АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

Часть II ПРИНЦИПЫ И НОРМЫ, РЕГУЛИРУЮЩИЕ КОНСУЛЬСКУЮ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ 8 страница

Читайте также:
  1. CAC/RCP 1-1969, Rev. 4-2003 «Общие принципы гигиены пищевых продуктов»
  2. DER JAMMERWOCH 1 страница
  3. DER JAMMERWOCH 10 страница
  4. DER JAMMERWOCH 2 страница
  5. DER JAMMERWOCH 3 страница
  6. DER JAMMERWOCH 4 страница
  7. DER JAMMERWOCH 5 страница
  8. DER JAMMERWOCH 6 страница
  9. DER JAMMERWOCH 7 страница
  10. DER JAMMERWOCH 8 страница
  11. DER JAMMERWOCH 9 страница
  12. I ЧАСТЬ

В ряде государств это изъятие из уголовной юрисдикции отражено и в национальном законодательстве. Например, Положение о дипломатических и консульских представительствах иностранных государств на территории СССР от 23 мая 1966 г. (ст. 31), основанное на началах взаимности, гласит, что глава дипломатического представительства и сотрудники дипломатического представительства иностранных государств (советники, представители, военные, военно-морские и военно-воздушные атташе, торговые, первые, вторые и третьи секретари и атташе, секретари-архивисты, заместители торговых представителей, помощники военных, военно-морских и военно-воздушных атташе) пользуются личной неприкосновенностью, в силу которой они не могут быть подвергнуты аресту или задержанию в административном или судебном порядке и не подлежат юрисдикции судебных учреждений Союза ССР


и союзных республик, кроме тех случаев, когда на это имеется согласие правительства данного иностранного государства1.

Изъятие из уголовной юрисдикции дипломатического агента является полным.

Что же касается изъятия дипломата из гражданской и административной юрисдикции, то здесь имеются исключения (см. ст. 31, п. а, б, в Венской конвенции). Первое исключение относится к недвижимому имуществу. Именно к дипломату могут быть предъявлены вещные иски, относящиеся к его частному недвижимому имуществу, находящемуся на территории государства пребывания, если только он не владеет этим имуществом в интересах своего правительства для целей представительства.

Следующие исключения заключаются в том, что к дипломату могут быть предъявлены иски, относящиеся к наследованию, к которому дипломатический агент имеет касательство в качестве исполнителя завещания, хранителя наследственного имущества или попечителя над наследством, наследника или отказополучателя как частное лицо, а не от имени аккредитующего государства, а также иски, относящиеся к любой профессиональной или коммерческой деятельности, осуществляемой дипломатическим агентом в государстве пребывания за пределами своих официальных функций. Дипломатический агент не может ссылаться на дипломатический иммунитет как на основание для отказа от явки при рассмотрении какого-либо искового или иного дела, относящегося к наследованию.

В отношении же процессов в связи с профессиональной или коммерческой деятельностью, осуществляемой дипломатическими агентами, занятиями дипломата профессиональной или коммерческой деятельностью за пределами своих официальных функций дело значительно сложнее. По существу, эти положения Венской конвенции находятся в противоречии со ст. 42 Венской конвенции, запрещающей дипломатическому агенту заниматься профессиональной или коммерческой деятельностью в целях личной выгоды. Законодательства ряда стран прямо утверждают, что такая деятельность несовместима с положением и функциями дипломатического агента, и в этой связи единственным следствием такой деятельности может быть объявление соответствующего лица persona non grata.

После вступления в силу Венской конвенции положения ст. 31, по существу, следует относить к членам семьи дипломатического агента.

1 См.: Ведомости Верховного Совета СССР. 1966. № 22. Ст. 387; Хлестов О. Н. Новое положение об иностранных дипломатических и консульских пред-ставительствах//Советское государство и право. 1966. № 8; Блищенко И. П., Пирадов А. С. Советское государство и дипломатическое право//Международная жизнь. 1967. № 2. 84


Следует сказать еще об одном исключении из иммунитета от гражданской юрисдикции, имеющем место в практике,-оно имеет место в том случае, коща возникает в суде встречный иск, непосредственно связанный с основным иском дипломатического агента.

Статья 61 Основ гражданского судопроизводства Союза ССР и союзных республик от 8 декабря 1961 г. прямо говорит, что "аккредитованные в СССР дипломатические представители иностранных государств и другие лица, указанные в соответствующих законах и международных соглашениях, подлежат юрисдикции советского суда по гражданским делам лишь в пределах, определяемых нормами международного права или соглашениями с соответствующими государствами. В тех случаях, когда в иностранном государстве не обеспечивается Советскому государству, его имуществу или представителям Советского государства такая же судебная неприкосновенность, какая, согласно настоящей статье, обеспечивается иностранным государствам в СССР, Советом Министров СССР или иным управомоченным органом может быть предписано в отношении этого государства, его имущества или представителя этого государства применение ответных мероприятий".

В п. 2 ст. 31 Венской конвенции о дипломатических сношениях определено, что дипломатический агент не обязан давать показания в качестве свидетеля.

Эта же норма закреплена и в ст. 21 Гаванской конвенции 1928 г., которая прямо говорит, что "лица, пользующиеся иммунитетом в отношении юрисдикции, имеют право отказываться от явки в местные суды в качестве свидетелей".

В отношении дипломатического агента не могут применяться никакие исполнительные меры, кроме случаев, связанных с изъятием из иммунитета от гражданской юрисдикции страны пребывания. При этом соответствующие меры в допустимых случаях могут применяться только при условии ненарушения неприкосновенности его личности или его резиденции (ст. 31, п. 3 Венской конвенции).

Следует заметить, что понятие "юрисдикции государства" охватывает и юрисдикцию, осуществляемую специальными судами (в частности, торговыми и образуемыми для применения социального законодательства) и всеми административными органами власти, осуществляющими судебные функции.

Иммунитет дипломатического агента от юрисдикции государства пребывания не освобождает его от юрисдикции аккредитующего государства (ст. 31, п. 4 Венской конвенции).

В практике, однако, может иметь место следующее положение: юрисдикция по конкретному делу аккредитующего государства не распространяется на дипломатического агента, т. е. дело не попадает под общую компетенцию судов его


страны или законы его страны не указывают такого местного судебного учреждения, в котором мог быть предъявлен иск.

От иммунитета от юрисдикции своего дипломатического агента и других лиц, пользующихся иммунитетом, отказаться может только аккредитующее государство (ст. 32 Венской конвенции). Это объясняется тем, что целью иммунитета является обеспечение дипломатическому агенту возможности выполнять свои обязанности не в своих интересах, а в интересах аккредитующего государства.

На основе установившегося обычая и ст. 34 Венской конвенции дипломатический агент освобождается от всех пошлин и налогов, личных и имущественных, государственных, районных или муниципальных, за исключением: 1) косвенных налогов, включаемых в цену товаров или обслуживания; 2) сборов и налогов на частное недвижимое имущество, находящееся на территории государства пребывания, если он не владеет им от имени аккредитующего государства для целей представительства; 3) налогов на наследство и пошлин на наследование, взимаемых государством пребывания; 4) сборов и налогов на частный доход, источник которого находится в государстве пребывания, и налогов на капиталовложения в государстве пребывания в коммерческие предприятия; 5) сборов, взимаемых за конкретные виды обслуживания; 6) регистрационных, судебных и реестровых пошлин, ипотечных сборов и гербового сбора в отношении недвижимого имущества.

Статья 35 Венской конвенции и обычная практика государств освобождают дипломатического агента от всех трудовых и государственных повинностей, независимо от их характера, а также от военных повинностей, таких, как реквизиции, контрибуции и военный постой. Это положение находит выражение и во внутригосударственном законодательстве.

В соответствии с принятыми законами и постановлениями, государство пребывания освобождает, гласит ст. 36 Венской конвенции, от всех таможенных пошлин, налогов и связанных с ними сборов, кроме сборов за складирование, перевозку и подобного рода услуги: 1) предметы, предназначенные для официального пользования дипломатического представительства; 2) предметы, предназначенные для личного пользования дипломатического агента или членов его семьи, живущих вместе с ним, включая предметы, предназначенные для его обзаведения.

Что касается освобождения от таможенных пошлин ввозимых и вывозимых предметов, предназначаемых для дипломатического представительства, то оно является общепризнанной обычной нормой международного права и закреплено во внутригосударственном законодательстве ряда государств.

Буржуазные дипломаты часто этим злоупотребляют, осуществляя спекуляции.


Характерным примером спекулятивной деятельности является "дело Росаля". Посол Гватемалы в Бельгии и Нидерландах Морисио Росаль в октябре 1960 г. был задержан полицией в Нью-Йорке. При нем оказалось 116 фунтов наркотика героина на сумму 4 миллиона долларов. Полиция сообщила, что этот дипломат давно занимается тайной спекуляцией наркотиками и его частые за последнее время поездки в США связаны не с его дипломатической миссией, а со спекуляцией. На следующий день правительство Гватемалы поспешило объявить о снятии его с дипломатического поста, отказавшись от его иммунитета.

Личный багаж1 дипломатического агента освобождается от досмотра. Однако освобождение от досмотра не абсолютно, в исключительных случаях досмотр может быть произведен. Но ст. 36 Венской конвенции устанавливает, что такой досмотр возможен только в присутствии дипломатического агента или его уполномоченного представителя.

В 1948 г. аргентинские дипломатические агенты пытались вывезти из Москвы под видом личного багажа человека в чемодане. В этом случае таможенный досмотр был вполне правомерен. Но когда глава советской торговой делегации Боровский в 1921 г. прибыл в Рим и, несмотря на его возражения и при отсутствии каких-либо оснований, был произведен таможенный досмотр его багажа, он в знак протеста вполне справедливо отклонил назначенное ему министром иностранных дел Италии Сфорца свидание. Сфорца вынужден был нотой 20 марта 1921 г. уведомить Воровского, что таможня впредь будет к его багажу применять обычные дипломатические льготы.

Кроме дипломатического персонала дипломатическими привилегиями и иммунитетом пользуется также семья дипломата.

Это означает,, что на семью дипломатического агента распространяются право на личную неприкосновенность, право на неприкосновенность резиденции и имущества, члены семьи пользуются иммунитетом от местной юрисдикции с теми изъятиями, о которых выше упоминалось, на освобождение от налогов с изъятиями, о которых упоминалось,' на освобождение от личных повинностей и обложений и от таможенных пошлин и таможенного досмотра.

В литературе и практике этот вопрос не вызывает сомнений.

Распространяя привилегии и иммунитет на семью дипло-

1 Личным багажом является багаж, который содержит вещи личного пользования дипломата. Обычно личный багаж перевозится при дипломатическом агенте. Однако когда, например, он совершает воздушные поездки, часть багажа может отправляться пароходом или железной дорогой.

о/


матического агента, международное право и внутригосударственная законодательная практика требуют, однако, строгого соблюдения со стороны членов семьи дипломата законов, правил и обычаев государства пребывания. В случае злоупотребления дипломатическими привилегиями и иммунитетом государство пребывания вправе требовать выезда из страны данного члена семьи иностранного дипломата. Так, в 1954 г. жена 2-го секретаря посольства США в СССР Солмерлэтт вместе с женой другого работника пыталась фотографировать детей на фоне строительного мусора в Москве в Б. Трехгорном переулке. Отец одной из девочек стал возражать, чтобы его дочь снимали на таком фоне. Жена американского дипломата, раздосадованная неудачей, ударила по лицу рабочего П. Д. Андрианова, грубо толкнула стоявшую поблизости работницу комбината Д. И. Синельникову. Рабочие вызвали милиционера, который по их просьбе установил личность американок. В связи с этим МИД СССР 26 октября 1954 г. обратил внимание посольства США на недостойное поведение жены дипломата и заявил о нежелательности ее дальнейшего пребывания в СССР ввиду ее поступка, недостойного цивилизованного человека.

В теории и практике нет единого мнения по вопросу о том, на каких именно членов семьи дипломатов распространяются эти изъятия.

Советское законодательство говорит о распространении прав и преимуществ на супругов и несовершеннолетних детей.

Бесспорным является только то, что в семью входит супруг, несовершеннолетние дети и обычно также лица, состоящие на иждивении дипломата. Члены семьи, так же как и сами члены дипломатического персонала, получают дипломатическую карточку.

Венская конвенция 1961 г. в ст. 37, п. 1 говорит, что члены семьи дипломатического агента, живущие вместе с ним, если они не являются гражданами государства пребывания, пользуются такими же привилегиями и иммунитетом.

Вопиющим нарушением дипломатических привилегий и иммунитета жены дипломата явилось "дело Чаера" в 1959 г. в США: 29 ноября 1959 г. утром в квартиру второго секретаря посольства ПНР в Вашингтоне А. Чаера ворвалось трое мужчин. Они разбудили жену А. Чаера, которая была одна дома, и, задав ей провокационные вопросы, приступили к обыску квартиры. Чаер предложила им покинуть квартиру-они отказались. Когда же она пыталась подойти к телефону, чтобы связаться с посольством, эти лица накинули ей на шею пояс, грозя задушить ее, и затем нанесли удар по голове, отчего она потеряла сознание. В таком состоянии ее застал муж.


В связи с этим нападением посол ПНР в Вашингтоне заявил протест госдепартаменту США, власти которых несут ответственность за это нападение, исключающее цели грабежа. Посол потребовал проведения следствия и сурового наказания виноватых в совершении нападения на жену польского дипломата.

Государственный департамент США признал ответственность властей США за нарушение на территории США дипломатических привилегий и иммунитета жены польского дипломата и обещал принять соответствующие меры в целях выявления и наказания виновников нападения.

Законодательство ряда государств прямо предусматривает возможность распространения дипломатических привилегий и иммунитетов на технический и даже обслуживающий персонал.

Так, в соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР " О порядке предоставления прав и преимуществ техническому и обслуживающему персоналу иностранных посольств и миссий в СССР" от 27 марта 1956 г.- дипломатические права и преимущества, предусмотренные Венской конвенцией о дипломатических сношениях, подтвержденные в "Положении о дипломатических и консульских представительствах иностранных государств на территории Союза ССР" от 23 мая 1966 г., могут распространяться на технический и обслуживающий персонал иностранных посольств и миссий в СССР (кроме граждан СССР) на основе договоренности, исходя из принципа взаимности1.

В Великобритании действует закон об ограничении дипломатического иммунитета от 21 декабря 1955 г.2, предусматривающий возможность взаимного предоставления дипломатических привилегий и иммунитета административному и техническому персоналу.

В настоящее время по Венской конвенции статус административного и технического персонала приравнен к дипломатическому статусу с исключениями в отношении гражданской, административной и таможенной юрисдикции и оставлением отдельной категории в составе персонала дипломатического представительства.

В практике большинства государств признается, что работники представительства, не являющиеся гражданами государства пребывания, и члены их семей, входящие в круг лиц, живущих вместе с ними, не приобретают, исключительно в

1 См.: Ведомости Верховного Совета СССР. 1956. № 12.

2 См.: Statute 4. Eliz. 2, Ch. 21, Diplomatic Jur. im munities Restriction Act, 1955 (21/XII).

Diplomatic privileges and immunities, memorandum describing the practice of Her Majesty's Government in the United Kingdom. Protocol department foreign and conimonwealth office, March, 1987.


порядке применения закона государства пребывания, гражданство этого государства.

В практике большинства государств является признанным, что члены обслуживающего персонала представительства, которые не являются гражданами государства пребывания или не проживают в нем постоянно, пользуются иммунитетом в отношении действий, совершенных при исполнении своих обязанностей, и освобождаются от налогов, сборов и пошлин на заработок, получаемый ими по своей службе (ст. 37, п. 3 Венской конвенции).

В отношении последней категории сотрудников дипломатического представительства, обслуживающего персонала из числа граждан государства пребывания, практика государств идет по следующему пути: в помещении представительства сотрудников из обслуживающего персонала - граждан страны пребывания не принято арестовывать, вручать им повестки о вызове в суд, совершать в отношении их исполнительские действия.

Члены семьи этой категории лиц пользуются только такими привилегиями и иммунитетом, какие предоставлены им государством пребывания.

Грубым нарушением норм международного права явилось, например, поведение иранских властей в мае 1959 г.

14 мая полицейские власти арестовали экспедитора посольства СССР Баштеза и шофера Кулиева, развозивших по официальным адресам и в редакции тегеранских газет на автомашине посольства бюллетень посольства "Ахбар" и журнал "Советский Союз". Баштез и Кулиев являлись сотрудниками посольства СССР в Тегеране из числа иранских подданных.

Как стало известно, 19 мая при посещении, с разрешения иранских властей, сотрудником посольства СССР камеры заключения, где находились Баштез и Кулиев, последние рассказали, что в ходе допросов следователи запугивали их, а также настаивали, чтобы они подписали заявление о том, что они "по указке руководителей посольства развозили антигосударственные листовки и издания". От подписания подобных "заявлений" Кулиев и Баштез отказались.

Министерство иностранных дел СССР не могло рассматривать подобные действия иранских властей иначе как грубую провокацию в отношении советского посольства в Тегеране, рассчитанную на ухудшение советско-иранских отношений. В ноте МИД СССР от 29 мая 1959 г. говорилось, что МИД СССР ожидает, что соответствующие иранские органы немедленно примут меры к пресечению упомянутых провокационных действий иранских властей и создадут условия для нормальной работы посольства1.

 

1 См.: Правда. 1959. 29 мая.


В ст. 38, п. 1 Венской конвенции установлено, что дипломатическому агенту - гражданину государства пребывания необходимо пользоваться по крайней мере известным минимумом иммунитета, чтобы он мог удовлетворительно выполнять свои обязанности. Этим минимумом является неприкосновенность личности и иммунитет от юрисдикции в отношении официальных действий, совершаемых им при выполнении его функций. Что касается привилегий и иммунитета сверх данного минимума, то это зависит от решения государства пребывания.

Венская конференция 1961 г. в результате долгой дискуссии приняла ст. 33, в соответствии с которой положения о социальном обеспечении, действующие в государстве пребывания, не распространяются на дипломатического агента в отношении услуг, оказываемых аккредитующему государству, кроме случаев приема на службу лиц, на которых не распространяется освобождение.

В практике государств принято предоставлять на основе взаимности следующие другие привилегии: дипломатический представитель имеет право организовать свою жизнь и быт на основе обычаев и правил своей страны; он имеет право выписывать на свое имя все необходимые издания, включая запрещенные к ввозу в страну пребывания; дипломатический представитель может иметь в представительстве часовню или церковь своего культа, а также врача.

В качестве так называемых почетных привилегий следует отметить право на приглашение на торжества, юбилеи, парады и другие официальные церемонии в государстве пребывания.

В залах законодательных органов дипломатическим пред-' ставителям выделяется отдельная ложа. Если дипломатический представитель выражает желание осмотреть достопримечательности или какое-либо учреждение страны пребывания, ему обычно дается возможность при осмотре выслушать объяснения руководителя учреждения или другого авторитетного лица. Предъявление дипломатической карточки обычно дает право внеочередного проезда, прохода к месту торжества, зрелищ и т.д.

Согласно Гаванской конвенции о дипломатических чиновниках 1928 г. дипломатические представители пользуются неприкосновенностью в отношении своей личности, частной резиденции, имущества и служебных помещений. Причем особо подчеркивается, что неприкосновенность распространяется не только на дипломатических чиновников всех рангов, но и на весь официальный персонал представительства, членов их семей, живущих с ними, архивы, бумаги и корреспонденцию представительства. Ни одно официальное должностное лицо государства пребывания не может проникнуть в резиденцию


дипломатического чиновника или в представительство без согласия данного чиновника.

Статья 18 освобождает дипломатических чиновников в стране аккредитования от всех личных налогов, как общегосударственных так и местных, от всех поземельных налогов на здание представительства, если последнее принадлежит правительству государства пребывания, от всех таможенных пошлин на предметы, предназначенные для официального пользования представительства или для личного пользования дипломатического чиновника и его семьи.

Дипломатические чиновники изымаются из-под всякой гражданской или уголовнйй юрисдикации государства пребывания, кроме тех случаев, когда их правительство разрешает им отказаться от иммунитетов. Вместе с тем подтверждается принцип возможности преследования и суда над ними в судах их собственной страны.

Важным положением является положение ст. 20 о том, что освобождение из-под юрисдикации сохраняет силу и после прекращения выполнения дипломатическими чиновниками своих функций, поскольку речь идет о действиях, относящихся к этим функциям. В статье особо подчеркивается, что на это освобождение нельзя, однако, ссылаться в отношении других действий, кроме случаев, когда эти действия имели место во время осуществления дипломатических функций.

Конвенция дает право дипломатическим чиновникам отказаться от явки в качестве свидетеля в местные суды.

Дипломатические чиновники начинают пользоваться привилегиями и иммунитетами с момента пересечения государственной границы государства пребывания и когда они заявят о своем качестве. Привилегии и иммунитеты предоставляются государством пребывания вплоть до окончания миссии или даже на все то время после окончания миссии, которе необходимо чиновнику для отъезда.

Государство пребывания обязано в случае смерти дипломатического чиновника сохранить право пользования привилегиями и иммунитетами его семье на разумный срок, пока семья не оставит данное государство.

Конвенцией на государство пребывания возлагается обязанность предоставить дипломатическим чиновникам все возможные облегчения для выполнения их функций, и в частности возможность сноситься со своими правительствами.

По ст. 23 третьи государства, через которые дипломатические чиновники переезжают, следуя к своему посту или возвращаясь в свою страну, а также государства, где дипломатические чиновники оказались случайно во время выполнения своих функций и правительству которых они сообщили о своем качестве, обязаны предоставлять такие же привилегии и иммунитеты, что и государство пребывания.


По конвенции для аккредитования дипломатических чиновников в другом государстве необходимо предварительное согласие последнего. Кроме того, государства могут отклонить принятие чиновника от другого государства или, уже приняв его, могут просить о его отозвании, не будучи при этом обязанными давать пояснения о причинах такого решения. Персонал каждого представительства определяется аккредитующим государством.

В случаях злоупотребления дипломатическими привилегиями и иммунитетами теми или иными сотрудниками представительства государство пребывания может потребовать их отзыва или при комплектовании представительства не согласиться на принятие тех или иных лиц.

Так, например, в октябре 1960 г. правительство Кубы потребовало отъезда из Гаваны трех сотрудников посольства США, которые были пойманы с поличным во время подпольного собрания группы кубинских контрреволюционеров.

В начале января 1961 г. органы безопасности Кубы арестовали семерых контрреволюционеров-террористов, которые с помощью сотрудников американского посольства подбрасывали бомбы в различных районах Гаваны.

В этой связи также, когда в январе 1961 г. в дипломатическом представительстве США в Гаване 80 % сотрудников представительства США, злоупотребляя своими функциями, вели шпионскую деятельность, правительство Кубы потребовало сокращения числа чиновников в посольстве США с 300 до 11 человек, т. е. до такого количества, какое их имелось в посольстве Республики Куба в Соединенных Штатах Америки.

К этой мере правительство Кубы было вынуждено прибегнуть после целой цепи действий дипломатов США, злоупотреблявших своими привилегиями и иммунитетами.

Выступая на параде 3 января 1961 г. в честь второй годовщины кубинской революции, Фидель Кастро сказал: "Мы долго терпели. Сейчас революционное правительство приняло решение, чтобы в течение 48 часов в американском посольстве в Гаване осталось не больше сотрудников, чем в кубинском посольстве в США... США создали на Кубе настоящую армию агентов, заговорщиков и террористов. Чиновники посольства, прикрываясь дипломатической неприкосновенностью, руководили террористами. Поэтому революционное правительство вынуждено прибегнуть к указанной выше мере"1.

Положения Гаванской конвенции практически явились юридическим основанием действий правительства Кубы в данном вопросе.

1 Правда. 1961. 4 янв.


Государство пребывания должно выполнять обязанности по обеспечению нормальных условий работы представительства, иначе может быть нанесен серьезный ущерб отношениям между государствами.

Так, например, 18 мая 1961 г. группа злоумышленников совершила налет на посольство СССР в Аргентине. Распоясавшиеся хулиганы открыли стрельбу по зданию посольства, взорвали самодельную бомбу, бросили в дверь посольства бутылки с зажигательной смесью и раскидали на улице у здания антисоветские листовки. Компетентные власти были в курсе готовящейся провокации, так как за 15 минут до налета фотокорреспондент газеты "Пренса" сообщил полицейскому, охраняющему посольство, о готовящемся налете. Однако властями не только не были приняты необходимые меры для предотвращения провокации, но в момент налета у здания посольства даже не оказалось дежурного полицейского. Кроме того, это был уже второй налет на советское посольство за эти месяцы (первый налет был совершен 26 апреля, а с советской стороны было сделано соответствующее представление).

В этой связи МИД СССР заявил решительный протест против провокационного налета и потребовал проведения расследования для выявления и наказания виновных в совершении бандитского налета на посольство СССР.

2 июня 1961 г. группа фашистов совершила нападение на миссию Венгерской Народной Республики в Буэнос-Айресе, они пытались поджечь здание миссии, но пожар был потушен персоналом. Венгерское правительство заявило энергичный протест против бандитского налета и потребовало привлечения к ответственности участников нападения.

В этой связи следует остановиться на дискуссии, имевшей место на конференции, созванной Ассоциацией международного права Аргентины в Буэнос-Айресе в период с 12 по 15 сентября 1960 г.

Перуанские юристы-международники Альберто Уллоа и Гарсия Сайян попытались поставить вопрос о необходимости ограничить дипломатические привилегии и иммунитет сотрудников, имеющих официальное право заявлять, вести переговоры и говорить от имени своих правительств.

В своем докладе Уллоа заявил, что привилегии и иммунитеты, по существу, являются режимом исключительным на территории государства и как любой исключительный режим должны толковаться ограничительно, как распространяющиеся на специальные случаи, и не должны нарушать, по возможности, нормы обычного поведения. Однако, отмечал Уллоа, дипломатические привилегии и иммунитеты расширяются, и это легко может привести к злоупотреблению ими.

Основа дипломатических привилегий и иммунитетов - главным образом уважение к другому государству, неза-


висимо от того, малое оно или большое. Вместе с тем следует учитывать принцип взаимного уважения представителя государства, с тем чтобы он мог выполнять без каких-либо препятствий возложенные на него функции. Однако, говорит Ул-лоа, эти два принципа в настоящее время в большей мере потеряли свое значение, так как уважение суверенитета, которое никогда не было всеобщим или одинаковым, а в XX в., особенно в связи с расширяющимся вмешательством во внутренние дела государств, вызванным, по его мнению, усилием борьбы между коммунистическими и некоммунистическими странами, вообще ничтожно мало. Поэтому, делает вывод Ул-лоа, привилегии и иммунитеты являются "иронией и парадоксальным международным нонсенсом" и их поддерживают только международные обычаи и традиции.


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 |

Поиск по сайту:



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.014 сек.)