АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

Диалог о языке и языках

Читайте также:
  1. Creating a VHDL Source (создание файла, содержащего текст программы на языке VHDL).
  2. III. Ход диалога-спора
  3. VI. Закончите диалог, поставьте глаголы в скобках в Present Perfect или Past Simple.
  4. Базовые средства манипулирования данными в языке SQL.
  5. В 1922 г. академиком Н.Я. Марром создается Яфетический институт Академии наук, первоначально как институт для разработки «нового учения о языке» Н.Я. Марра,
  6. В английском языке есть только одно слово для обозначения процесса мышления.
  7. Введение. Понятие о современном русском литературном языке
  8. ВЕДЕНИЕ ДИАЛОГА И ВЫБОР СЛОВ
  9. Виды диалогов
  10. Выделение слов в языке (Проблема тождества слова)
  11. Выражение согласия в английском языке
  12. Говорим на его языке

Отрывок из книги

()

 

Дмитрий Петров, Вадим Борейко

Магия слова

Диалог о языке и языках

 

Д. Петров: В западной Амазонии, на стыке Бразилии, Перу и Эквадора есть регион, где живут несколько десятков индейских племён общей численностью не более пятидесяти тысяч человек. Дороги в тех краях ещё те, расстояния приличные, племена эти в течение столетий были изолированы друг от друга, поэтому языки (кстати, все бесписьменные) существенно между собой различаются. Народ местный, прямо скажем, «академиев» не кончал, да что греха таить, грамоте‑то далеко не каждый обучен. И при этом средний тамошний индеец говорит, по меньшей мере, на десяти языках.

Племена там всё больше малочисленные – от 20 до 1500 человек, а общаться надо. И ведь общаются. И своими способностями даже особенно не гордятся. Пожимают плечами: а как же, ведь с этими надо так говорить, а вон с теми по‑другому легче договориться.

В. Борейко: Да что там за языки у дикарей? Твоя моя понимай – и дело с концом!

– Как бы не так! Например, языки группы тукано обладают сложнейшей морфологией, разветвлённой структурой глагола с количеством форм, гораздо большим, чем в европейских языках.

– И как же носители этих языков овладевают ими без учебников и грамматических справочников?

Они просто не знают, что это трудно! Любой, кто предложил бы им формальное описание структуры тех языков, на которых они говорят, по меньшей мере, рисковал бы стать мишенью для стрелы, отравленной смертельным ядом кураре.

А вот другой пример. Зачем носителям арчинского языка, которых всего тысяча и которые все живут в одном дагестанском селе, 16 падежей и 8 классов существительного, 17 видо‑временных форм и 10 наклонений глагола? Сами‑то они об этом богатстве и понятия, скорее всего, не имеют, но ведь пользуются им!

– Странно. Структура современных мировых языков ведь гораздо проще.

– Принято считать, что эволюция – это движение от простого к сложному. Но почему‑то в языке всё происходит наоборот. Латынь, санскрит, старославянский, древнегреческий и древнеанглийский обладают гораздо более богатой и сложной структурой, чем современные языки, которые произошли от них. Архаичные языки, даже не имеющие письменной традиции, оснащены большим арсеналом средств для описания мира и отношения к нему человека. У них всегда было больше форм, но меньше норм.

– Чем ты это объясняешь?

– Представляется, что у языков древности и у архаичных языков, существующих поныне, было какое‑то более цельное, более непосредственное отношение к миру, в котором они возникли. Они воспринимали действительность как единое целое, в то время как современные языки стремятся как можно более рационально разбить Вселенную на составные части и построить из них схему. Недаром именно древние языки – латынь, санскрит, церковнославянский – продолжают использоваться как языки богослужения. Служения тому самому изначальному единству. Происхождение языка так же загадочно, как и происхождение Вселенной или возникновение жизни. Версий много, а как оно было – никто не знает. Я склоняюсь к тому, что появление языка людей было не эволюционным, а взрывным, и первоначально это была форма коммуникации, в которой слова были лишь одной стороной явления наряду с эмоциональными и интуитивными связями.

Слово всегда было инструментом творения, и само было творением.

Египетские жрецы стремились познать истинные имена вещей, так как только истинное имя открывало "силу сияния слова". Кельтские друиды говорили с богами на понятном им тайном языке. Сакральные языки были и остаются частью практически любой культуры. А сколько разных странных, страшных и смешных законов и привычек связано с речью. От парламента до тюрьмы, от профессиональной среды до семьи – везде свой речевой этикет, свои нормы и свои табу.

– Так обладает ли слово силой?

– Ну, силой не силой, а уж стоимостью точно обладает. Иначе почему у крупнейших мировых компаний такая непропорциональная здравому смыслу стоимость торговой марки? Слово Coca Cola в стакан не нальёшь и не выпьешь, однако стоит оно на порядок больше, чем вся продукция и всё оборудование компании с этим названием. Чем не волшебство? И в чём здесь принципиальное отличие современного общества от тех культур, в которых медведя называли как угодно, только не медведем?

Когда читаешь описания первобытных обществ, на первый взгляд складывается впечатление, что все эти поверья, связанные со словами, появились как проявление суеверий и невежества. И всё‑таки странно: жизнь древних людей была и так непроста. Днём и ночью надо было выживать, искать добычу и не становиться добычей самому. Тут уж не до лингвистических изысканий. А они уделяли столько внимания словам!

– Ну, и откуда тогда время и желание морочить себе голову, создавая сложнейшие системы условностей и запретов, связанных с языком, который вроде бы призван служить простой и самой прагматичной цели – общению?

– А что, если попробовать принять древние представления о силе слов не в переносном – а в самом буквальном смысле? Может быть, люди, живущие в симбиозе с природой, обладали и обладают не только более развитым обонянием, зрением и слухом? Известно, что наши предки лучше видели в темноте, различали шорохи, недоступные современному уху, и улавливали тончайшие запахи на огромных расстояниях. Вероятно, такое цельное и обострённое восприятие мира позволяет людям, воспринимающим себя частью природы, различать какие‑то тончайшие нюансы существующих во Вселенной взаимосвязей. В том числе и невидимых нитей, соединяющих воедино причинно‑следственную цепочку «мысль – слово – действие – явление». Тогда запреты на употребление одних слов и обязанность произносить в определённых ситуациях другие слова – лишь естественный и очевидный выбор, диктуемый здравым смыслом. Я думаю, что, например, появление метафор, переносных значений, – это не праздное украшение речи, а инструмент сохранения объёмности, многомерности образов и ощущений в словах.

Правильно оформленная звуковая формула воздействует на среду, приходя в резонанс с её элементами. Если принять во внимание теории голографического строения мира, то можно вполне представить себе, как направленная, насыщенная смыслом вибрация изменяет структуру окружающего пространства.

– Однако, если допустить возможность эффективного преобразования мироздания посредством слова, возникает вопрос: где список самых действенных заклинаний, с помощью которых мы немедленно устроим себе самый лучший из миров? Приведи пример хотя бы одного.

– "По щучьему веленью, по моему хотенью". Бери на здоровье – и пользуйся! Пробовал – и ничего не получилось? Значит, тебе просто не довелось ни разу поймать щуку, поговорить с ней по‑человечески и затем отпустить подобру‑поздорову.

– Ну, не хожу я зимой на рыбалку.

– Обрати внимание: в сказке про Емелю, кроме самого текста заклинания, присутствуют ещё два элемента, которые необходимы, чтобы наделить заклинание волшебной силой.

– Это какие же?

Во‑первых , своего рода альтернативное сознание, отход от стандартного, стереотипного восприятия. Говорящая щука – явно нестандартная ситуация. Такое можно увидеть как раз в том состоянии, к которому стремятся адепты самых различных духовных и эзотерических традиций. Оно позволяет видеть реальность под несколько иным углом и служит источником энергии веры.

Во‑вторых , имеет место некий нравственный поступок, определённая жертва. Отношения с Вселенной, с жизнью основаны на взаимности. Поэтому, чтобы запустить механизм причинно‑следственной связи заклинания, надо сделать первый шаг – принести жертву, и тогда награда будет столь же неотвратимой, как и наказание. Проявить милосердие, отказавшись в холодный зимний день от наваристой щучьей ухи, – это ведь жертва, явно требующая воздаяния!

– Магия, однако.

– Магическое отношение к языку всегда существовало и существует – во всех человеческих сообществах, меняя только форму. Те же механизмы, которые работали в древних обществах в форме табу и заклинаний, сейчас, видоизменяясь, продолжают работать в политических лозунгах, коммерческой рекламе, массовом искусстве.

– Сравни табу прежние и нынешние.

– Мы знаем, что в разных обществах существовал запрет на произнесение слов, означающих носителей силы – доброй или злой. Скажем, тотемное животное – медведь . Говоря о нём, использовали эвфемизмы: в Сибири – Хозяин, Топтыгин и т. д. Подразумевалось, что само слово «медведь» насыщено силой, которая может действовать независимо от цели его употребления (справедливости ради надо сказать, что в русском языке «медведь» – тоже эвфемизм: это «тот, кто ведает, где мёд», а исконно славянское название утеряно).

– Имеешь в виду, что вибрации, производимые звуками этого слова, имеют силу материального, даже физического воздействия?

– Вибрации в сочетании с образом предмета и направлением мысли. Одних звуков недостаточно. Потому что один и тот же набор звуков может означать разные предметы в разных языках. А когда данный набор звуков соответствует определенному образу – появляется рельефность изображения. Пример из современной жизни – отношение к популярным торговым маркам, логотипам: некий пиетет.

– В чем еще проявляется магия слова, кроме табу и подобострастного отношения к брендам?

– Если проанализировать суть крупных конфликтов в истории человечества, многие возникали именно из‑за слов. Называть ли некую территорию независимой или автономной, королевством или империей ? Если так подумать – а какая разница? Но из‑за этого велись войны и убивали массу людей.

– Вот и я думаю: в чем разница между суверенитетом и независимостью ? В Казахстане, например, празднуются:

а) День Республики – в честь принятия Декларация о суверенитете 25 октября 1990 года (отменён как выходной лишь весной 2009‑го);

б) День Независимости – в честь принятия одноименной декларации 16 декабря 1991 года, когда Союз уже умер и Казахстан де‑факто уже ни от кого не зависел.

– Так ты мне и объясни – в чем разница?

– Наверное, суверенитет – это когда двое развелись, но живут в одной квартире (потому что нет возможности ее разменять), хотя в разных комнатах, ведут раздельное хозяйство и друг с другом не спят. А независимость – когда размен все же состоялся, и они разъехались.

– Это одна возможная трактовка. Но ведь могут быть и другие.

Вот тебе еще пример, как одно слово предотвратило международный скандал. Несколько лет назад американский военный самолёт совершил вынужденную посадку на китайском острове после столкновения с китайским самолётом. Китайский лётчик погиб, а американский экипаж фактически оказался в плену. Виноватым никто себя, естественно, не признал, однако за освобождение американцев Китай потребовал у правительства США официального извинения. И вот вам ситуация: ссориться по‑крупному никто не хочет, все всё понимают, а выхода нет. И действие переносится в магическую сферу словесных формул. Китай требует извинения (apology ), Америка согласна выразить сожаление (regret ) без признания своей вины. Американским лётчикам светит лет по 15 за шпионаж (а, по существу, за неточное слово). И, наконец, какая‑то мудрая голова находит заклинание, выводящее из заколдованного круга. Sorry! Слово, подобное двуликому Янусу. С одной стороны, в зависимости от контекста, "We are sorry" может означать: "Простите, мы виноваты". А с другой: "Нам вас жаль, мы вам сочувствуем, но это ваша проблема". Магическое sorry произнесено, оно подействовало, хотя в разных странах истолковано по‑своему.

– Страсть как люблю подобные лингвистические истории. Расскажи еще.

– ОК. Древнеирландские короли, собираясь в поход, брали с собой специалистов своего дела, мастеров слова – филидов , незаменимых в кровавых сражениях. Вот отрывок из средневекового ирландского предания "Битва при Маг Туйред":

«– А ты, о Кайрпре, сын Этайн, – спросил Луг своего филида, – чем в битве нам сможешь помочь?

– Нетрудно сказать, – молвил Кайрпре, – врагов прокляну я и стану хулить да порочить, так что властью своей отниму у них стойкость в сражении».

То есть, задача этих людей была петь так называемые песни хулы против врагов. Видимо, их власть была воистину эффективной, так как гонорары мастеров слова древности не уступали королевским. А умели они не только хулить, но и хвалить. Как тебе тысяча волов и сотня наложниц, подаренных индийским раджой ведического периода певцу за хвалебную оду?

– Нехило. У нас соловьи президента столько не получают.

– Интересно, что в самых варварских – в нашем понимании – обществах молва считалась очень мощной силой. И многие великие воины, не страшившиеся никаких врагов и никакого самого мощного оружия, боялись быть забытыми или обрести дурную славу. Поэтому держали на очень неслабых гонорарах людей, которые воспевали их подвиги, тем самым сохраняя их для истории. Быть забытым или проклятым считалось страшнее, чем быть убитым. Это касалось и викингов, и древнегреческих василевсов, и воинов других эпох и народов.

– Языки есть только у homo sapiens?

– Нет, абсолютно у всего мира живой природы.

– Но Лев Успенский считает, что языком обладают только люди, а у животных и растений его нет.

– Надо тогда четко брать дефиницию: какого языка нет? У них нет параметров человеческого языка – грамматики, письменности, литературы. Но если мы говорим о системе обмена информацией – она, несомненно, есть. Например, недавно учёные выдвинули гипотезу о том, что дельфины общаются друг с другом с помощью звуков, которые превращаются в голографические образы.

Между прочим, я полагаю, что голографический принцип лежит в основе и человеческого языка. Этим, вероятно, и объясняется то, что древние языки, менее оформленные структурно, гораздо более красочны, образны и метафоричны. Слова в них – не просто лексические единицы, а слепки ощущений и картинки образов.

...

1 | 2 |



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.009 сек.)