АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

Глава 28. Кассия

Читайте также:
  1. Magoun H. I. Osteopathy in the Cranial Field Глава 11
  2. Арифурэта. Том третий. Глава 1. Страж глубины
  3. Арифурэта. Том третий. Глава 2. Обиталище ренегатов
  4. ВОПРОС 14. глава 9 НК.
  5. ГГЛАВА 1.Организация работы с документами.
  6. Глава 1 Как сказать «пожалуйста»
  7. Глава 1 КЛАССИФИКАЦИЯ ТОЛПЫ
  8. Глава 1 Краткая характеристика предприятия
  9. Глава 1 Краткий экскурс в историю изучения различий между людьми
  10. Глава 1 ЛОЖЬ. УТЕЧКА ИНФОРМАЦИИ И НЕКОТОРЫЕ ДРУГИЕ ПРИЗНАКИ ОБМАНА
  11. ГЛАВА 1 МАТЕМАТИЧЕСКИЕ МОДЕЛИ СИГНАЛОВ
  12. ГЛАВА 1 МОЯ ЖИЗНЬ — ЭТО МОИ МЫСЛИ

Когда солнце встает над Каньоном, мы снова готовы двинуться в путь.Тропа настолько узкая, что мы предпочитаем идти гуськом, хотя Кай держится рядом со мной, его рука касается моей поясницы, а наши пальцы цепляются и переплетаются при каждом удобном случае.

Никогда раньше с нами не случалось подобных вещей: целая ночь разговоров, поцелуев и объятий; и в голове засела мысль, что этого больше никогда не случится снова, и не останется скрытым там, где должно, даже этим прекрасным солнечным утром в Каньоне.

Когда остальные проснулись, Кай поделился с нами планами дальнейших действий: вернуться в местечко ближе к ночи и попытаться проникнуть в один из домов, стоящих как можно дальше оттуда, где он видел свет. А затем понаблюдать. Если, по-прежнему, будет светить только один фонарь, тогда утром мы попытаемся подобраться поближе к тому месту. Кай считает, что нас будет четверо против одного или двух из них.

Конечно же, не стоит забывать, как молод Элай.

Я оглядываюсь в его сторону. Он не замечает взгляда. Идет с опущенной головой. Не смотря на то, что я видела его улыбающимся, я знаю - потеря Вика тяжелым грузом легла на них обоих. - Элай хотел, чтобы я прочитал стихотворение Теннисона над могилой Вика, - рассказал мне Кай. - Но я не смог.

Шествуя во главе нашей маленькой колонны, Инди перекладывает свою сумку и оглядывается, проверяя, следуем ли мы за ней. Мне становится интересно, что бы случилось с ней, если бы я умерла. Плакала бы она по мне, или покопалась бы в моих вещах, взяв все, что необходимо, и пошла бы дальше?

 

Мы прокрадываемся в поселение в сумерках, с Каем во главе.

В прошлый раз я не успела ничего внимательно разглядеть, а теперь эти домишки интригуют меня, пока мы быстро передвигаемся вниз по улице. Должно быть, люди строили каждый дом по отдельности, кому как нравится. И они, наверно, ходили друг другу в гости, переступая порог дома в любое удобное для них время. На это указывают вытоптанные тропинки, так не похожие на те, что были в Городке; здесь они не ведут напрямую от двери к тротуару. Они извиваются, опутывают землю паутиной, связываются друг с другом во многих местах. Люди не оставляли их на долгое время, они приходили в гости и уходили, поэтому тропинки не успевали зарастать. Я отчетливо вижу их там, на земле. Я почти слышу в ущелье отголоски их окликов: здравствуйте, до свидания. Как поживаете?

Мы вчетвером пробираемся в крохотный обветшалый домик с перекошенной от сырости дверью. - Думаю, что нас никто не заметил, - произносит Кай.

Я едва слышу, что он говорит. Я уставилась на картины, нарисованные на стенах дома. Фигуры, очевидно, нарисованы не той рукой, что в пещере, но они так же прекрасны. За их спинами нет крыльев. Они не выглядят удивленными, застыв в полете. Их глаза не смотрят в небо, вместо этого они уставились вниз на землю, как будто хотят сохранить ее вид на долгую память в будущем.

И, тем не менее, я, кажется, узнаю их.

- Ангелы, - говорю я.

- Да, - подтверждает Кай. - Некоторые фермеры до сих пор верят в них. По крайней мере, люди во времена моего отца верили.

 

Тьма немного сгустилась, и ангелы позади нас превратились в тени. А потом Кай замечает его, в маленьком домике через дорогу от нас. Он указывает нам на свет. - Горит в том же доме, что и предыдущей ночью.

- Хотел бы я знать, что происходит там внутри, - высказывается Элай. - Как вы думаете, кто там находится? Воры? Как думаете, они грабят дома?

- Нет, - отвечает Кай. Он бросает на меня взгляд сквозь туман ночи. - Думаю, это их дом.

 

Мы с Каем стоим ближе всех к окну, наблюдая, поэтому первыми замечаем человека.

Он выходит из дома, в одиночестве, что-то неся в руках. Идет по траве, по ближней к нам тропинке, в направлении группы деревьев, которые я заметила, еще, когда проходила здесь в первый раз. Кай жестом призывает нас сохранять тишину. Инди с Элаем подходят к другому окну, выходящему на фасад дома, и тоже выглядывают наружу. Мы все осторожно наблюдаем, не высовываясь за края подоконников.

Этот человек высокий и сильный; темноволосый и смуглый. Чем-то он напоминает мне Кая: та же смуглая кожа, такие же спокойные движения. Только он выглядит очень усталым и не замечающим вокруг ничего, кроме своей ноши, и в тот же миг я понимаю, что это девочка.

Ее темные волосы струятся по рукам человека, и одета она в белое платье. Цвет чиновников, но девочка, естественно, никакой не чиновник. Симпатичное платье, как будто она приготовилась пойти на банкет, хотя слишком молода для этого.

И слишком неподвижна.

Я закрываю рот ладонью.

Кай бросает на меня мимолетный взгляд и кивает. В его глазах печаль, усталость и понимание.

Девочка мертва.

Перевожу взгляд на Элая. Как он там? И тут же вспоминаю, что он повидал в своей жизни гораздо больше смертей, что сейчас. Возможно, он даже видел мертвого ребенка.

Но я-то не видела. Глаза наполняются слезами. Такая юная, такая крохотная. Почему?

Мужчина мягко опускает ее на землю, на пожухлую траву под деревьями. Какой-то звук, принесенный каньонным ветром, достигает наших ушей. Пение.

 

Похороны занимают долгое время.

Пока мужчина роет могилу, неспешно и настойчиво, снова начинается дождь. Не ливень, а мелкий моросящий дождик, разводящий кругом грязь, и я думаю, зачем он принес девочку с собой. Может быть, хотел, чтобы вода умыла ее лицо, в последний раз.

А может, он просто не захотел оставаться в одиночестве.

Я больше не могу это выдерживать. - Нам нужно выйти и помочь ему, - шепчу я Каю, но он мотает головой.

- Нет, - отвечает. - Не сейчас.

Человек выбирается из ямы и подходит к девочке. Но не спешит опускать ее в могилу; он подносит ее и опускает на землю рядом.

Теперь я замечаю голубые линии на его руках.

Он тянется к девочке и берет ее за руку.

Что-то вытаскивает. Голубую краску. И наносит ее на кожу ребенка. Дождь смывает краску, а мужчина снова рисует, и снова, и снова. Не могу понять, поет ли он все еще. Наконец, дождь прекращается, и краска остается на коже.

Элай больше не смотрит. Он сидит, прислонившись спиной к стене под окном, и я ползу к нему через всю комнату, чтобы присесть рядом, стараясь, чтобы мужчина не заметил моих передвижений. Я обвиваю Элая рукой, и он прижимается ко мне.

Инди и Кай продолжают наблюдать.

Так молода, снова думаю я. Я слышу звук тук-тук, и не могу понять, бьется ли это мое сердце или комья земля летят, укрывая маленькую девочку в ее могиле.

- Теперь я пойду, - наконец, шепчет Кай. - Все остальные, ждите здесь.

Я поворачиваюсь, удивленно глядя на него. Вытягиваю голову, чтобы снова видеть происходящее за окном. Человек завершил погребение. Он поднимает плоский серый камень и опускает его на свежий могильный холмик. Я не слышу пения. - Нет, - шепчу я.

Кай смотрит на меня, удивленно подняв брови.

- Не нужно, - прошу я. - Давай подождем до завтра. Поглядим, что он еще сделает.

Голос Кая звучит мягко, но решительно. - Мы предоставили ему столько времени, сколько смогли. А теперь нужно пойти и выяснить больше.

- И он один, - говорит Инди. - Без защиты.

Я в шоке смотрю на Кая, но он не опровергает слова Инди. - Время пришло, - произносит он.

Прежде чем я успеваю сказать что-нибудь еще, он открывает дверь и исчезает.

 

 

Глава 29. Кай

 

- Делай, что хочешь, - выкрикивает мужчина, когда я подхожу к краю могилы. – Это не имеет значения, я здесь последний остался.

Если бы я не знал, что он фермер, по его говору и манере речи, то дал бы ему уйти. Мой отец иногда намекал, что ему передались их интонации в голосе, после того, как вернулся из ущелий.

Я приказал остальным держаться на расстоянии, но, конечно же, Инди не послушалась. Я слышу ее шаги позади, и надеюсь, что у Кассии и Элая хватило здравого смысла остаться в доме.

- Кто вы? - задает вопрос мужчина.

Ему отвечает Инди, стоящая позади. Я не оборачиваюсь. - Отклоненные, - говорит она. – Люди, которым Общество желает смерти.

- Мы пришли в ущелья в поисках фермеров, так как думали, что вы сможете помочь нам, - продолжаю я.

- Мы покончили с этим, - говорит человек. - Конец.

Шаги. Позади нас. Мне хочется развернуться и приказать Кассии и Элаю уйти обратно в дом, но не могу повернуться спиной к мужчине.

- Итак, вас четверо, - произносит он. - Есть еще?

Я трясу головой.

- Я Элай, - представляется Элай из-за моей спины.

Сначала мужчина ничего не говорит. А потом отвечает: - Меня зовут Хантер. - И пристально смотрит на нас. Я смотрю в ответ. Он не на много старше нас, осознаю я, но ветер и непогода оставили отпечаток на его лице.

- Кто-то из вас жил в Обществе? - спрашивает он.

- Мы все жили, - отвечаю я. - В разное время.

- Понятно, - говорит Хантер. - Возможно, мне кое-то понадобится от вас.

- Взамен чего? - интересуюсь я.

- Если вы поможете мне, - продолжает Хантер. - То получите доступ, к чему пожелаете. У нас есть еда. Бумага. - Он устало машет в сторону пещер-хранилищ. Потом глядит на меня. - Хотя, кажется, вы уже сами себя обеспечили.

- Мы думали, что это место заброшено, - подает голос Элай. - Мы все вернем обратно.

Хантер нетерпеливо отмахивается. - Это неважно. Что именно вам нужно? Предметы для торговли?

- Да, - подтверждаю я.

Краем глаза я вижу, как Кассия и Инди обмениваются взглядами. Хантер тоже замечает это. - Что-нибудь еще? - спрашивает он.

Отчетливым голосом Инди произносит. - Мы бы хотели узнать как можно больше о Восстании. И, если оно существует где-то здесь рядом, то, как нам найти его?

- И кем может быть Лоцман, - в нетерпении добавляет Кассия. Конечно же, ей хочется узнать о мятежах, с тех пор, как прочитала о них в стихотворении своего дедушки. Хотелось бы мне рассказать ей обо всем еще там, на Холме. Тогда бы она все поняла. Но теперь, после того, как в ней зародилась надежда, - я даже не знаю, как поступить.

- Возможно, у меня найдутся ответы для вас, - отвечает Хантер. – Помогите мне, и тогда я расскажу вам все, что знаю.

- Давайте уже начнем, - говорит Инди. - Что нам надо сделать?

- Это не так-то просто, - говорит Хантер. - Нам нужно кое-куда пойти, но уже слишком темно для этого. Возвращайтесь сюда завтра, на рассвете. - Он тянется к своей лопате, и я жестом приказываю остальным отступить на шаг назад.

- Почем нам знать, можно ли доверять тебе? - спрашиваю я.

Он снова смеется, но это безрадостный смех. Слабое эхо его отскакивает от стен ущелья и теряется среди пустых домов. - Скажите мне, - спрашивает Хантер. - Действительно ли люди в Обществе доживают до восьмидесяти лет?

- Да, - подтверждает Кассия. - Но это относится только к Гражданам.

- Восемьдесят, - повторяет Хантер. - В Каньоне почти никто не достигает такого возраста. Думаете, это стоит того? - спрашивает он. - Жить так долго, но не иметь права выбора?

- Некоторые люди считают это правильным, - тихо произносит Кассия.

Хантер потирает лицо рукой, помеченной голубыми линиями, и то, что он сказал ранее, внезапно кажется правдой. Это конец. Его время вышло. - Завтра, - повторяет он, разворачивается и уходит прочь.

 

В маленьком домике все спят. Элай, Кассия, Инди. А я бодрствую и прислушиваюсь. Их дыхание издает звуки, как будто это вдыхает и выдыхает сам дом, но стены, конечно, остаются неподвижными. Я уверен, что Хантер не причинит нам вреда, но все равно не могу спать. Нужно быть настороже.

Где-то ближе к рассвету, когда я стою у двери, выглядывая наружу, я слышу звук из глубины комнаты. Кто-то проснулся.

Инди. Она идет в мою сторону.

- Чего тебе? - спрашиваю я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Я распознал Инди в тот момент, как только увидел ее впервые. Она как я - борец за жизнь. И я не доверяю ей.

- Ничего, - отвечает Инди. В тишине я слышу, как она возится со своей сумкой. Она никогда не упускает ее из виду.

- Что ты там прячешь? - интересуюсь я.

- Мне нечего скрывать, - резко отвечает она. - Все, что там лежит, принадлежит мне. - Помолчав минуту, спрашивает. - Почему ты не хочешь присоединиться к Восстанию?

Я не отвечаю. Некоторое время мы стоим в тишине. Инди перекидывает сумку через плечо и крепко прижимает к телу. Кажется, она витает в своих мыслях. Как и я. Часть меня возвращается к той ночи, проведенной с Кассией, в Каньоне, под звездным небом. А другая часть летит вместе с ветром на Холм. Мысленно возвращаясь в свое детство в Городке, я бы никогда не поверил, что со мной произойдет все это. И даже не мечтал о том, что так много смогу украсть у Общества.

Слышу, как кто-то заворочался. Кассия.

- Ей снится Ксандер, - шепчет Инди за моей спиной. - Я слышала, как она звала его по имени.

Я убеждаю себя, что те записки, которые Ксандер спрятал в таблетках, ничего не значат. Кассия дружила с Ксандером, но, тем не менее, выбрала меня. А эти бумажки долго не проживут. Бумага из порта очень быстро портится. Она распадается на хлопья, хрупкая, как снег. Истлевает, как пепел.

Теперь я не могу потерять ее.

Прожил в Отдаленных провинциях большую часть своей жизни.

Сверстники заносили Кая Маркхема в списки студентов, которыми они восхищаются, в 0,00 процентах случаев.

Никто никогда не упоминал меня в списках.

И никто из тех, кто влюблен в другого, не захотел бы видеть меня в качестве своей Пары.

Неужели любить кого-то, значит хотеть, чтобы они были в безопасности? Или это значит, что ты даешь им возможность сделать выбор самим?

- Что ты хочешь? - снова спрашиваю Инди.

- Я хочу разгадать тайну Ксандера, - отвечает Инди.

- Что ты имеешь в виду?

Чтобы ответить, она вынимает полоску бумаги. - Кассия уронила это, - говорит она. - А я не вернула ей.

Я знаю, что не должен брать бумажку, но все же делаю это. Осторожно, прикрывая свет фонарика от Кассии и Элая, я читаю надпись:

Имеет секрет, который расскажет, когда увидит свою Пару снова.

Эта строчка никогда не могла быть включенной в официальную информацию на микрокарте Ксандера. Он добавил что-то от себя. - Как же он сделал это? - спрашиваю я, как будто Инди знает ответ. Общество внимательно отслеживает все, что записано на порт и напечатано. Может, он рискнул воспользоваться школьным портом? Или домашним?

- Должно быть, он очень умный, - говорит Инди.

- Точно, - подтверждаю я.

- Так что это за секрет? - спрашивает Инди, склоняясь ближе.

Я качаю головой. - С чего ты взяла, будто мне это известно? - Я, действительно, знаю, но не говорю.

- Вы с Ксандером были друзьями, - отвечает она. - Так мне сказала Кассия. И я думаю, что ты знаешь гораздо больше, чем говоришь.

- О чем именно? - интересуюсь я.

- Обо всем, - говорит она.

- То же самое я думаю о тебе, - произношу я. - Ты что-то прячешь.

Я направляю на нее луч фонарика, и она щурится и моргает. В этом свете она выглядит ослепительно красивой. Ее волосы какого-то редкого оттенка, пылающая смесь красного и золотого. Она высока, сильна и прекрасно сложена. И дикая. Она хочет выжить, но есть некий фактор непредсказуемости в том, как она собирается сделать это, что и держит меня в постоянном напряжении. - Я хочу узнать секрет, - настаивает Инди. - И как найти Восстание. Думаю, что ты знаешь ответы на эти вопросы. Ты не рассказываешь Кассии, и, кажется, я знаю почему.

Я качаю головой, но молчу. Между нами повисает молчание. Она может нарушить его, если захочет.

Мгновение я думаю, что она вот-вот решится. Но она разворачивается и уходит на свое место отдыха. И больше не смотрит на меня.

Через минуту я возвращаюсь к входной двери и выскальзываю наружу. Я подставляю руку навстречу ветру и позволяю бумажке улететь в позднюю ночь.

 

 


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 |

Поиск по сайту:



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.01 сек.)