АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

КУЛЬТУРА И ОБЩЕСТВО

Читайте также:
  1. I.2.1 Традиционное общество и мифологическое сознание
  2. II.6.1. Античная культура и христианство
  3. III. НАУКА И КУЛЬТУРА
  4. Австро-немецкая музыкальная культура XX века
  5. Адхократическая культура
  6. Аккультурация в межкультурных взаимодействиях
  7. Акционерное общество
  8. Акционерное общество как юридическое лицо: порядок образования, правовое положение
  9. Англосаксонское общество в 7-9 вв.
  10. Андроновская культура
  11. Антикультура, контркультура, субкультура.
  12. АСПЕКТЫ ПРОБЛЕМ В СИСТЕМЕ ОТНОШЕНИЙ ОБЩЕСТВО - ПРИРОДА

8.1. Понятие культуры в социологии

Культура может быть определена и как поведе­ние, специфическое для Homo sapiens, и как совокупность мате­риальных объектов, используемых в качестве неотъемлемой части этого поведения. Существование и использование культуры осно­вано на способности, которой обладает только человек.

Культура создается людьми, культуре обучаются; поскольку она не передается генетически, каждое поколение воспроизводит ее и передает следующему поколению. Этот процесс является ос­новой социализации. В результате усвоения ценностей, верова­ний, норм, правил и идеалов формируется личность ребенка и происходит регулирование его поведения. Если бы процесс со­циализации прекратился в массовом масштабе, то культура бы по­гибла. Культура формирует личности членов общества, тем самым она в значительной степени регулирует их поведение.

Выступая одной из форм проявления сущностных сил человека, показателем уровня и меры прогресса общества, его классов и со­циальных групп, культура представляет собой единство различных форм общественного сознания и практической деятельности, кото­рые направлены на материальное и духовное воплощение идей, взглядов, ценностных ориентаций. В культуре отражаются и закреп­ляются социально-личностные качества созидательного труда.

Каждое человеческое общество имеет собственную специфи­ческую культуру, или социокультурную систему, которая в ка­кой-то степени совпадает с другими системами. Различие социо­культурных систем обусловлено разницей в физических условиях и ресурсах, диапазоном возможностей, свойственных различным областям деятельности, и степенью социального развития и т.п. На отношения, ценности, идеалы и верования индивида влияет культура среды его обитания; конечно, индивид может жить или перемещаться в рамках нескольких культур.

В настоящее время известно более 500 определений понятия «культура», предложенных в самых разных отраслях науки и прак­тики. Для социологической науки наиболее удачным является определение Э. Тайлора: культура представляет собой сложное целое, которое включает в себя знания, верования, искусство, мо­раль, законы, обычаи и любые другие умения и привычки, усвоен­ные человеком как членом общества[143].

Приведем еще одно определение: культура — комплексное многофункциональное понятие, с четкой выраженностью важ­нейших социальных функций, проявляющихся через преобразо­вательную, творческую деятельность индивидов и социальных институтов, и в этом аспекте культура понимается как специфиче­ский способ жизнедеятельности человека, как воплощение обще­ственного прогресса и общественной деятельности[144].

В социологии выделяют два вида культуры:

- материальную — продукты ремесел и производства, орудия труда, инструменты, сооружения, здания, техника и др.;

- нематериальную — представления, ценности, знания, идеология, язык, процесс духовного производства и т.д.

Культура также подразделяется на такие типы, как элитарная и народная; массовая и субкультура и проч.

Элитарная (или высокая) культура создается либо привилеги­рованной частью общества, либо по ее заказу профессиональны­ми творцами и включает изящное искусство, классическую музы­ку и литературу.

Народная культура создается анонимными творцами и вклю­чает мифы, легенды, сказания, эпос, сказки, песни и танцы.

Массовая (или общедоступная) культура не выражает изы­сканных вкусов аристократии или духовных поисков народа. Вре­мя ее появления — середина XX в., когда средства массовой ин­формации (печать, радио, телевидение, грамзаписи и др.) проник­ли в большинство стран мира и стали доступны представителям всех социальных слоев. Массовая культура может быть интерна­циональной и национальной. Популярная эстрадная музыка — яркий пример массовой культуры. Она понятна и доступна людям всех возрастов, всем слоям населения независимо от уровня обра­зования.


Как правило, произведения массовой культуры обладают меньшей художественной ценностью, чем произведения элитар­ной или народной культуры. Но у нее самая широкая аудитория, и она является авторской. Исследователи отмечают, что в России начиная с 1990-х гг. массовая культура приобретает все более нега­тивный характер (например, в 2006 г. из 100 фильмов, наиболее популярных в видеосалонах Санкт-Петербурга, 52 % по своей те­матике относились к боевикам, 51 % были эротического содержа­ния, 14 % — фильмы ужасов, 18 % — фильмы-карате и только 5 % обладали художественно-эстетической ценностью)[145]. Массовиза- ция культуры и ее упрощение, примитивация — характерное явле­ние для культуры современного российского общества и относит­ся не только к миру кино, но и к другим направлениям искусства и культуры — музыке, литературе и т.д.

Культура функционирует в общественных взаимосвязях на различных уровнях в определенных конкретных формах. Для от­ражения этой конкретной формы бытия культуры в социологии используется понятие субкультуры.

Субкультура — это набор символов, убеждений, ценностей, норм, образцов поведения, отличающих то или иное сообщество или какую-либо социальную группу. Каждое сообщество создает особую субкультуру. Субкультура не отрицает общечеловеческой культуры, но в то же время она имеет свои специфические отли­чия, связанные с особенностями жизнедеятельности тех или иных сообществ.

Выделяют также западные, восточные, национальные, кон­фессиональные, профессиональные субкультуры, субкультуры организаций, социальных групп и т.д. Так, национальная культу­ра — это символы, верования, ценности, нормы и образцы поведе­ния, которые характеризуют человеческое сообщество в той или иной стране. В стране, однородной в лингвистическом и этниче­ском отношении, может быть одна национальная культура; одна­ко в большинстве стран функционирует несколько национальных культур.

Конфессиональная культура складывается на основе общности вероисповедания, принадлежности к той или иной церкви. На ба­зе этой общности формируется общность символов, ценностей, идеалов и образцов поведения. Например, можно говорить о христианской, мусульманской, буддийской культурах в целом.

Отдельные ветви, направления в мировых религиях создают свои субкультуры; так, в христианской культуре выделяют православ­ную, католическую, протестантскую субкультуры. В свою очередь в этих субкультурах возможны свои субкультуры.

8.2. Основные элементы культуры и культурные универсалии

Культура необычайно многообразна, включает в себя все то, что было создано человечеством на протяжении его исторического духовного развития. Исследование этого культур­ного многообразия осуществляется на основе выделения элемен­тов культуры, к которым относятся символы и знаки, ритуалы и обычаи, ценности и нормы и т.д.

Знаки и символы представлены главным образом в языке. Бла­годаря им становится возможным упорядочить опыт и поведение человека. Язык — это объективная форма аккумуляции, сохране­ния и передачи человеческого опыта. Термин «язык» имеет по крайней мере два взаимосвязанных значения:

- язык вообще, т.е. язык как определенный класс знаковых систем;

- конкретный, так называемый этнический язык — конкретная реаль­но существующая знаковая система, используемая в конкретном социуме, в конкретное время и конкретном пространстве.

Язык возникает на определенной стадии развития общества для удовлетворения многих потребностей и поэтому является по- лифункциональной системой. Основные его функции — созда­ние, хранение и передача информации. Выступая средством чело­веческого общения (коммуникативная функция), язык обеспечи­вает социальное поведение человека.

Ценности — общепринятые убеждения относительно целей, к которым человек должен стремиться. Они составляют основу нравственных принципов. Например, в христианской морали десять заповедей указывают, что ценностями, в частности, явля­ются сохранение человеческой жизни («не убий»), супружеская верность («не прелюбодействуй»), уважение к родителям («чти от­ца своего и мать свою»).

Разные культуры могут отдавать предпочтение разным ценно­стям (героизму на поле боя, художественному творчеству, аске­тизму), и каждый общественный строй устанавливает, что являет­ся ценностью, а что ею не является.

Правила регулируют поведение людей в соответствии с ценно­стями определенной культуры. Стандарты поведения определя­ются социальными нормами. Соблюдению норм способствуют социальные наказания или поощрения, называемые санкциями. Наказания, сдерживающие людей от определенных поступков, называют негативными санкциями. К ним относятся выговор, штраф, тюремное заключение и др. Позитивными санкциями (де­нежное вознаграждение, наделение властью, высокий престиж) называют поощрения за соблюдение норм. Санкции обретают за­конность на основе норм.

Привычки возникают на основе навыков и закрепляются в ре­зультате многократного повторения. Привычка — это установив­шаяся схема поведения, или, другими словами, стереотип поведе­ния в определенных ситуациях.

Манеры — внешние формы поведения человека, получающие положительную или отрицательную оценку окружающих и осно­ванные на привычках. Они отличают воспитанных от невоспи­танных, аристократов и светских людей от простолюдинов. Если привычки приобретаются стихийно, то хорошие манеры — путем воспитания. Манеры чрезвычайно разнообразны: одни относятся к светским, другие — к повседневным. По отдельности манеры со­ставляют элементы, или черты, культуры, а особый культурный комплекс называется этикетом.

Этикет — принятая в особых социальных кругах система правил поведения, составляющих единое целое. Этикет включа­ет особые манеры, нормы, церемонии и ритуалы, характеризует высшие слои общества и относится к области элитарной куль­туры.

Обычай — традиционно установившийся порядок поведения, в отличие от манер присущий широким массам людей. Он также ос­нован на привычке, но не на индивидуальной привычке, а коллек­тивной. Обычай — воспринятая из прошлого форма социальной регуляции деятельности и отношений людей, которая воспроиз­водится в определенном обществе или социальной группе и явля­ется привычной для его членов. Обычай состоит в неуклонном следовании воспринятым из прошлого предписаниям. В роли обычая могут выступать обряды, праздники, производственные навыки и т.д. Обычаи — неписаные правила поведения.

Традиции — элементы социального и культурного наследия, передающиеся из поколения в поколение и сохраняющиеся в оп­ределенном сообществе, социальной группе в течение длитель­ного времени. Иначе говоря, если привычки и обычаи переходят от одного поколения к другому, они превращаются в традиции. Традиции функционируют во всех социальных системах и явля­ются необходимым условием их жизнедеятельности. Пренебре­жительное отношение к традициям приводит к нарушению пре­емственности в развитии общества и культуры, к утрате ценных достижений человечества. В то же время слепое преклонение пе­ред традицией порождает консерватизм и застой в общественной жизни.

С понятием «традиция» тесно связано понятие традиционного общества, под которым принято понимать все типы общества, от­личающиеся от социальных моделей Нового времени (общества античности, Средневековья, а также большинство цивилизаций Востока). Главным отличительным признаком такого общества является то, что центральное место в нем принадлежит религиоз­ным и мифологическим системам, лежащим в основании всех со- циально-культурных и политических институтов[146]. Традиционное общество занимает самый большой отрезок времени в истории че­ловечества. К нему относят три исторические эпохи — первобыт­ность (охотничье-собирательская, пастушеская и земледельче­ская стадии развития), рабовладельческую античность и средне­вековый феодализм.

Отличительное свойство традиционного общества заключает­ся в том, что прошлое господствует над настоящим, определяя его ход и развитие, а традиция выступает способом или механизмом передачи исторического опыта, обеспечения преемственности и устойчивости в индивидуальном и социальном развитии людей. Традиция является определенным образцом в обществе, следова­ние которому предполагает отрицание инноваций, креативности, давая им однозначно негативную оценку, особенно если они гро­зят старым традиционным устоям общества.

В традиционном обществе отсутствует выбор как таковой, по­скольку опыт каждого нового поколения основывается на социаль­ном опыте старшего поколения. Традиция есть нечто вроде соци­ального инстинкта, т.е. исторически унаследованной способно­сти совершать действия (целесообразные и не очень), следуя без­отчетному побуждению. Это некий автоматически работающий механизм, пользующийся почетом и уважением, как правило, ре­лигиозно освященный. Традиция пронизывает всю социальную сферу жизнедеятельности людей, ограничивая возможности лич­ностного развития, свободного самовыражения.

Традиция определяет статусные позиции в обществе, задает ее ориентиры и принципы, и это означает, что не личность опреде­ляет статус, а, наоборот, статус определяет личность и функции или роли, выполняемые человеком, находятся в зависимости от таких аскриптивных (предписанных) вещей, как возраст, пол, принадлежность к той или иной общине — родовой, семейной, клановой, территориальной и т.д. При этом члены традиционного общества принимают как должное сложившийся социальный по­рядок и редко пытаются его изменить. В итоге социально-статус­ная предопределенность человека практически не оставляет воз­можности для индивидуального самоопределения. Когда тра­диция мешает прогрессивному развитию общества, которое не может функционировать в рамках сложившейся традиционной системы, наступает гибель такого общества, если не будут произ­ведены адекватные ситуации изменения. Это убедительно под­тверждает исчезновение многих древних народов, некогда цвету­щих государств и цивилизаций.

Отметим, что вплоть до 1960-х гг. научный взгляд на понятие «традиция» и ее функциональность определялся подходом, разра­ботанным М. Вебером и сводившимся к жесткому противопостав­лению категорий традиционного и рационального. В рамках мо- дернизационного подхода традиционное, препятствующее разви­тию общества, рассматривалось преимущественно в негативном свете, поскольку традиция считалась явлением отмирающим, не способным ни реально противиться современным формам жизни, ни сосуществовать с ними. Но с середины XX в. взгляд на природу традиции изменился и стала высказываться мысль, что традиция и инновация, традиция и современность взаимосвязаны и взаимо­обусловлены.

Это доказывает современное российское общество, в котором тесно переплетено традиционное и современное. Сейчас в социо­логической теории принят термин «переходное общество», при­меняющийся для обозначения обществ трансформационного типа. В этот «переходный» период традиционные общества и ин­ституты, реорганизуясь, приспосабливаются к изменяющимся ус­


ловиям, а традиционные ценности в некоторых случаях могут слу­жить источником легитимации новых ценностей для достижения новых целей.

Ритуал (обряд) — совокупность символических стереотипных коллективных действий, воплощающих те или иные социальные идеи, представления, нормы и ценности и вызывающих опреде­ленные коллективные чувства. В них выражаются религиозные представления или бытовые традиции. Ритуалы не ограничивают­ся одной социальной группой, а относятся ко всем слоям населе­ния. Ритуалы сопровождают важные моменты человеческой жиз­ни. Сила ритуала — в его эмоционально-психологическом воздей­ствии на людей. В ритуале происходит не только рациональное усвоение тех или иных норм, ценностей и идеалов, но и сопережи­вание их участниками обрядового действия.

Выполнение ритуалов, или церемониальных актов, предпи­сываемых религиозной традицией, составляет специфический тип поведения, который можно проследить в любом известном науке обществе. Поэтому ритуал можно рассматривать как ин­формацию, позволяющую дать описание человеческой реаль­ности.

Культурные универсалии существуют в виде норм, ценностей, правил, традиций и свойств. Хотя каждый народ, каждое общест­во сформировало свою уникальную культуру, отличающуюся от других, однако культурные универсалии присущи всем культурам независимо от географического места, исторического времени и социального устройства общества.

Конкретное сообщество (цивилизация, государство, народ­ность и т.д.) создает на протяжении многих веков собственную культуру, которая сопровождает индивида в течение всей его жиз­ни и передается из поколения в поколение. В результате возникает множество культур.

В социологии культура рассматривается как сложное дина­мичное образование, имеющее социальную природу и выражаю­щееся в социальных отношениях, направленных на создание, ус­воение, сохранение и распространение предметов, идей, ценност­ных представлений, обеспечивающих взаимопонимание людей в различных социальных ситуациях.

Объектами социологического исследования являются кон­кретное распределение существующих в данном обществе форм и способов освоения, создания и передачи объектов культуры, ус­тойчивые и изменчивые процессы в культурной жизни, а также обусловливающие их социальные факторы и механизмы. В этом контексте можно сказать, что социология изучает широко распро­страненные, устойчивые и повторяющиеся во времени многооб­разные формы отношений членов социальных общностей, групп и общества в целом с природным и социальным окружением, ди­намику развития культуры, которая позволяет определить уро­вень развития культуры сообществ и, следовательно, говорить об их культурном прогрессе или регрессе.

Американский социолог и этнограф Д. Мердок в 1959 г. выде­лил более 70 универсалий — общих для всех культур элементов: возрастная градация, спорт, нательные украшения, календарь, со­блюдение чистоты, общинная организация, приготовление пи­щи, кооперация труда, космология, ухаживание, танцы, декора­тивное искусство, гадание, толкование снов, разделение труда, образование и т.д.

Культурные универсалии возникают потому, что все люди, в какой бы части света они ни жили, физически устроены одинако­во, имеют одни и те же биологические потребности и сталкивают­ся с общими проблемами, которые ставит перед человечеством окружающая среда. Люди рождаются и умирают, поэтому у всех народов существуют обычаи, связанные с рождением и смертью. Люди живут совместной жизнью, у них появляются танцы, игры, приветствия, разделение труда и т.п.

8.3. Молодежная культура и субкультура

Субкультура — система ценностей, установок, способов поведения и жизненных стилей определенной со­циальной группы, отличающаяся от господствующей в обществе культуры, хотя и связанная с ней. В современном обществе суще­ствует значительное многообразие таких субкультур, однако в социологии это понятие находит наиболее частое применение в исследованиях молодежных культур и девиантности. Под моло­дежной субкультурой понимается культура определенного моло­дого поколения, представители которой обладают общностью стиля жизни, поведения, групповых норм, ценностей и стерео­типов. Например, считается, что задачей делинквентных (пре­ступных) субкультур является решение проблем их членов, видя­щих в принадлежности к субкультуре некоторую компенсацию своей неудачи в большом обществе. Черты молодежных субкуль­тур, часто рассматриваемых как девиантные, проявляются в своеобразных стилях в одежде и музыке, которые отличают их от прочих членов общества.

В современном российском обществе активизация различных молодежных движений и организаций заставляет общественность обращать на феномен молодежной субкультуры пристальное вни­мание, однако это внимание несколько однобокое, поскольку в поле зрения СМИ обычно попадают молодежные движения толь­ко антисоциальной направленности, активность которой еще и «раздувается» в СМИ. Так обстоит дело с известным молодежным националистическим движением скинхедов, масштабность и ор­ганизованность которого в России сильно преувеличиваются, а излишнее внимание к этому движению лишь разжигает в общест­ве националистические идеи и конфликты[147]. На самом деле рос­сийские скинхеды в целом не имеют единой организации, пред­ставляют собой совокупность разрозненных и не связанных меж­ду собой групп.

Некоторые исследователи рассматривают практику субкуль­тур как выражение оппозиции господствующей культуре. Суб­культурные атрибуты, ритуалы как устойчивые образцы поведе­ния, а также ценности отличаются от таковых в доминирующей культуре. Субкультуры как «системы значений, способов выраже­ния или жизненных стилей» развивались социальными группами, находившимися в подчиненном положении, «в ответ на домини­рующие системы значений субкультуры отражают попытки таких групп решить структурные противоречия, возникшие в более ши­роком социетальном контексте»[148]. Ценности субкультуры не озна­чают отказа от национальной культуры, принятой большинством, они обнаруживают лишь некоторые отклонения от нее. Однако большинство относится к субкультуре с неодобрением или недо­верием.

Контркультура формируется на основе таких норм и ценно­стей, которые группа активно вырабатывает и которые явно про­тиворечат господствующей культуре, ее содержанию и формам.

Известный пример контркультуры — хиппи 1960-х гг. или «систе­ма» в России 1980-х гг.

Молодежные субкультуры вызывают повышенный интерес социологов в последние 3—4 десятилетия, так как они стали важ­ным фактором эволюционного обновления современного обще­ства и трансформации его в постсовременное. Молодежные суб­культуры и молодежная контркультура выступают частью ме­ханизма культурных инноваций, благодаря которому общество постмодерна толерантно к иным точкам зрения, плюралистично, свободно и интеллектуально.

Довольно часто отечественные молодежные субкультуры — хиппи, панки, рэйверы или стиляги — представляются следствием копирования западных образцов. Разумеется, нелепо отрицать влияние западных субкультур на отечественные. Однако сами за­падные молодежные субкультуры даже при поверхностном рас­смотрении обнаруживают наличие множества элементов, заим­ствованных из культурных традиций, подчас противоположных западной культуре, или, точнее, культуре американского (запад­ноевропейского) среднего класса. Данная культура была основой консенсуса, которому был в 1950—1960-х гг. брошен вызов моло­дежными субкультурами.

Можно предположить, что и отечественные, и западные моло­дежные субкультуры — результат осознанного поиска новой иден­тичности, выстраивания нового стиля. Источником этого стиля является романтизированный и идеализированный образ другой цивилизации или культуры («культурный миф», «культурная уто­пия»). Для молодежных субкультур Запада источниками для кон­струирования «культурных мифов» стали буддийский Восток, Африка, культуры североамериканских индейцев и т.д. Это было не заимствование, а именно конструирование на основе образа чужой культуры, который очищался от неприемлемых черт, по­полнялся собственными интерпретациями культурных феноме­нов. Поэтому результат мог быть весьма отличен от «оригинала».

Источником конструирования «культурных мифов» в отече­ственных молодежных субкультурах стал Запад. Отечественные молодежные субкультуры, начиная со стиляг, конструировали «свой Запад» в соответствии с представлениями и традициями российской культуры, который стал сложным переплетением инновационных элементов с элементами «своей» и «чужой» культурных традиций. Например, субкультура отечественных

хиппи унаследовала традиции странничества и анархопаци- физм, толстовское отрицание государства и «непротивление злу насилием». Можно сказать, что многие отечественные молодеж­ные субкультуры — явление органическое, а не привнесенное и заимствованное. Во многих случаях западные образцы субкуль­турных стилей, ритуалы и ценности переработаны и переосмыс­лены в соответствии с особенностями российской цивилизации и ментальности.

Особенность отечественных молодежных субкультур состоит в том, что большинство из них ориентировано либо на проведение досуга, либо на передачу и распространение информации, тогда как на Западе представители альтернативного движения, вырос­шего из молодежных субкультур 1960—1970-хгг., активно участву­ют в социальных программах помощи больным, инвалидам, пре­старелым, наркоманам и т.д. Очевидно, такое отличие также свя­зано с российской спецификой, местом и ролью государства, долгое время отучавшего граждан от самодеятельности и спонтан­ной активности.

Молодежная субкультура есть искаженное зеркало взрослого мира вещей, отношений и ценностей. Не приходится рассчиты­вать на эффективную культурную самореализацию молодого по­коления в больном обществе, тем более что культурный уровень других возрастных и социально-демографических групп населе­ния России также постоянно снижается.

На уровне досуговой самореализации молодежную субкульту­ру отличают представленные ниже черты, распространенные в различных социальных и возрастных когортах с разной степенью интенсивности:

- преимущественно развлекательно-рекреативная направленность, когда досуг выполняет в основном коммуникативную (общение с друзьями) и рекреативную функцию (около трети старшеклассни­ков отмечают, что их любимое занятие на досуге — «ничегонедела­ние»), а познавательная, креативная и эвристическая функции не реализуются вовсе или реализуются недостаточно. Рекреативные досуговые ориентации подкрепляются основным содержанием теле- и радиовещания, распространяющим ценности преимуще­ственно массовой культуры;

- «вестернизация» (американизация) культурных потребностей и интересов, когда ценности национальной культуры, как класси­ческой, так и народной, вытесняются схематизированными сте­


реотипами — образцами массовой культуры, ориентированными на внедрение ценностей «американского образа жизни» в его при­митивном и облегченном воспроизведении. Любимыми героями и в определенной степени образцами для подражания становятся, по данным опросов, персонажи «мыльных опер» (для девушек) и видеотриллеров типа Рэмбо (для юношей). Вестернизация куль­турных интересов имеет и более широкую сферу приложения: ху­дожественные образы экстраполируются на уровень группового и индивидуального поведения молодых людей и проявляются в та­ких чертах социального поведения, как прагматизм, жестокость, стремление к материальному благополучию в ущерб профессио­нальной самореализации;

- приоритет потребительских ориентаций над креативными, когда потребительство проявляется как в социокультурном аспекте, так и в эвристическом. По данным опросов студентов петербург­ских вузов (1989—1991), потребление в рамках художественной культуры заметно превышает креативные установки в социо­культурной деятельности. Еще более эта тенденция заметна в культурной самореализации учащейся молодежи, что косвенно обусловлено и самим потоком преобладающей культурной ин­формации (ценности массовой культуры), способствующей фо­новому восприятию и поверхностному закреплению ее в созна­нии. Творческая самореализация, как правило, выступает в мар­гинальных формах;

- слабые индивидуализированность и избирательность культуры, когда выбор тех или иных культурных ценностей связан с группо­выми стереотипами достаточно жесткого характера (несогласные попадают в разряд «отверженных»), а также с престижной иерар­хией ценностей в неформальной группе общения (референтной группе).

Групповые стереотипы и иерархия ценностей обусловлены половой принадлежностью, уровнем образования, в определен­ной мере местожительством и национальностью индивида. Суть ценностей молодежи одна: культурный конформизм в рамках не­формальной группы общения и неприятие других ценностей и стереотипов. Крайним проявлением этой тенденции молодежной субкультуры являются «команды» с жесткой регламентацией ро­лей и статусов их членов, для которых характерны девиантное по­ведение и криминогенный стиль общения;

- внеинституциональная культурная самореализация, когда досуговая самореализация молодежи осуществляется вне учреждений культу­ры и относительно заметно обусловлена воздействием лишь телеви­дения — наиболее влиятельного институционального источника не только эстетического, но и в целом социализирующего воздействия. Однако большая часть молодежных и подростковых ТВ-передач от­личается крайне низким художественным уровнем и не разрушает, а напротив, подкрепляет те стереотипы и ту иерархию ценностей, ко­торые уже сформировались на уровне референтной группы — наибо­лее эффективного культурного коммуникатора;

- отсутствие этнокультурной самоидентификации — тенденция, в высокой мере отличающая прежде всего русскую молодежь; она обусловлена не только вестернизацией массового молодежного сознания, но и характером гуманитарной социализации в ее ин­ституциональных формах. Интериоризация норм и ценностей, происходящая именно в этот возрастной период, базируется либо на традиционно советской, либо на западной модели воспитания, в любом случае — вненациональной, тогда как интериоризация эт­нокультурного содержания практически отсутствует. Народная культура (традиции, обычаи, фольклор и т.п.) большинством мо­лодых людей воспринимается как анахронизм. Между тем именно этническая культура является цементирующим звеном социо­культурной трансмиссии. Попытки внесения этнокультурного содержания в процесс социализации в большинстве случаев огра­ничиваются приобщением к православию, между тем как народ­ные традиции, безусловно, не ограничиваются одними лишь ре­лигиозными ценностями. Этнокультурная самоидентификация состоит прежде всего в формировании положительных чувств к истории, традициям своего народа, т.е. того, что принято назы­вать «любовь к Отечеству», а не в знакомстве и в приобщении к од­ной конфессии, пусть даже самой массовой.

ВОПРОСЫ И ЗАДАНИЯ

1. Приведите известные вам определения культуры.

2. Какие элементы культуры можно выделить?

3. Что представляют собой культурные универсалии?

4. Почему возникают субкультуры и контркультуры? Что под ними сле­дует понимать?

5. Какие молодежные субкультуры вам известны?

ТЕМЫ РЕФЕРАТОВ

1. Элитарная культура.

2. Современная массовая культура.

3. Субкультура и массовая культура: особенности взаимодействия.

4. Современная молодежная субкультура: отличительные признаки и тенденции развития.

5. Молодежная девиантная субкультура: источники формирования и развития.

6. Основные типы молодежной субкультуры в современной России.

7. Музыкальная молодежная субкультура и ее особенности в России.

8. Субкультура и контркультура.

9. Конфессиональные субкультуры.


 

 

9.1. Индивид и личность

Встречаясь со старым знакомым, которого не ви­дели много лет, мы прежде всего спрашиваем: «Что у тебя нового?» Такой вопрос предполагает очевид­ную для нас вещь: человек уже не совсем тот, каким мы его знали, но это, несомненно, именно тот че­ловек. Мы воспринимаем себя и других людей как меняющихся во времени, но все же сохраняющих в себе какое-то постоянное ядро.

Материалистические представления о лично­сти сводятся к идее ее материальной обусловленно­сти — воспитанием, социальным происхождением, уровнем обеспеченности. Тем не менее материали­стический подход допускает огромное многообра­зие точек зрения - от вульгарно-материалистиче- ского биологического детерминизма до взглядов известного советского философа Э. Ильенкова, от­стаивавшего абсолютную изменчивость человече­ской личности в зависимости от воспитания.

Немецкая классическая философия внесла большой вклад в разработку философского поня­тия личности. Главное в идеалистических в целом взглядах И. Канта, И. Фихте, Ф. Шеллинга и Г. Гегеля состояло в том, что все они видели в лич­ности активную силу, наделенную преобразую­щим потенциалом. Согласно Гегелю, личность — это как бы одна из множества граней мирового разума, универсального логического сознания, и смысл ее бытия в том, чтобы путем развития са­мосознания прийти к полному осознанию себя и к свободе.


Переход от философского к собственно социологическому пониманию личности впервые совершил К. Маркс, заявивший, что «сущность человека не есть абстракт, присущий отдельному индивиду. В своей действительности она есть совокупность всех общественных отношений». Эта короткая фраза из «Тезисов о Фейербахе» содержит диалектику личностного и индивидуально­го. Суть ее сводится к тому, что понятие «личность» выходит за рамки понятия фактической индивидуальности и тождественно социальному в человеке.

Психологи психоаналитического направления сыграли зна­чительную роль в разработке современного понимания личнос­ти и индивидуальности. Его основатель, австрийский психиатр 3. Фрейд, доказал, что в человеческой индивидуальности наряду с сознанием присутствуют еще два структурных уровня: бессозна­тельное — несознаваемые инстинкты, влечения, комплексы, т.е. ус­тойчивые системы подавленных влечений, травмы; сверхсозна- тельное (сверх-Я) — система бессознательной цензуры, иначе гово­ря, контроля, вытесняющего из сознания недопустимые влечения, а из памяти — слишком травмирующие или позорные воспомина­ния. Его последователь К. Юнг расширил сферу бессознательного, включив в нее помимо индивидуального бессознательного, о кото­ром говорил Фрейд, коллективное бессознательное — совокуп­ность символических образов, воплощающих общечеловеческие родовые стремления, страхи, поиски.

Социология в отличие от философии имеет дело с социальной эмпирией, а говоря о нашем эмпирическом Я, мы не различаем в себе индивида и личность. Вообще индивид — это скорее обезли­ченная единица человеческого существования, нечто статистиче­ское. В социологии понятие «индивид» имеет значение просто мельчайшей неделимой единицы, входящей в социальную группу.

Исторически индивидуальное Я, т.е. интроспективное пред­ставление о самом себе, не совпадающее с Я социальным — со сво­им статусным набором, существует не так давно. В традиционных обществах человек полностью идентифицировал себя со своей со­циальной группой. Появление возможности для индивидов дис­танцироваться от своей социальной жизни историки относят к концу Средних веков. Существовала даже гипотеза, что примени­тельно к людям, жившим до этого времени, неприменимы поня­тия, связанные с индивидуальной внутренней жизнью, например совесть: у них не было индивидуальной совести и ответственно-


сти, а лишь групповая (родовая, клановая) ответственность и стыд перед членами рода. Дальнейшее развитие западного общества связано с прогрессирующей индивидуализацией, с ценностями индивидуализма. В индивидуалистической культуре более всего ценится свобода личности, а индивидуальное право ставится вы­ше коллективного. Это породило целую философию, базирую­щуюся на индивидуальном благосостоянии, где главными счита­ются чувство комфорта, наличие свободного времени, внимание к своему здоровью и внешности и т.д., стремление «выделиться», сделать карьеру, добиться социального успеха.

Поэтому следует пользоваться не только понятием «индивид», но и понятием «индивидуальность». Это то, что классик социоло­гии Э. Дюркгейм называл «индивидуальная сущность»: совокуп­ность качеств человека, обусловленных неповторимой комбина­цией врожденных способностей, темперамента, психической конституции и следствий приобретенного в индивидуальной ис­тории человека опыта. Все это в совокупности составляет индиви­дуальный полюс личности. Понятие «индивидуальность» отно­сится к тем особенным физическим, психологическим, мировоз­зренческим качествам, которые присущи только этому человеку и отличают его от всех остальных. Индивидуальность — это крите­рий неповторимости каждой личности, воплощение ее права на свободный выбор и самоопределение.

Но личность не исчерпывается индивидуальным полюсом. В ней наличествует также социальный полюс — то, что человек не­избежно приобретает в процессе социализации и социального взаимодействия. Система социальных отношений по-своему пре­ломляется в каждой личности, вызывая определенные ее измене­ния и сказываясь на ее социальном поведении. Всем известно, что человек меняется после длительной травмирующей ситуации, войны, плена, безработицы, его преображают социальный успех, стремительная карьера, резкое обнищание или внезапное обога­щение, наконец, личность, сформировавшаяся в закрытом идео­логизированном обществе, отличается от личности, воспитанной в условиях свободного правового государства. Социальный полюс личности отражает присутствующее в ней коллективное начало, качества, привычки, склонности, особенности поведения, прису­щие данному человеку не как индивиду, а как члену группы.

На разнице, существующей между полюсами личности, построено

множество художественных произведений, в основу которых положе­но социальное перевоплощение. Например, в повести А.С. Пушкина «Барышня-крестьянка» влюбленный герой не узнает свою возлюб­ленную просто потому, что она мистифицирует его, переодеваясь то в крепостную крестьянку, то в салонную барышню. Разумеется, дело здесь не только в переодевании, а в том, что героиня мастерски меняет свое поведение, манеры, речь, т.е. полностью заменяет другим свое социальное лицо. Социальная составляющая личности оказывается так велика, что заслоняет собой собственную индивидуальность ге­роини — она остается неузнанной.

Социальный полюс личности включает в себя также совокуп­ность знаний, умений и навыков, позволяющих человеку свобод­но функционировать в своей социальной среде, не шокируя окру­жающих.

Обратимся к литературному примеру. В повести Марка Твена «Принц и нищий» происходит случайная подмена наследного принца Велико­британии похожим на него как две капли воды мальчиком из нищей семьи. Дальнейшее изложение построено на парадоксальной ситуа­ции, когда окружение ожидает от мнимого принца, что он поведет се­бя, как принц, но его поступки необычны и странны; точно так же удивляет людей своим несвойственным его среде чувством собствен­ного достоинства мнимый нищий. Тем не менее обе ситуации оказы­ваются очень продуктивными, поскольку нетривиальный взгляд, обо­гащенный альтернативным социальным опытом, помогает решить многие проблемы. Принц видит бесправие людей на социальном дне и остро воспринимает это бесправие, в то время как сами нищие вос­принимают свое бесправие как норму. Нищий, став принцем, вынуж­ден решать государственные вопросы, определять судьбы людей и проявляет при этом здравый ум и практическую сметку человека из низов.

Социальный полюс личности — это также мнения, верования, установки, предрассудки, которые сформированы в человеке ок­ружающей средой и принятыми в ней нормами. Например, в бедной среде часто бытует мнение, что все богатые без исключе­ния отличаются алчностью и жестокостью. Люди из зажиточной среды часто воспитаны в пренебрежении и брезгливом отноше­нии к бедным. Преувеличенное с точки зрения жителя Запада гос­теприимство людей Востока также является привитой традицией социальной чертой их личности. То же можно сказать о вошедшей в плоть и кровь покорности женщин Востока и вообще обо всем том, что мы иногда называем национальным характером, хотя на­циональные черты характера представляют собой преимущест­венно плод воспитания в конкретной среде.

Наконец, социальное в личности — это то, что позволяет ей осуществлять социальную (групповую) идентификацию, отожде­ствляя себя со своим племенем, классом, нацией, профессиональ­ной группой.

Говоря о наличии в пределах одной личности двух полюсов, нужно иметь в виду, что между этими полюсами нет противоречия или борьбы. Они взаимозависимы и неотделимы друг от друга, как две стороны одной монеты или медали. На протяжении всей жиз­ни индивидуальное и социальное в личности развиваются парал­лельно и подвергаются взаимному влиянию. Такую взаимозави­симость можно проиллюстрировать на примере театральной труппы. Постановка пьесы — это коллективное действие всей труппы. Каждый актер ощущает свою принадлежность к труппе и работает для выполнения общей цели. В то же время каждый актер неповторимо индивидуален, отличает себя от других актеров; именно на индивидуальные качества исполнителей опирается ре­жиссер, чтобы раскрыть характеристики каждого персонажа и тем самым обеспечить успех постановки. Как показали исследования в области социальной психологии, человек, чувствующий себя в группе комфортно, старается подчеркнуть свою индивидуаль­ность. При межгрупповом конфликте, наоборот, человек стре­мится унифицироваться, слиться со своей группой, быть похожим на других.

Таким образом, личность в социологии можно определить как структурированный комплекс врожденных и приобретенных бла­годаря включенности в социальные отношения качеств, развиваю­щихся и проявляющихся во взаимодействии с другими людьми.

В макросоциологии личность считается продуктом общества. Такого взгляда придерживались Э. Дюркгейм, М. Вебер, Т. Пар­сонс и др. Но в таком случае правомерен вопрос, каким образом общество формирует личность. Влияние общества на индивида, делающее его личностью, в социологии получило название социа­лизации.

Социализация — это освоение культуры (норм, ценностей, идей, правил, поведения и стереотипов понимания) сообщества. Она не только связана с развитием личности, но и является свое­образным духовным кодированием человека, вырабатывая у него типовые (хорошо распознаваемые и прогнозируемые) социаль­

ные реакции и формы активности. Функциональное значение формирования способностей, навыков и знаний индивида состо­ит в том, чтобы подготовить людей к тесному сосуществованию, обеспечить их предстоящее взаимодействие и взаимопонимание.

Известный социальный антрополог Р. Линтон, который мно­го работал в микросоциологии и является одним из основателей теории ролей, ввел следующие понятия:

нормативная личность — как бы идеал личности данной культуры; модальная личность — распространенный тип отклоняющихся от идеала вариантов личности. Чем более нестабильно общество, тем больше людей, социальный тип которых не совпадает с норматив­ной личностью. И наоборот, в стабильных обществах культурное давление на личность таково, что человек в своих взглядах и пове­дении все меньше и меньше отрывается от идеального стереотипа.

В кризисные моменты в любом обществе возникают аномии и число девиаций заметно увеличивается. Р. Мертон в своей класси­фикации отклоняющегося поведения выделил пять моделей со­циальной адаптации личности к выработанным в обществе куль­турным нормам в зависимости от того, признает ли индивид гос­подствующие ценности и следует ли он правилам достижения ценностных благ:

конформную (приспособленческую) — индивид разделяет цели данной культуры и общества и стремится осуществить их легаль­ными, рекомендуемыми средствами;

инновационную — индивид принимает цели общества, но стре­мится их осуществить необычными, непризнанными и, возмож­но, неодобряемыми средствами. Такая модель поведения распро­странена в новых предэлитных слоях современного российского общества, которые характеризуются «достигательной» мобиль­ностью, связанной с обогащением (по известному выражению «Цель оправдывает средства»);

ритуализм — индивид не признает целей и ценностей своего сооб­щества, но тем не менее соблюдает «правила игры» и ведет себя в соответствии со сложившимися представлениями о допустимых средствах социальных достижений. В нашем обществе обычно это «семейная карма» детей из слоя российской интеллигенции; эскапизм (отстранение, уход от социальной реальности в свои экстравагантные миры) — индивид отрицает и доминирующие це­ли, и предписанные обществом средства их достижения. Это как бы квазиадаптация, модель «параллельного существования», при-


знание собственной чужеродности и невозможности противосто­ять сложившимся в обществе стереотипам;

О бунт, мятеж — такая форма отклоняющегося поведения, которая направлена на активное противостояние и опровержение норм общественной организации.

Таким образом, личность в макросоциологии — это социальный тип, отвечающий данной культуре и адаптирующийся в ней. В ча­стности, знаменитый американский исследователь современного общества Г. Маркузе утверждал, что постиндустриальное общест­во Запада формирует социальный тип «одномерного человека» в результате направленного воздействия рекламы и массовой про­паганды, превращающего человека в потребителя, лишенного высших («многомерных») интересов и потребностей. Одно­временно общество навязывает человеку «ложные потребности» чрезмерного потребления, превращая их в средство манипуляции индивидуальным сознанием.

Неомарксисты и неофрейдисты, в частности Т. Адорно, К. Хорни и др., в своих работах обосновали парадоксальный вы­вод: «нормальная» личность современного общества — невротик. Давно распались системы общностей, где имелись общеприня­тые устойчивые ценности, и сейчас каждая социальная роль че­ловека заставляет его «играть» в новой системе ценностей, пред­почтений и стереотипов: выходя из дома, попадая в транспорт, на работу, забегая в клуб, в кафе, путешествуя по магазинам, чело­век все время меняет амплуа и социальные «маски». При этом его супер-Эго (сверх-Я, нормативная структура личности, совесть, мораль, значимая традиция, представления о должном) стано­вится как бы «размазанным», неопределенно-множественным, плюралистичным.

Многие исследователи (И.С. Кон, М. Кон и др.) утверждают, что современный человек отвергает любую роль. Он становится «актером», способным к постоянным социальным перевоплоще­ниям, и играет множество ролей, не принимая их всерьез. Несча­стен тот, кто вживается в роль; он становится невротиком, ибо не может соответствовать меняющимся требованиям, выдвигаемым разнообразным окружением множества общностей, в которые он структурно и культурно вписан. Например, будучи даже очень хорошим руководителем, нельзя оставаться директором и дома, поскольку близкие любят и ценят данного конкретного человека, возможно, совсем не за эффективность управления; и наоборот:

являясь в семье любимым избалованным ребенком, вряд ли стоит капризничать или ожидать восторженной привязанности к себе в кругу коллег и друзей. Иными словами, современная жизнь раз­нообразна, люди вращаются в разных «кругах», где действуют спе­циальные «правила», поэтому следует внимательно смотреть по сторонам и успевать менять передник на вечернее платье, смо­кинг на джемпер, почтительность на распорядительность.

9.1. Личностная и социальная идентификация

Обилие ролей, исполняемых человеком в совре­менном обществе, остро ставит проблему личностной и социаль­ной идентификации.

Личностная идентификация — это установление и сохранение в себе постоянного и неизменяемого ядра личности, о котором че­ловек может сказать: «Это я». В противном случае личность поте­ряется за множеством своих ролей.

Социальная идентификация — это отождествление себя по об­щим проблемам, жизненным интересам и социальным симпати­ям с определенной социальной группой. Как пишет В.А. Ядов, «социальная идентификация обусловлена глубинной потреб­ностью личности в признании со стороны других, в групповой за­щите, но также в самореализации, ожидании позитивной оценки со стороны “своих” — референтных групп и общностей. Иденти­фикация с группами, общностями — результат не только межлич­ностного, межгруппового взаимодействия, но также категориза­ции, осмысления непосредственных или опосредованных взаи­моотношений между группами и общностями в доступных человеку понятиях. Идентифицируя себя с определенными груп­пами и общностями, человек испытывает потребность “атрибути­ровать” себя, то есть объяснить причины и следствия своей груп­повой солидарности, ответить на вопросы “почему это моя груп­па?” и “что из этого вытекает?”»[149].

Что характерно для социальной идентификации россиян и какие тен­денции наблюдаются в этом направлении? За последние 15 лет россияне пережили множество тяжелых экономических и политических ситуаций

и событий, которые не могли не повлиять на динамику их социальной идентификации, В табл. 9.1 приведены данные исследования, показы­вающие, с кем россияне постепенно перестают себя идентифицировать.

Та б л и ца 9.1. С кем не испытывали чувство общности россияне в 1992-2007 гг., %а
С кем не испытывали чувство общности        
С коллегами, однокашниками        
С представителями своего поколения        
С представителями своей национальности        
С представителями той же профессии, рода занятий        
С теми, кто разделяет взгляды респондента на жизнь        
С теми, кто живет в том же городе или поселке        
С россиянами        
С людьми того же материального достатка        
С гражданами СНГ        
Со всеми людьми на планете        
С общностью «советский народ»        
С теми, кто близок по политическим взглядам, по­зициям        
С теми, кто не интересуется политикой        

 

Как видим, пик распространенности отрицательных самоидентифи­каций пришелся на 1998 г. Далее они начали постепенно сокращаться, но по разным позициям это сокращение происходило с разной ско­ростью. Своего рода рекордсменом здесь стала отрицательная само­идентификация с гражданами СНГ. Конечно, 38 % россиян, никогда не ощущавших себя таковыми в 2007 г., это почти в 2 раза больше, чем в 1992 г., когда еще была свежа память об СССР. Однако это почти в 1,5 раза меньше, чем в 1998 г., когда изоляционистские умонастрое­ния россиян на постсоветском пространстве достигли максимума. За годы реформ улучшилась, и заметно, картина с восприятием себя на­селением страны гражданами России.

Социальная идентификация может быть этнической, классо­вой, возрастной, профессиональной и т.п. Центральное место в

социальной идентификации занимает менталитет — совокуп­ность усвоенных знаний и навыков, присущая всем членам дан­ной группы. Такие приобретенные житейские навыки служат для индивида постоянными ориентирами в восприятии вещей и оценке фактов, помогая строить свое поведение. У людей с одина­ковым менталитетом часто совпадает и мироощущение.

Этническая идентификация представляет собой важнейший элемент социальной идентификации в целом. В системе иденти­фикаций национально-этнический фактор зачастую оказывается даже важнее, чем гражданский. Однако в России в последние годы наметились серьезные сдвиги: если несколько лет назад с россия­нами устойчиво отождествляли себя почти вдвое меньшее число респондентов, чем с людьми той же национальности[150], то сейчас (см. рис. 9.1) роль россиянина, гражданина России является са­мой распространенной «Я-идентификацией», причем самоиден­тификации «житель определенной местности», «представитель конкретной национальности» отстают от нее в разы. Этот факт свидетельствует о достаточно высокой степени внутренней интег­рированности российского общества и даже возможности в обо­зримой перспективе формирования в России гражданской нации.

Важность этнической идентификации становится особенно очевидной, когда речь идет об идентификации себя с этнической или расовой группой, которая по тем или иным причинам низко оценивается окружающими и вызывает к себе неприязненное или пренебрежительное отношение. «Принадлежность к отвергаемой или презираемой группе ставит перед каждой личностью серьез­ные проблемы, связанные с самооценкой»[151]. Американские пси­хологи еще в 1930-е гг. провели опрос чернокожих и белых детей: показывая им черных и белых кукол, их спрашивали, какие из них им нравятся больше. Большинство опрошенных (и белых, и чер­ных) высказалось в пользу белых кукол. Затем детей спросили, ка­кая кукла больше всего похожа на них, и чернокожие дети не мог­ли дать ответа на этот вопрос и проявляли сильную эмоциональ­ную реакцию. С одной стороны, они не могли увидеть себя в белых куклах, а с другой — признать себя в черных означало отождест­вить себя с куклами, которых все дети отвергли как «плохих» и не­достойных любви.


 

 

Р и с. 9 Л. «Я-самоидентификации» россиян, %[152]: 1 — по россиянам 16—65 лет; 2— по работающим


Неспособность без проблем идентифицировать себя с группой разрушительно воздействует на личность. Обесценение состав­ленного о себе образа в результате идентификации с низко оцени­ваемой обществом группой человек воспринимает болезненно, поэтому люди вырабатывают разнообразные стратегии, направ­ленные на ослабление этого эффекта. Рассмотрим некоторые из них:

стратегия «интернализации обесцененного образа», т.е. принятия себя «плохим» без протеста. Такая стратегия на уровне поведения проявляется в стремлении уйти в тень, подчиняться окружаю­щим, в ощущении вины; человек старается стать незаметным, быть «как все», никому не мешать, занимать как можно меньше места. Он может также притворяться безразличным, делая вид, что не замечает признаков дискриминации по отношению к себе. Решая свою проблему изнутри, он не принимает никаких мер, чтобы изменить свое положение или положение своей группы; стратегия активного протеста против такого обесценения, когда человек либо ведет себя агрессивно по отношению к тем, кто его презирает, нейтрализуя их оценку с помощью насмешек и презре­ния, либо старается самоутвердиться «таким, каков он есть», ак­центируя в себе те именно черты, которые негативно воспринима­ются в доминирующей культуре. Такую стратегию используют чернокожие, когда заявляют, что «черные — это прекрасно»[153]; стратегия ассимиляции, означающая отказ от собственной инди­видуальности и попытку как можно больше походить на домини­рующий этнический тип и внешне, и в культурном отношении. При этом обычно используются банальные средства, например окраска волос и осветление кожи с помощью косметических средств; изменение имени; активное выражение презрения к соб­ственной этнической группе;

стратегия компромисса, или «формирования критической лично­сти»[154], которая сводится к заимствованию отдельных черт домини­рующей культуры при сохранении ряда особенностей, присущих родной этнической культуре. Это проявляется в согласии с одни­ми негативными оценками своей группы и несогласии с другими.

Возрастная идентификация проходит болезненно для челове­ка, когда он идентифицирует себя с непопулярными в обществе

возрастными группами. Речь идет прежде всего о пожилых, вы­шедших из активного возраста. Отношение к старикам в различ­ных обществах очень разное — от непререкаемого уважения к «ак­сакалам» на Востоке до изоляции и пренебрежения. Исторически также человечество знало разное отношение к старикам. Общеиз­вестно, что в первобытных обществах стариков убивали, если они становились обузой для племени.

Несмотря на то что в наше время старость является признан­ной социальной проблемой и старики находятся под опекой госу­дарства, в плане личной идентификации старость остается источ­ником страданий. Это связано в первую очередь с тем, что пожи­лые в большинстве случаев не могут удовлетворить потребность в осмысленном существовании. Вопрос «Кто я такой?» для них под­меняется вопросом «Кем я был?». Драма пожилых в том, что они утратили элементы, составлявшие их личность.

В целом потеря социальных и культурных ориентиров, кол­лективный отказ общества интегрировать пожилых и использо­вать их знания и возможности приводят к тому, что у них развива­ется кризис социальной идентификации.

Можно было бы отдельно остановиться на проблемах со­циальной идентификации представителей бедных слоев общест­ва, представителей «непрестижных» профессий и т.д., но и в этих случаях суть состоит в осознании человеком зазора между адек­ватной личной самооценкой и принадлежностью к социальной группе, не пользующейся общественным признанием, и выработ­ке конкретного типа стратегии, позволяющей решить для себя эту болезненную проблему.

ВОПРОСЫ И ЗАДАНИЯ

1. Как соотносятся между собой понятия «индивид», «индивидуаль­ность», «личность»?

2. В чем специфика социологического понимания личности (в сравне­нии с философским и психологическим)?

3. Сравните следующие высказывания:

О «Та сумма производительных сил, капиталов и социальных форм об­щения, которую каждый индивид и каждое поколение застают как не­что данное, есть реальная основа того, что философы представляли себе в виде “субстанции” и в виде “сущности человека”, что они обо­жествляли и с чем боролись...» (К. Маркс, Ф. Энгельс).

О «Общество есть дополненная или расширенная личность, а лич­ность — сжатое, или сосредоточенное, общество» (Вл. Соловьев).

О «Человек может быть всецело самим собой лишь пока он один; кто не любит одиночества — тот не любит свободы, ибо лишь в одиночестве можно быть свободным. Принуждение - это неразлучный спутник любого общества, всегда требующего жертв тем более тяжелых, чем выше данная личность. Поэтому человек избегает, выносит или лю­бит одиночество сообразно с тем, какова ценность его Я. В одиночест­ве ничтожный человек чувствует свою ничтожность, великий ум — свое величие, словом, каждый видит в себе то, что он есть на самом де­ле» (А. Шопенгауэр).

Почему любое из этих высказываний нельзя считать неверным? Обоснуйте свою точку зрения.

4. В недавнем прошлом в философской периодике шла популярная дис­куссия на тему «Была ли у древних греков совесть?». Иными словами, обсуждалась проблема, является ли личность и ее составляющие, та­кие, как совесть, детерминированным уровнем развития общества. У греков, считал один автор, не было совести, потому что не было ин­дивидуализированной личности. Их личностью был род. Как вы счи­таете, прав ли автор этой точки зрения? Обоснуйте свое мнение.

5. Какую роль в становлении личности играет биологическая наследст­венность, а какую — социальные условия и воспитание? Обоснуйте свое мнение.

6. В Индии существует следующая легенда. В XV в. при дворе падишаха Акбара возник спор между учеными. Одни говорили, что сын китайца безо всякого обучения заговорит по-китайски, сын араба — по-араб- ски и т.д. Другие утверждали, что дети будут говорить на том языке, которому их обучат, и что их национальная принадлежность в этом смысле не имеет значения. Падишах разрешил этот спор следующим образом. Он велел поместить новорожденных разных национально­стей в изолированную комнату. За детьми ухаживали люди с отрезан­ными языками. Комнату открыли через 7 лет, и вместо человеческой речи ученые услышали нечленораздельные звуки. Дети не говорили ни на одном языке и были глубоко слабоумны. Почему так произош­ло? Аргументируйте свой ответ.

7. Известный советский философ Э.В. Ильенков утверждал, что наслед­ственные свойства интеллекта и характера ничего не определяют, а все решает воспитание. Под его наблюдением в специальной шко- ле-интернате в г. Загорске (ныне Сергиев Посад) обучались и воспи­тывались слепоглухонемые от рождения дети. Действительно, многие из них успешно окончили школу, университет, стали вести полноцен­ную творческую жизнь. О чем, по-вашему, говорят эти факты? Дока­зывают ли они приоритет социальных условий воспитания? Обоснуй­те свой ответ.

8. Как известно, пионер Павлик Морозов донес в органы НКВД на сво­его отца за то, что тот помогал ссыльным кулацким семьям. Как вы считаете, являлось ли девиантным поведение отца? Сына? Почему?

ТЕМЫ РЕФЕРАТОВ

1. Понятие личности в социологии.

2. Индивид. Индивидуальность. Личность.

3. Проблема одиночества личности в современной литературе.

4. Гендер и личность.

5. Модели поведения личности.

6. Социальная адаптация личности в современном мире.


 

 

СОЦИАЛИЗАЦИЯ

10.1. Понятие и процесс социализации

Понятие «социализация» в социологии занимает неоднозначное место. В контексте социальной психологии оно от­носится к процессу, в ходе которого индивиды научаются опреде­ленным формам взаимодействия с окружающей социальной сре­дой, интериоризируют, т.е. глубоко усваивают эти формы, включая их в свою личность, и становятся членами различных социальных групп, приобретая в них конкретный статус. Таким образом, социа­лизация — это одновременно и процесс научения навыкам социаль­ного взаимодействия, и процесс культурной адаптации и интерио- ризации. По своему содержанию термин «социализация» является междисциплинарным и используется в таких разных областях зна­ния, как культурная антропология, психоанализ, интеракционист- ская психология.

Большинство современных социологов рассматривает социа­лизацию как процесс взаимодействия между индивидами, разви­вающими в обществе собственные стратегии, и принятыми обще­ством системами норм и ценностей; например, социализация — это «процесс, в ходе которого человек воспринимает и усваивает социокультурные элементы своей среды, интегрирует их в структу­ру своей личности под влиянием значимых социальных факторов и таким образом приспосабливается к социальному окружению, сре­ди которого ему приходится жить» (Г. Роше)[155]. Социализация по­зволяет индивиду приобрести багаж знаний, необходимый ему, чтобы эффективно функционировать в воспитавшем его общест­ве. В частности, с этой целью индивид должен научиться опреде­ленным правилам поведения, принятым в его социальной группе, усвоить принятые в ней бытовые навыки, пищевые пристрастия, адаптироваться к жизни в определенном климатическом поясе,

составляющем географическую среду проживания его группы. Чтобы чувствовать себя комфортно среди членов своей группы, индивид должен органически усвоить совокупность присущих этой группе норм, ценностей, символов, моделей поведения, тра­диций и идеологий. Кроме того, в процессе социализации индивид обретает социальное самоотождествление — возможность показать членам своей и чужих групп, что он разделяет ценности, традиции и поведенческие модели своей группы и не разделяет чужих.

Как и процесс самоидентификации, социализация практиче­ски не знает завершения, продолжаясь в течение всей жизни ин­дивида. Периодом наиболее интенсивной социализации является детство, но и во взрослом состоянии индивид вынужден адапти­роваться к меняющимся социальным ценностям — при переходе из одной социальной среды в другую (смена статуса, брак, смена деревенского места жительства на городское и наоборот, вынуж­денная смена работы, сопровождающаяся сменой круга общения, и т.д.), к новым ролям (вступление в брак, рождение детей, заня­тие должностей и т.п.). Поэтому различают два типа социализа­ции:

первичную, которой индивид подвергается в детском возрасте, становясь членом общества;

вторичную, означающую любой последующий процесс, с по­мощью которого уже социализированный индивид интегрируется в новые секторы общества[156].

Социализация осуществляется в процессе вербального или невербального общения с другими людьми.


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 |

Поиск по сайту:



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.036 сек.)