства сфера сопереживания вновь расширилась, включив в себя на этот раз людей с общей государственной идентичностью. Американцы стали сопереживать американцам, немцы — немцам, японцы — японцам. В наши дни, на заре третьей промышленной революции, сопереживание выходит за государственные границы и распространяется до биосферных границ. Мы начинаем смотреть на биосферу как на наше неделимое сообщество и сопереживаем собратьям-людям и другим созданиям, словно они являются членами нашего расширенного эволюционного семейства.

Осознание того, что мы — представители сопереживающего биологического вида, что сопереживание эволюционирует и что мы взаимосвязаны в биосфере так же, как и в блогосфере, имеет огромное значение для переосмысления миссии образования. Новые модели преподавания, нацеленные на переход от состязательного образования к процессу обучения на основе сотрудничества и сопереживания, появляются как результат попыток школ и колледжей найти контакт с поколением, которое выросло на Интернете и привыкло к взаимодействию в открытых социальных сетях, где информацией делятся, а не хранят ее как сокровище. Традиционная посылка «знание — сила», предполагающая личную выгоду, уступает место идее о том, что знание — это выражение общей ответственности за коллективное благополучие человечества и планеты в целом.

В школах по всему миру преподаватели внушают ученикам с младых ногтей, что они являются органической частью биосферы и что все, с чем они имеют дело в жизни, — пища, которую едят, одежда, которую носят, автомобили, на которых ездят, электричество, которое используют, — оставляет экологический след, влияющий на благополучие других людей и живых существ на Земле. Так, гамбургер, съеденный в ресторане быстрого питания, может быть изготовлен из мяса бычка, который нагуливал вес на пастбищах, отвоеванных у тропических лесов в Центральной Америке. Вырубка деревьев — это сокращение лесного покрова и гибель биологических видов, живущих в лесах. Сокращение лесного покрова — это уменьшение поглощения углекислого газа, выбрасываемого в атмосферу при сжигании угля на централизованных электростанциях. Повышение температуры Земли в результате накопления углекислого газа в атмосфере влияет на круговорот воды в природе и ведет к более сильным наводнениям и засухам по всему миру, к снижению урожайности и падению доходов бедных фермеров и их семей. Потеря доходов — это голод и недоедание населения, входящего в группу риска. Вот такие последствия связаны с котлетой в булочке.

Скептикам из более зрелого поколения идея биосферного сознания может показаться перебором, даже несмотря на то, что их дети и внуки совершенно естественно идентифицируют биосферу как свое расширенное сообщество.

Эдвард Уилсон, известный гарвардский биолог, говорит, что тесная взаимосвязь с биосферой — это не утопическая идея, а древнейшее чувство, заложенное в нашу биологию, но, к сожалению, утерянное в процессе развития человека. Уилсон считает, что люди внутренне стремятся к единению с природой, и называет это «биофилией» [4]. Он ссылается на исследования многих культур, которые показывают склонность людей к открытым пространствам, тучным лугам и полям, испещренным островками деревьев и водоемами. По мнению Уилсона, эта первородная идентификация с ранней фазой развития человека как биологического вида продолжает существовать в глубине нашей биологической сущности как своего рода генетическая память. Последние исследования больных, находящихся в стационаре, показали, что они быстрее выздоравливают, когда видят в окне деревья, открытые зеленые ландшафты и водоемы. Это свидетельствует о восстановительной ценности природы [5].

Биофилия выходит за пределы ландшафтов и распространяется на наших эволюционных сородичей. При взаимодействии с животными мы непрерывно ощущаем наше сходство. Как и мы, наши братья меньшие стремятся продолжить свое существование. Каждый из них — уникальное создание. Каждое существо имеет свой жизненный путь, каждый день которого полон возможностей и рисков. Все мы уязвимы — наша жизнь, будь то жизнь лисы, пробирающейся через лес, или человека, передвигающегося по городу, чревата опасностями. Мы особенно близки с нашими сородичами-приматами, которые похожи на нас не только внешне, но и по поведению. Они — разумные существа, которые воспитывают своих детенышей, проявляют эмоции, учатся друг у друга и создают рудиментарную культуру, передаваемую от поколения к поколению, устанавливают социальные связи в играх и ухаживании, сообщают друг другу о своих чувствах путем сложных социальных ритуалов, похожих на наши.

По утверждению Уилсона, мы эмоционально идентифицируем себя с нашими братьями меньшими настолько тесно, что начинаем воспринимать их жизнь как свою собственную. Короче говоря, мы сопереживаем. Найдется ли такой человек, который ни разу в жизни не сопереживал какому-нибудь существу — домашнему питомцу или случайному дикому животному? Когда мы видим жеребят, резвящихся на пастбище, излучающих радость жизни, или раненую белку, которая сжимается от боли и страха, нас наполняет глубокое чувство сопереживания — так мы выражаем признание тайны жизни, связывающей всех нас воедино на земле. Сопереживать — значит поддерживать чью-то борьбу за существование и процветание. Мы признаем неотъемлемую ценность чужой жизни так, как если бы эта жизнь была нашей собственной. Сопереживая, мы выражаем наше родство с нашими ближними.

Хотя все мы в тот или иной момент жизни проявляем биофилию, в урбанизированном, высокотехнологичном обществе связь с природой и нашими ближними непрерывно ослабевает. Впервые в истории подавляющая часть человечества, живущего в искусственной среде, оказалась практически отрезанной от остальной природы. Уилсон, а вслед за ним все большее число других биологов и экологов стали опасаться, что утрата биофилии, создавая реальную угрозу физическому, эмоциональному и психическому благополучию людей, в конечном итоге может завести в тупик наше когнитивное развитие как биологического вида.

Ясно одно: если мы не вернем нашу природную биофилию, то нам никогда не обрести биосферного сознания. Пять столпов третьей промышленной революции на деле являются всего лишь инструментами, позволяющими нам реинтегрироваться в естественный мир. Они дают возможность реорганизовать нашу жизнь и вновь признать взаимозависимости общей биосферы, в которой мы живем совместно с другими существами. Однако если третья промышленная революция не будет сопровождаться изменением нашего видения и восприятия мира — формированием биосферного сознания, — то она закончится, так и не достигнув цели.


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 |

Поиск по сайту:



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.003 сек.)