АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

Ко второму изданию

Читайте также:
  1. Благодарности к исправленному изданию
  2. ВСТУПИТЕЛЬНОЕ СЛОВО КО ВТОРОМУ ИЗДАНИЮ
  3. ИЗ ПРЕДИСЛОВИЯ АВТОРА К ПЕРВОМУ ИЗДАНИЮ
  4. ИЗ ПРЕДИСЛОВИЯ К ВОСЬМОМУ ИЗДАНИЮ
  5. К новому изданию книги А. Б. Рановича «Античные критики христианства»
  6. К первому изданию
  7. Немецко-русский словарь ко второму этапу
  8. Полный список источников Мавро Орбини (по итальянскому изданию 1606 года)
  9. Послесловие ко второму тому
  10. Постскриптум к русскому изданию
  11. ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ К ПЕРВОМУ ИЗДАНИЮ

Просматривая первое издание настоящей книги, я обратил внимание на следующее: в последнем абзаце Предисловия упоминается, что в основе этой работы лежит пятнадцатилетний опыт изучения в данной области. Ныне этот отрезок времени увеличился уже более чем до сорока лет, и в нашем образе жизни и мышления произошло множество перемен. Однако человеческая натура по существу почти совсем не изменилась, и свойство увлекаться сомнительными идеями сохраняется и при нищете, и при процветании, и во время войны, и в мирное время.

Каждый из нас по-своему все еще ищет более цивилизованный кодекс личного поведения. Мы всегда надеемся, что будет найдено решение общих проблем, которые тревожат всех нас. Нас, как и прежде, приводит в смятение непостоянство верований человечества, и мы по-прежнему, вне всякого сомнения, должны развивать проницательность, интуицию и прозорливость в качестве надлежащих средств зашиты от недостатков нашего времени. В 1936 г. мы были наивнее, чем теперь, и многие обаятельные личности былых времен ушли от нас, но старые дилеммы, хотя и принимающие новые формы, по сути, вечно остаются теми же самыми.

Кажется, сама природа требует от каждого из нас развития проницательности. Мы постоянно оказываемся перед расходящимися путями и должны выбирать один из них сообразно с обстоятельствами или склонностями. Спасать людей от самих себя всегда было нелегко. Как только умом и эмоциями завладевает какая-нибудь необычная идея, индивидуум становится незащищенным от всевозможных напастей. Основным человеческим недостатком является известная доля эгоизма. Человек постоянно пытается удовлетворить какое-нибудь честолюбивое желание или повысить свой статус, причем предпочтительно с наименьшими умственными или физическими усилиями. Продолжая добиваться чего-то неизвестно зачем, он создает раздолье для сомнительных дел.

Легко убедить себя, что у нас непременно будет все, чего бы мы ни пожелали. Нам доставляет удовольствие считать себя высшими от природы созданиями, имеющими право на лучшую судьбу, чем наши друзья и коллеги. Также и в том, чтобы причислить себя к числу избранных Вселенной для реализации какого-то грандиозного проекта, оказания исключительного покровительства или получения особого откровения, есть что-то приятно возбуждающее нервы. Таким образом, мы становимся незащищенными от злостного использования на всех жизненных путях, но особенно — в религиозной сфере.

По-прежнему настоятельной остается потребность в честной самооценке. Нам следует признать очевидный факт, что Вселенная все еще полна тайн, многие из которых не будут раскрыты в наше время. Но ради нашего же блага окружающие нас тайны должны нормализовать атмосферу и потенциально нести счастье. Мы должны принимать неизвестное как дружественное, обоснованное и законное. Мы не можем вернуться в прошлое, когда люди считали темноту обиталищем гоблинов.

Равным образом верно и то, что мы должны осторожно подходить к признанию чудесного. Когда торговец предлагает нам что-нибудь даром, мы относимся к этому в высшей степени скептически: знаем по опыту, что у всех вещей есть своя законная стоимость. Так же важно осознать, что счастье, душевный покой, духовную безопасность, умственно-психическое и эмоциональное здоровье и приятное согласие с обществом — все эти желаемые состояния необходимо заработать.

Индивидуум может изменить свою жизнь в лучшую сторону, только совершенствуя самого себя. Никакие утверждения, никакие магические формулы, никакие приемы – ничто, кроме поведения, не может сделать лучше ни одно человеческое существо. Веками мы придавали идеалам особое значение концепций или теорий, которые следует принимать или отвергать. Если мы верим надлежащим образом, то считается, что наша вера творит чудеса. На самом же деле она добивается очень немногого, если только мы не используем наши убеждения для того, чтобы подвергнуть цензуре собственное поведение. Мы можем верить в божественную любовь до скончания века, но если при этом продолжаем осуждать, придираться к чему-либо, питать твердые предубеждения и проявлять нетерпимость, то всякие установки совершенно бесполезны. Нет привилегированных путей к просвещению.

Даже теперь мы довольно часто получаем письма, брошюры, проспекты и листовки, сообщающие о странных и чудесных явлениях. Оценить подобный материал, как правило, бывает невозможно. Отдельный человек или организация, предающие его гласности, часто пребывают в сравнительной безвестности, а даже самое осторожное наведение справок, особенно в религиозных делах, считается предосудительным или, по крайней мере, невежливым. Остается единственный реальный выход. Мы рождаемся наделенными здравым смыслом. Если умело пользоваться этим даром, то возможность стать жертвой обмана сведется к минимуму. Даже если допустить, что в странных идеях на самом деле нет ничего вредного или опасного, они могут отнять массу времени. Я знаю людей, всю жизнь посвятивших тщательному изучению бесполезных и бессмысленных учений. Бывает действительно очень жаль видеть растраченную впустую или фанатичную преданность ложному в своей основе делу.

Почти каждому хочется, чтобы ему сказали, что делать. Люди каждый день выпрашивают у меня надежные рецепты. В действительности «рецепт» зашиты самих себя от зла унаследован нами от древнейших нравственных и духовных традиций человеческой расы: никому не причиняй зла, отдавай всем то, что по справедливости принадлежит им, имей хорошие мысли, совершай добрые дела, будь терпелив во всем и верь во Вселенское Могущество, сосредоточенное в источнике жизни. Эти простые наставления защитят нас от большинства притязаний и постепенно сформируют наш моральный облик на основе конструктивных принципов. Если мы будем внутренне рассудительны, то не привлечем к себе чужих неразумных идей.

Именно для этой цели мы изучаем фундаментальные труды, которые служили наставлениями человечеству, наблюдаем за людьми подлинно благородными и стараемся неотступно следовать за этими добрыми и просвещенными душами, вызывающими восхищение каждого из нас. Мы должны учиться спокойно, не ища легких и кратчайших путей, а стремиться к жизненно важной философии, которая способна вдохновить нас и заставить прилагать еще большие усилия в деле самосовершенствования.

Культы приходят и уходят, всяческие «измы» возникают и терпят крах, секты появляются и исчезают, но легковерный человек всегда найдет какую-нибудь идею, в которую легко поверить. И его всегда будут постигать разочарования и скорбь. Тридцать лет тому назад авансцены театров украшались сырыми овощами, а диетврачи продавали овощные смеси и проповедовали йогу. В наши дни это случается значительно реже. Но разве так уж велика разница между манией сохранения здоровья того времени и поразительной преданностью этой идее в нынешние времена? Тогда была магия позитивного мышления, теперь — колдовство успокоения. Эти огромные волны неразумия прокатываются по сцене действия рода человеческого. Мы всегда будем становиться жертвами какой-либо крайности, пока не научимся сдержанности путем приобретения внутреннего опыта.

Названия идей меняются, но суть, скрывающаяся за этими названиями, вовсе не обязательно претерпевает значительные изменения. Нас по-прежнему обуревает безумная страсть уходить от обыденности. Сейчас нас глубоко волнуют тайны науки. Мы находим эмоциональную разрядку в ожидании того, что пришельцы с других планет скоро приступят к колонизации нашей территории или что мы, в свою очередь, создадим аванпосты в отдаленных уголках космического пространства. Эти идеи быстро находят поддержку нетвердых, хотя зачастую и благонамеренных людей, а мы наблюдаем новые мощные всплески «чудес».

Все это отвлекает наше внимание от насущных проблем и потребностей. Мы можем сколько душе угодно строить догадки о пространстве и населять его всяческими существами, соответствующими нашему воображению. Это, возможно, возбуждает и щекочет нервы, но было бы неплохо воздержаться от домыслов и забот по поводу иных миров, пока мы не приведем в порядок наш собственный мир. Конечно, переключить наше внимание непосредственно на изменение своих привычек, исправление своих ошибок и развитие собственной интуиции, научившись глубоко размышлять, — задача неблагодарная. Она не вызывает у нас ложного чувства превосходства и не поставляет нам тем для разговоров. Легче убедить в достоинствах двадцати верований, чем жить согласно одному из них.

Природа всегда навязывает нам развитие, заставляя принимать решения и учитывать их последствия. Она подбивает нас оставаться глупцами, вечно надеясь, что мы поумнеем. Природа — это предусмотрительный родитель, чья мудрость охватывает всю структуру универсального закона. Мы всегда должны приспосабливаться замыслу, который нас смоделировал. Мы нуждаемся в вере, но это должно быть доброе и сознательное духовное приятие. Нам нужна надежда, но это должна быть надежда на вещи справедливые, достойные и в пределах наших способностей. А еще мы нуждаемся в милосердии. Это означает, что нам не следует осуждать «и слишком критически относиться к мотивам, движущим обществом; все это означает и то, что у нас должно быть право оставаться недосягаемыми для глупости и не страдать от нее.

В этой книге япередаю свои впечатления от религиозных и мистических проблем в том виде, в каком эти вопросы предстали передо мною много лет назад. Мои взгляды во всех существенно важных отношениях остались неизменными, ибо течение времени принесло лишь более ясное их понимание и большое количество подтверждающих фактов. Однако читателю следует учитывать условия, существовавшие в сфере либеральной религиозной мысли между 1920 и 1936 годами. Я непосредственно столкнулся с почти невероятной ситуацией. Множество личных трагедий стали неизбежным результатом распространения нелепых и даже пагубных верований и доктрин. Серьезная обеспокоенность здоровьем и благополучием искренних, но запутавшихся людей, которые постоянно искали моей помощи, заставила меня занять основанную на фактах и, возможно, до некоторой степени критическую позицию по отношению к тенденциям, преобладавшим в политике и практике. Единственным решением для меня, по-видимому, должно было стать выражение собственных убеждений в откровенной и довольно решительной форме. Поэтому, если я, как может показаться, высмеиваю недостатки или резко выражаю полное несогласие с модными идеями, то это только потому, что сложившееся безнадежное положение требовало в некотором роде сильнодействующего средства.

Многие люди, не соглашавшиеся с моими выводами в то время, потом благодарили меня за «шоковую терапию». Я вполне отдавал себе отчет в том, что многочисленные жертвы завораживающих религиозных притязаний по существу были прекрасными серьезными людьми, пытавшимися усовершенствовать себя и более отчетливо понять свое настоящее место во вселенском плане. Я не хотел обижать их, мною руководило сильное желание защитить их, и я был достаточно молод, чтобы проявлять в этом отношении чрезмерный оптимизм.

Лишь глядя на все это сквозь призму времени, можно понять вспышку интереса к метафизике и мистицизму в США тридцать пять лет тому назад. В то время мы все были слишком близки к критической ситуации, чтобы осознать ее смысл или важность. Это была поистине последняя линия обороны индивидуального религиозного мышления, убедительное выражение народного самосознания. Ортодоксия не сумела выработать динамичную религию, которую народ мог бы использовать при решении практических проблем. Она не предлагала никакой программы духовной, нравственной или этической самодисциплины. Росло давление материализма, а тяжелая депрессия привела к утрате традиционных моделей, которые служили основанием поведения более старших поколений. Психология с фрэйдовским акцентом становилась мощной силой в человеческом мышлении. По первым мостам, наведенным между Востоком и Западом, пришло несколько восточных учителей, которые вскоре сами себя загнали в тупик и в значительной степени способствовали возникновению замешательства среди своих учеников. Все хотели мыслить масштабно глубоко и широко, но были безнадежно не подготовлены к этому. Эту всеобщую потребность нещадно эксплуатировали, и во многих случаях человеческое доверие оказывалось трагически обманутым.

Из этой приводящей в недоумение алхимии получилось кое-что хорошее, обогатившее нашу религиозную жизнь, но не обошлось и без крайних нелепостей вроде того совершенно неизбежного результата, когда те, кто мало знают, пытаются вести за собой остальных, которые знают и того меньше. Отдавая себе отчет в опасности этой ситуации, я рекомендовал не проявлять консерватизм, а постоянно разъяснять основные положения. Мне казалось, что социальные установки людей необходимо с известной решительностью подвергать цензуре и что нельзя позволять кому-либо пренебрегать элементарными нормами поведения в лихорадочных поисках мистического озарения.

Эту книгу можно было бы и переписать, но это означало бы вырвать ее из ее системы координат и как минимум приуменьшить ее историческое значение. Я полагаю, что рекомендации, которые я позволил себе дать, по-прежнему применимы к тому же самому типу поведения. Ныне нет недостатка в странных культах и убеждениях, так что можно предположить, что обращение к мудрым все еще может оказаться полезным. Я все так же считаю, что некоторые простые предостережения служат вам лучшим руководством. Избегайте всех верований, выходящих за пределы разумного. В большинстве случаев самым ценным оказывается простейший из принципов. Призвав на помощь всю свою мудрость и проницательность, тщательно и всесторонне обдумайте все претензии и обещания, которые кажутся отступающими от основ здравого смысла. Не пытайтесь жить в мире, которым правят невидимые существа. По правде говоря, есть только одно существо, которое заботится о вас, и это Невидимое Существо пребывает в источнике вашего бытия. Не наполняйте атмосферу страхами и не позволяйте другим лишить вас душевного покоя коварными угрозами или убедительно звучащими обещаниями. Неплохо познать все, что можно познать, но еще лучше оценивать знание и накапливать те факты, которые оказывают непосредственное конструктивное воздействие на ваши сердца и умы.

Я думаю, что эта книга ответит на вопросы, которые все еще часто задают. Мне хочется верить, что книги обладают особым достоинством как средства обучения, потому что идеи, которые могли бы показаться обидными в личной беседе, можно рассмотреть всесторонне и так, как они того заслуживают, в уединении вдумчивого чтения.


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 |

Поиск по сайту:



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.007 сек.)